Татьяна Рябов - Гоша Каджи и Алтарь Желаний

— Если твоя защита была сильна, а я в это верю, то кто ее мог снять? Только тот, кто еще сильнее. Подробности нужны, Мэри, или обойдешься малым? Кстати, можно я буду тебя так называть? Хотя бы иногда, в порядке поощрения за мои скромные заслуги перед Родиной и Отечеством?

Девушка утвердительно кивнула головой, и вампир, радостно оскалившись, продолжил:

— А насчет того, что у них что-то получилось бы, даже если б ты спокойно проспала до самого утра, что-то я сомневаюсь. Не знаю почему, но вот сомневаюсь и все тут, хоть тресни…

И он принялся беззаботно насвистывать мотив какой-то веселой оперетки. Барни, сидевший у Хаша на сгибе локтя, поддержал князя в его внезапном порыве к творчеству. Спелись, типа того. И ведь в этот раз он, вампирюга такой-сякой, ни разу не сфальшивил, просвистев минуты три. И только потом до Мериды запоздало дошло (ну, что поделаешь, устала девчонка за такие бешеные сутки):

— Кстати, князь, а как вы там с Сержем собственно оказались, если не секрет?

— Да какой уж там секрет, — Хаш невозмутимо пожал плечами. — Зашли вот с братом пивком побаловаться. Говорят, что оно в «Слезе дракона» ну очень хорошее. Даже рыбку с собой прихватили солененькую.

— Ну и…?

— Нет, врут все, подлецы. Пиво — дрянь! Я за свои годы и получше пивал. А вот кровь оборотней чуть-чуть повкуснее оказалась. Хотя тоже не нектар, знаешь ли.

— А как же слово дворянина и все такое? — притворно удивилась девушка.

— Так, милочка, я давал слово дворянина не нападать на людей. А защищать себя и своих друзей имею полное и законное право. Да и не люди там были. Оборотни, что с них возьмешь? Нет, я ничего лично против них не имею, конечно же. И среди оборотней попадаются вполне приемлемые экземпляры. Каждый живет, как может. Но вламываться в чужой дом без стука, ночью — это же просто неприлично. Переполошили порядочную семью, ни за что, ни про что. Так что, пардон, пришлось слегка наказать наглецов. Или я не прав? — А глаза такие наивно-хитрющие, что просто слов нет.

Мерида улыбнулась и, положив свою ладонь на руку князя, ответила честно:

— Конечно, ты прав Хаш. И спасибо тебе огромное за все, что ты для нас с Гошей сделал. Одной мне пришлось бы трудновато.

— Да завсегда, пожалуйста. Нам-то что с братишкой, так, размялись слегка…

Скоро они вновь оказались в мрачноватой комнате, откуда их совсем недавно с почетом провожали.

— Извините, гости дорогие, но мы с братом здесь почти не бываем, так что не обессудьте. Работа, дела, разъезды. Если уж и живем здесь, то спим все равно по очереди. Безопасность — она превыше всего. А на нас многие зуб точат, — в его устах фраза прозвучала как отличнейшая шутка, только никто даже не улыбнулся, кроме самого князя. — Так что кровать всего одна. Мерида с Гошей располагайтесь на ней и спокойно отдыхайте до утра. Беспокоиться больше не о чем. А мы с Барни, раз он говорит, что выспался, поболтаем около камина. Я уже лет сто не был в моем бывшем родном мире, хотелось бы послушать, что там да как. Заодно грушу съем, а то после крови оборотня во рту привкус противный и изжога замучила…

Так и поступили. Вампир с приемником отправились в гостиную, если ту комнату можно так назвать. А парнишка с девушкой устроились в другой, совсем уж крохотной, расположившись на узенькой, воистину почти походной кровати. Мэри легла на спину около стенки, а Гоша положил голову ей на плечо, прижавшись к сестре. Его еще иногда потряхивала нервная дрожь, но уже совсем немного. Мериду сейчас больше беспокоило совсем другое: брат стал какой-то молчаливый, задумчивый, непривычный.

— Как ты, Гоша? — поинтересовалась она. — Успокоился немного?

— Мне страшно, Мэри.

Девушка прерывисто вздохнула, погладила Каджи по голове, легонько поцеловала в лоб и тихо сказала:

— Знаешь, братишка, мне тоже очень страшно. Страшно потерять тебя. А вот ты не бойся! Спи лучше. Уже сегодня вечером ты будешь в Хилкровсе. И уж если тебя здесь в обиду не дали, то там никто и не посмеет напасть. В школе столько хороших людей, что для плохих просто места не остается. Один Этерник чего только стоит…

Постепенно дыхание Гоши выровнялось, и он заснул. И снился парнишке странный сон. Будто бы летит он сам по себе, без метлы, без чего-либо другого прямиком в космос. И ему хочется долететь до большого скопления звезд, таких красивых, сверкающих, манящих. Но какая-то неведомая, но очень мощная сила старается затянуть его в черную пустоту космоса, где вообще нет ни одной даже самой завалящей звездинки. Парнишка борется изо всех сил, но чувствует, что та сила слишком могучая, и ему с ней не справиться. Тогда Каджи во сне решает, да фиг с ними, со звездами этими манящими. И приземляется назад на землю. Отчего та сила, что постоянно тянула его в пустоту космоса, ослабевает постепенно, а затем и вовсе исчезает. Стоит Гоша и смотрит вокруг себя, думая слишком отчетливо для сна: «Как же здесь хорошо, и чего мне там-то нужно было?»…

А Мерида всю ночь боялась даже шелохнуться, чтобы не потревожить сон брата. Потихоньку гладила его по голове, смотрела в потолок и до самого утра так и не сомкнула глаз.

Похоже, что она ошиблась, и предсказание все же начинает сбываться. И если с братом случится что-то непоправимое, то она тогда не сможет себе простить, что собственноручно привезла его в этот чертов волшебный мир. Да и жизнь для нее самой потеряет всякий смысл.

А потому сестра до крови закусывала губу, чтобы не разбудить Гошу невзначай вырвавшимся всхлипом. Прическа стала совсем седой и короткой, словно у пацанки. А слезы так и катились из глаз по щекам до самого утра, не переставая — крупные, солено-горькие и ничего не меняющие. И остановить их у Мериды не было сил. Они все уходили на то, чтобы только суметь реветь тихо и молча.

Барни, наговорившись с князем вволю, безмолвно сидел в уголке комнаты и делал вид, что спит и ничего не замечает. Понятно дело, что притворялся, хотя и тяжко это ему далось. А вы как думали? Иначе откуда мы обо всем этом узнали? Гоша-то про свой сон рассказал потом. А вот Мэри соврала, будто беспредельно устав, спала как убитая. Но мы простили ей эту маленькую ложь. Ведь должны же быть у девушки свои секреты…

Глава 8. Старый друг лучше новых двух. А если новых — много?

«Их утро встречало прохладой». Ладно, врем, конечно. Во-первых, не утро, а день. И, во-вторых, не прохладой, а мелким моросящим дождем, на который иногда набрасывались короткие, но резкие порывы ветра. И вот тогда становилось совсем противно. Природа, похоже, догадалась, что сегодня первый день календарной осени, и решила это дело соответственно ударно отметить. Не то у нее самой кошки на душе скребли, как и у Гоши, и она тихонько хныкала, роняя слезы. Кто ж ее разберет, у природы свои причуды.