Брэнт Йенсен - Пленники Камня 3. Дух погибели

Во-вторых, неприятности стигийцев одним этим Ксарти не ограничивались. Некий маг схитил из сокровищницы кучу артефактов и почти что сумел замести следы своей преступной деятельности. Что это давало Зелтрану? Выходило так, что пока ничего, но неизвестно, как события обернуться и тогда эти знания могут пригодиться. Вдруг понадобится союзника среди магов искать…

— Странно это всё, — прервал размышления боцмана Бирес.

Он отложил список в сторону и сейчас расхаживал по комнате взад-вперед.

— Что думаешь, пес? – спросил он, когда взгляд его упал на Зелтрана.

Боцман замотал головой.

— Я тоже не знаю, что думать, — признался Бирес. – Всегда этого гаденыша терпеть не мог, а теперь не могу поверить, что он решился на подобное.

Зелтран понимал, о чем говорит стигиец. Нормальная ситуация, распространенная. Когда кого-то сильно не любишь, обычно неплохо представляешь себе, что это за человек и на что он способен. Вот и сейчас, маг, наверное, рад бы обвинить этого Карфота да понимает, что промашка вышла.

В знак поддержки пес дважды пролаял.

— Ладно, — махнул рукой Бирес, — не тем я голову забиваю. Арзарес и сам с вором разберется. Лучше подумать, зачем эти артефакты могли понадобиться.

Снова взяв в руки список, маг прошествовал к столу. Достал чистого папируса и чернильницу. Перед тем, как приступить к работе, обернулся к псу.

— Помолчи немного, хорошо, — попросил он Зелтрана. – Мне сосредоточиться надо.

Боцман, в принципе, и не собирался беспокойств причинять, а после такого вообще решил даже не шевелиться. Настроение у Биреса, как он уже понял, имело свойство достаточно быстро меняться, и попасть под очередную вспышку его гнева пес не желал. Так что блохам, притаившимся на спине, выпало пожить еще немного.

На следующие два колокола комната погрузилась в атмосферу одновременно рабочую, давящую и безысходную. Бирес сидел, наносил записи и зарисовки на чистые листы папируса, перечеркивал всё, ругался в полголоса. Зелтран, как завороженный, наблюдал за ним. Было что-то гипнотическое в том, как трудился стигийский маг. Те увлеченность и упорство, что царили в душе этого человека, передавались всему, что находилось поблизости от него. Зелтран ощущал практически физическую необходимость засесть рядом с ним и посвятить себя разрешению загадки похищенных артефактов.

— Да, я слышу тебя, — вдруг неожиданно сказал маг. – Заходи, конечно. Ты в порядке? Ну, и хорошо. Да, есть новости. Много.

Зелтран понял, что сейчас будут еще гости.

— Вот сейчас придет Слепец, — обратился маг к псу. На лице его была ухмылка. – Посмотрит на списочек и скажет, что там и как. И к Нергалу всю мою работу. Талант, чтоб его!

Боцман отвечать не стал. Сначала посмотрим на этого Слепца в нормальной обстановке, а потом уже будем делать выводы и пускаться в дискуссии. Но по прошлой встрече впечатление от этого мага осталось у Зелтрана сильное.

Появился Слепец не скоро, во всяком случае, не так скоро, как его ждал Бирес. Лысый маг аж извелся от нетерпения.

— Плохо выглядишь, — бросил Слепцу Бирес, когда тот наконец соизволил объявиться.

В принципе, Зелтран был склонен согласиться. Маг-альбинос смотрелся в самом деле жутко, даже на ногах держался с трудом. Под глазами его красовались огромные синие круги, губы были бледны, руки дрожали.

— Гениально, — ответил гость. – Ты думаешь, у меня все зеркала побились или просто решил лишний раз меня ткнуть вчерашней неудачей. Между прочим, именно ты, как последний дурак, ломанулся за духом.

— И настроение у тебя хорошее, — заключил Бирес.

— Сволочь! – отозвался альбинос.

Манера общения этих двоих отличалось от той, что демонстрировал Бирес в обществе Арзареса. Однако, несмотря на показную холодность, Зелтран чувствовал, что маги питают друг к другу глубокое взаимное уважения. Ни один из них не ставил себя выше другого, а потому некая фривольность в подборе фраз была дозволительна.

— Я думал, что подохну, — сказал альбинос, занявший место в огромном мягком кресле, стоявшем рядом с окном. – На мне и так живого места не осталось, а тут еще эти двойники дурацкие. Чего я сразу не догадался оставить связку с физическими кондициями наших с тобой тел?!

— Так ты их вчера преобразовал?! – удивился Бирес.

— Или я сделал бы это, — ответил Слепец, — или Ксарти раскусил бы наш трюк. А тогда всё одно на Серые Равнины отправил бы, вот я и решил поднапрячься.

— Безумие какое, — промолвил Бирес. – Такое не под силу человеку, ты же сознание то и дело терял, когда тебя в поместье несли. Я помню. Мне не так сильно досталось.

— Тебе прям все секреты так и расскажи, — усмехнулся альбинос. – Я вообще-то двойников не преобразовывал, а сделал так, чтобы они сами занялись этим.

— Как это? – не понял лысый маг.

— Натравил их друг на друга, — улыбка Слепца стала еще шире. – Каждый раз приходя в сознание, я бросал то одному, то другому призыв поколотить товарища, а ближе к поместью разнял их.

Бирес сначала было сдерживался, а потом завалился на пол в приступе хохота. Слепец явно тоже хотел присоединиться к веселью, но болезненное состояние тела не позволяло ему это сделать.

— Астральные двойники! Дерутся! – восклицал отошедший от смеха Бирес. – У тебя однозначно нездоровая фантазия! Вы все сегодня сговорились, решили поразить меня нестандартностью мышления.

— А кто еще? – полюбопытствовал Карун-Ра.

— Арзарес, заходил сегодня утром, — сказал Бирес. – С такими новостями что зашатаешься.

— Рассказывай, если не секрет, — обратился к нему альбинос.

— Наоборот, — ответил лысый маг. – Он в первую очередь желал побеседовать именно с тобой, пришлось слова из него клещами вытаскивать. Ты в курсе утреннего проникновения в сокровищницу?

— Это, когда Арзарес в порыве альтруизма отпустил вора? – уточнил Слепец. – В курсе. Забавное событие, плевок в лицо Карфоту и его службе охраны.

Биреса при этих словах перекосило. Еще одно напоминание о возможной виновности главного врага лысого мага.

— Я тоже свысока отнесся к произошедшему, — сказал Бирес, — пока Арзарес не просветил меня, что нам была представления лишь инсценировка. Реальное ограбление имело место быть задолго до сегодняшней ночи.

— У Арзареса есть основания так считать? – спросил посерьезневший альбинос.

— И вполне весомые, — ответил Бирес. – Вор пытался вынести два пустышечных артефакта, а при осмотре сокровищницы Арзарес обнаружил, что исчезли еще одиннадцать предметов. Серьезные вещички. Он оставил мне их перечень. Возьми на столе, посмотри.