Анна Гурова - Превращение

Я раздумывал, как поступить, когда кто-то робко потрогал меня за плечо.

— Привет! У тебя не занято?

Я хмуро покосился на незваную гостью.

Выглядела она, впрочем, получше других игровичек. Не девица, а скорее молодая женщина, лет тридцати с виду. Высокая, худая, бледная, но не потасканная. Светло-серые глаза, свежая кожа без следа косметики. Длинная, исчезающая под столом, пепельно-русая коса, перекинутая через плечо. «Такую косу небось надо с детства растить, — отметил я. — Наверно, мама и бабушка стричься не разрешали». Одета она была в строгом экологическом стиле: льняная блузка, длинная холщовая юбка и верёвочные сандалии без каблуков. Вся её внешность вызывала ассоциации с чем-то чистым и холодным.

— Я Лигейя, — представилась она. — Ты здесь раньше не был? Здорово тут, правда?

— Нет. Не здорово, — ворчливо сказал я. — Мне не нравится.

— Мне сначала тоже не понравилось. Я когда в первый раз увидела дверь, даже войти боялась. Но потом подумала — как глупо будет, если потопчусь перед дверью, развернусь и уйду. Зато внутри уютненько, особенно в баре, правда?

Лигейя засмеялась тихим журчащим смехом. Улыбка у неё была очень милая, с лёгкой самоиронией. Такая малость — а девица уже не кажется пресной.

Я взглянул на неё не так скептически, как прежде.

— Бар как бар. Кофе не бочковой, и на том спасибо. Пожалуй, наименее отвратительное место в этом подвале.

Лигейся испуганно взглянула мне за спину.

— Ну да, местечко демократичное, но ведь народ-то здесь классный? — с нажимом, будто на что-то намекая, продолжала она.

— Нифига подобного, — возразил я. — Я вообще-то ожидал другой, более серьёзной, гм, публики. А тут тинейджеры убогие… Ну да ладно, какой с них спрос! Но если хочешь знать моё мнение по поводу некоего Идолищева, то я скажу прямо…

— Ой, смотри, что мне сейчас девчонки дали! — перебила меня она. — Хочешь пройти тест на драконность?

Я прислушался: из лектория все ещё доносился бас старого махинатора.

— Ну давай. Тащи свой тест.

Лигейя порылась в торбе, будто сшитой из старого коврика, достала смятый лист бумаги, расправила его и торжественно прочитала:

— Вопрос первый! «Не хочется ли вам порой запустить когти в своего врага?»

Следующие минут двадцать мы веселились от души. Я старался отвечать честно, но оказался драконом процентов на сорок. А моя новая знакомая — вообще не дракон.

— Странно. Должно быть, этот тест рассчитан только на боевых, — огорчённо сказала она.

Я внимательно посмотрел на эту «тургеневскую девушку» в экологическом прикиде, и спросил:

— Слушай, как тебя вообще сюда занесло?

Лигейя вдруг стала очень серьёзна.

— Я обычно всё время сама по себе, — заговорила она, выпрямляя спину и складывая руки на коленях. — Одна да одна. И вот этой весной, был жестокий циклон, а я смотрела, как из тёплых стран возвращаются птицы… Они летели и летели сквозь снеговые облака — такие маленькие, тёплые, такие беспомощные и упорные, как будто их тянуло что-то невидимое, но необыкновенно сильное. Нечто более сильное, чем любая буря.

И мне внезапно подумалось — надо найти кого-нибудь! Я не знаю, откуда пришло это желание. Меня ведь полностью устраивало быть одинокой. Я и вообразить ничего другого не могла. Я не переношу чужих, я не могу подстраиваться, мне дороги моё время и пространство. Я должна быть совершенно свободна, иначе я просто не могу жить… Но тут я поняла, что где-то среди этих мокрых туч есть одна птица… Моя птица. Она мала и слаба, но она упорно летит сквозь опасности, сама не зная куда. А я должна показать ей дорогу… чтобы она долетела.

На протяжении этого страстного монолога я незаметно отодвигался от девицы подальше.

Нашла себе маленькую птичку, тоже мне. Нет, спасибо! Только чокнутых старых дев мне не хватало!

— Хм… Это… Если ты рассчитываешь на меня, хочу сказать — я не свободен, — заявил я сразу, чтобы расставить все точки над «i».

Лигейя осеклась и посмотрела на меня с недоумением. Но тут же рассмеялась.

— Да я вижу, — ответила она без всякой обиды. — Я тут уже давно сижу, и успела изучить всех. Увы, никто не подошёл. Тут много очень славного молодняка. Но они ненастоящие. Они только играют.

— Вот-вот. Детский сад.

Лигейя очень оживилась.

— Это ты очень правильно сказал — именно детский сад! Младшая группа. Такие славные птенчики, но никуда не годятся! Я пожалуй, загляну сюда ещё разок через год-два. Может, кто-то и них подрастёт.

Когда она уходила, я даже пожалел её. Бедняжке ничего не светило.

Минут десять я спокойно допивал кофе. Мысли блуждали где-то далеко, раздражение ушло. Странное общение со странной девицей, как ни удивительно, оказало на меня умиротворяющее действие.

Тем временем появилась Ники, и за ней — целая толпа юнцов. Все устремились к барной стойке.

— Прикольный всё-таки этот Идолищев! — сказала она. — Хоть у него и мания величия, а рассказывает ужасно интересные вещи…

Я встал из-за стола.

— Ну что, идём отсюда?

— Ты так и просидел в буфете?! А почему лекцию слушать не стал?

— Зачем мне слушать выдумки этого старого алчного вруна?

— Это была очень полезная лекция, — возразила Ники, быстро оглянувшись. — А Идолищев — не врун, а профессор-лингвист, и один из самых известных драконов Питера. Ну да, он жадный до денег, но для зелёных драконов это не порок…

— Он?! Да тут вообще не было ни одного дракона!

— Хе-хе… Повернись.

Я повернулся, но ничего нового за спиной не обнаружил.

— И что?

— Посмотри на бармена.

Бармен, увидев, что я на него смотрю, подмигнул мне вертикальным зрачком, и снова занялся кофе-машиной.

Глава 4. Гнездо в облаках

Когда Чёрный клан собирался вместе, это обычно происходило у матери Валенка на Яхтенной. Можно сказать, там была наша штаб-квартира. Туда можно было завалиться в любое время дня и ночи (конечно, если мамаша Валенка была на дежурстве) и вкусно поесть домашней еды. Я сильно подозревал, что старуха догадывается о том, кто на самом деле её сын и его странные друзья. Но она ни разу даже не намекнула на это. Что, впрочем, не мешало ей всячески крыть Валенка и учить его жизни. К нам с Ники она относилась с неприкрытым презрением. Благоволила она только к Грегу, который обращался с ней как с вдовствующей императрицей.

Пару дней спустя после похода в «Драконью дыру» Грег почему-то отменил огненную тренировку и велел мне вечером прийти к Валенку. Я шёл с работы пешком, поглядывая на небо. Было жарко и душно, парило. Над новостройками клубились сизые тучи, обещая дождь, а то и грозу — первую в этом сезоне.