Джеффри Хантингтон - Колдуны Ордена Ночного Крыла

Сесили рассмеялась.

— Это правда, — добавил Монтейн невинным тоном, поглядывая на Девона. — Я провернул несколько рискованных операций и сорвал большой куш. А вы любите рисковать, мистер Марч?

— Только обдуманно, — ответил Девон.

— Ах, — усмехнулся Рольф, — безопасная игра еще никого не сделала богатым. Знаете, что я сделал, когда вышел из тюрьмы?

— Расскажите! — попросила Ана.

— Я устроился работать на буровую вышку в Саудовской Аравии. С этого дня мне сопутствовала удача. Потом перебрался в Египет. Занимался археологическими раскопками. Угадайте, что мы нашли?

— Гробницу с мумией! — воскликнула Ана.

Рольф ухмыльнулся:

— Ты умная девочка. Абсолютно верно. Захоронение Рутинтутина. Слыхали про такого?

— Кажется, на уроках истории… — неуверенно предположила Ана.

Сесили громко расхохоталась.

— Много золота. Горы, — продолжал Рольф.

Сесили покачала головой:

— Вы собираетесь рассказать историю про проклятье фараона?

Рольф встал из-за стола:

— В другой раз. Не хочу сразу раскрывать все козырные карты.

Ана с восторгом смотрела на Рольфа:

— Это ж надо! Гробница с мумией!

Но Рольф больше не обращал на нее внимания. Он снова смотрел на Девона.

— Ну как дела? — спросил он серьезно. — Новые призраки?

Девон выдержал его взгляд.

— Так, парочка, — ответил он.

— Держи меня в курсе. Ты знаешь, где меня найти.

Распрощавшись с ребятами, Монтейн удалился.

«Он знает, — снова сказал Девону Голос. — Он знает то, что ты пытаешься выяснить».

— Что это он так тобой интересуется? — поинтересовалась Сесили. — Странно…

Девон не знал ответа на этот вопрос. Но твердо решил выяснить, что известно Рольфу Монтейну. И как можно быстрее.

ПОД МОНОТОННЫЙ хор сверчков Девон и Сесили возвращались домой. Было довольно прохладно. Листья с деревьев почти облетели. В воздухе разливался запах убранных полей, свежего сена, перекопанной земли. С Ди Джеем и Аной они расстались в «Грозовом приюте», решив сначала пройтись вдоль берега, потом вернуться на холм. Девон взял Сесили за руку. А еще он поцеловал ее — на этот раз инициатива исходила от него. Губы девушки были душистыми и мягкими… Нить разговора ускользала от Девона. Ему казалось, что все происходит во сне.

Они вошли в вестибюль с боем часов. Пробило двенадцать. Длинные лиловые тени лениво заскользили по полу, на стенах заплясали силуэты голых деревьев.

Сесили отправилась спать, а Девон задержался в гостиной. Он встал у окна и долго смотрел на белые барашки волн, разбивавшихся о скалы. Это успокаивало его. Он думал о том, как отнеслась бы миссис Крэнделл к их с Сесили роману. Он был почти уверен, что она не одобрила бы выбор дочери.

Потом, вздрогнув от неожиданности, Девон услышал Голос: «Мальчик в опасности». Не мешкая ни секунды, он помчался наверх.

Несмотря на поздний час, Александр не спал, он сидел в кровати, прислонившись к спинке и сложив руки на коленях. Словно ждал чего-то. Или кого-то.

Например, Девона.

— Почему ты не спишь? Уже перевалило за полночь.

— Я смотрю на луну. Только представь: по ней ходили люди. Разве это не удивительно?

Раньше Девон не задумывался об этом. Первая высадка на Луну произошла задолго до его рождения; детство Девона пришлось на те годы, когда шаттлы и спутники уже поражали воображение человека не сильнее, чем велосипеды и поезда.

— Пожалуй, ты прав, — согласился Девон. — А когда это впервые пришло тебе в голову?

Мальчишка резко расхохотался.

— Знаешь, что это? — неожиданно спросил он, вытаскивая из-под подушки трубку радиотелефона.

— Телефон из кухни. Зачем ты его принес сюда?

— Странно, — Александр смотрел на телефон так, словно видел его впервые, — я могу унести его куда захочу, и он все равно будет звонить, все равно найдет меня.

Девон присел на кровать Александра. Что-то насторожило его. Мальчишка (или Джастин?) снова затеял какую-то игру?

— Разумеется, радиотелефон работает, даже если ты его куда-нибудь унесешь, — подтвердил Девон. — Его для этого и используют.

Ребенок любовался телефоном, как будто это была редкостная находка. Он вытянул антенну на всю длину, потом засунул ее обратно и набрал четыре цифры. Раздался мелодичный сигнал.

— Александр, что ты делаешь?

— Звоню папе, — ответил он и поднес трубку к уху.

— Твой отец в Европе. А ты набрал четырехзначный номер.

— Привет, папа, — радостно закричал Александр. — Как дела?

Девон напряженно замер. Лицо мальчишки просветлело. Его приветствие прозвучало вполне искренне. Мог ли он на самом деле звонить Эдварду Маеру в Лондон или в Париж, куда он там уехал? В Европе, должно быть, часов пять утра.

— Александр, — позвал Девон.

— Я разговариваю с моим отцом, — прошептал он сквозь зубы, и в его глазах мелькнула злоба.

У Девона перехватило дыхание.

— Александр, ты уверен, что это действительно твой…

— Он ждет!

В глазах мальчишки сверкнула ярость, исказив его лицо почти до неузнаваемости. Девон отшатнулся. Александр резко сунул ему трубку. Девону пришлось взять ее.

— Мистер… Маер?..

Никто не ответил. И все же на другом конце линии кто-то был. Кто-то дышал в трубку хрипло и отрывисто, с трудом. Девон выключил телефон, изо всех сил нажав на кнопку указательным пальцем.

— Что он сказал? — невинно поинтересовался мальчик. Он уже успокоился и даже улыбался.

— Кто это был, Александр?

— Мой папа. Что он сказал?

— Ты… ошибся номером. Ты нажал случайные цифры и разбудил какого-то старика.

Александр пожал плечами:

— Может быть, это плохая связь. — Он пошарил у себя за спиной и вытащил из-под подушки телевизионный пульт. — Знаешь, для чего это мне?

Девон изучающе смотрел на мальчика.

— Нет, — схитрил он. — Может, объяснишь?

Девон почувствовал озноб. Больше всего его поразило не поведение Александра и даже не странное дыхание в трубке, а телевизионная программа— передавали все то же шоу Мастера Маджи.

— Сейчас полночь, — прошептал Девон, — почему его показывают?

Александр восторженно уставился на экран. Бессменный ведущий детской передачи Мастер Маджи лихо отплясывал на фоне потрепанного бархатного занавеса кроваво-красного цвета и при этом что-то напевал. Яркое клоунское одеяние — плиссированная рубашка с огромными пуговицами и шаровары — переливалось в свете софитов всеми цветами радуги.

Девон смотрел во все глаза. Странного клоуна показывали крупным планом. Густо наложенный грим на его лице затвердел и растрескался.