Мария Куприянова - Анделор. Тетралогия

— Столько лет я ждал, — сильный, властный голос наполнил руины тронного зала. — Теперь свет обернется во тьму.

Элиор, очнувшись, мотнул головой, сгоняя морок.

— Ты… Ты не Мирос, — прошептал он.

— Нет, — темный властелин не отрывался от "Ока ночи". — Я был им когда-то… Я был многими…

— Что ты сделал с отцом? — гневный румянец окрасил щеки, рука сама собой потянулась к рукояти меча. — Где моя мать?

— О, ты имеешь в виду ту человеческую самку, которая прибыла с этим телом? Долго она не протянула. Люди света не могут жить на темной стороне.

— Ты заплатишь!

— Мальчик! — Торр-Сааз оторвался от камня и взглядом парализовал Элиора. — Ты еще не понял, с кем имеешь дело?!

Грудь сдавили невидимые путы, дышать стало невозможно. Элиор распахнул рот, силясь вобрать живительный воздух, но ничего не получилось. Сердце испуганно забилось.

— Теперь ничто не может меня остановить! "Око ночи" в моих руках! Магия стерла границы, и теперь я вырвался из плена! И осталось только одно, чтобы завершить мой план. А, именно, твой брат! Даниэль! Он поможет мне обрести полную свободу!

— Неет, — сквозь пелену нараставшей боли выдавил принц. — Светофор!

Дракончик, прятавшийся в углу, вылез на свет, взлетел, метнулся в сторону уцелевшей картины. На полотне гномы преподносили подарок великому герою прошлого, Зориану, фальшивый камешек, подмененный когда-то в детстве. Светофор на ходу подцепил вделанный в картину "подарок гномов" и упорхнул прочь.

Торр-Сааз не смог сдержать смеха.

— Твой червяк утащил подделку! Глупый недоросток!

Элиор схватился за горло, упал на колени. Легкие полыхали, жаждали воздуха, нестерпимой болью терзали тело. Но, сквозь слабость, он зло улыбнулся и просипел.

— Неет…

Из распахнутой куртки выпало синее перо птицы Тару.

— Мое желание… подменило камни… фальшивка… у тебя.

— Что?! — Торр-Сааз ослабил хватку, Элиор упал, оглушенный волнами воздуха, наполнявшего изголодавшиеся легкие. — Ты врешь!

Темный господин тряхнул камень. Но бесполезная побрякушка лишь блеснула фальшивым светом.

— Не может быть! — воскликнул он и с силой ударил камнем об пол. Стекляшка грустно звякнула и разлетелась на множество осколков. — Нет!

Вдруг Торр-Сааз пошатнулся. Опустил взгляд вниз и увидел торчащий из живота меч. Из страшной раны огненным ручьем струилась ярко-красная кровь.

— Ты…

Воздушный удар швырнул Элиора в стену, и он едва не потерял сознание.

— Меня нельзя убить! — глаза темного лорда полыхали яростью и злобой. Он вытащил из себя меч. Отшвырнул его прочь, делая шаг к порталу. — Что ж, задача немного усложнилась, но моя армия под стенами замка, и вас все равно ничто не спасет!

— Тогда дождись ее прихода здесь, хорошо? — Элиор швырнул блестящий шарик. Он просвистел в воздухе, застыл над Торр-Саазом и, выпустив из нутра блестящие щупальца, оградил от внешнего мира решеткой.

— Что?! — пленник схватился за прутья ловушки, дернул их, силясь расцепить. Но силы покидали его вместе с пламенной кровью, а спасительный портал светился слишком далеко. — Выпусти меня! — Заорал он.

— Я все равно ничего не слышу! — злорадствовал принц. — Ловушка гасит все звуки. Ну, а пока твоя армия до нас доберется, ты уже концы отдашь.

Элиор подошел к решетке, пнул ее, проверяя на прочность.

— Ты так ничего и не понял! — глаза Торр-Сааза разжигались адовым пламенем. — Жалкий глупец!

Бледное лицо исказилось, языки огня, заполнившие зрачок, гипнотизировали, увлекали за собой в вечность.

Элиор заставил себя отвернуться, отойти подальше, только бы не поддаться искушению, только бы не раствориться в пламенном взгляде вечного существа, занявшем тело его отца.

Огонь уже выбивался из глаз, отделялся от тела, струился в воздухе, принимая истинный облик властителя темной стороны Анделора.

Юноша попятился, пока не уперся в стену. Вот теперь действительно мало что могло остановить Торр-Сааза.

Эдель бежала следом за Дарианой и Телли. Сзади трещали и стрекотали сколопендры, стреляли иголками, но пока удавалось защищаться от их смертельного яда. Под руки попалась отвалившаяся дверца шкафа, и теперь она служила отличным щитом. Остальные беглецы рассыпались по извилистым переходам. Самое лучшее, что они могли сделать, так это разделиться на маленькие группы: теперь попасть в них стало значительно тяжелее.

Эдель отрыла следующую дверь в надежде, что найдет укрытие. Комната кишмя — кишела членистоногими. Она едва успела уклониться, чтобы не попасть под град иголок.

— Идем дальше!

Они помчались по петляющим коридорам, пока Дариана не остановилась.

— Не могу больше, — она устало прислонилась к стене, двумя руками придерживая живот.

— Ну же, мамочка! — Телли потянула ее дальше.

— Давай, Дариана! — к ней присоединилась вельтка.

— Идите, спасайтесь.

— Ну, уж нет! — Эдель осмотрелась, выискивая подходящее убежище. Многоножки шуршали совсем близко. Они догоняли беглецов. Где-то замаячил дневной свет. — На улицу! Бегом!

— Нет, — Дариана замотала головой. — Там их еще больше!

— У нас нет выбора! Или плутать здесь, или…

— Ладно, будь по-твоему.

Они рванули в сторону выхода.

Внутренний двор заполняли тела павших воинов. По ним карабкались отвратительные членистоногие. Они погружали усики и челюсти в плоть, с жадным чавканьем пожирали добычу. Многоножки были повсюду. Их сжигали маги, в них стреляли эльфы и вельты, сбивали со стен, но подобно нашествию саранчи, избавиться от них было почти невозможно.

Эдель подавила тошноту, подкатывающую к горлу, смахнула выступивший на лбу пот.

— Они везде…

— Эти не стреляют, — тихонечко заметила Телли, указывая на занятых пиршеством тварей.

— Похоже, просто сыты, — голос Дарианы сорвался.

— А может, и нет.

Эдель с ужасом увидела, как многоножки зашевелились, устремляя свои взгляды-бусины в сторону новых жертв.

— Назад?

Из дворца выкатились бурые шары, отрезав все возможные пути.

Телли взвизгнула, хватаясь за руку матери. Сейчас Эдель как никогда жалела, что у нее нет крыльев.

Коля звал магию, но она не приходила. Замок окружала пустота, в которой тонули все силы. Погасли боевые шары, швыряемые со стен магами, вконец ослабли вельты и эльфы. В волшебстве нуждались, как в глотке живительного воздуха. Только оно было способно дать мощь и умение в борьбе с врагом.