Кит Ломер - Космический шулер

Микропчик, с тревогой смотревший на O'Лири, при последних его словах встрепенулся.

— Кто сказал, что у тебя Кредит в Аяксе? — возмущенно спросил он.

— Э-э-э… в создавшейся ситуации… ведь у нас одна цель, вывести Круппхима-Горубля на чистую воду..

— Гм-мм.. — пробормотал Микропчик. — Разумеется, кредит будет строго ограничен. У тебя есть определенный план?

— Мне необходимо вернуться в Миазмы и предупредить Родольфо. Может, вдвоем нам удастся остановить Горубля. Дело за тобой, Микропчик. Поможешь?

— Почему не помочь? Только не забудь, что ты нам должен за доставку в Стеклянное Дерево и прочие мелкие услуги…

— Мы обсудим этот вопрос позже. Мне предстоит долгий путь, а время не ждет.

— Постараюсь устроить тебя на поезд метро, в котором мы приехали, — неохотно сказал Микропчик. — Хотя, конечно, посторонним вход в него строго запрещен.

— Метро? Ты хочешь сказать, что от комплекса Аякс до Стеклянного Дерева проложена подземка?

— Естественно. Я же говорил, что никогда не доверял принцу, потому что у него глаза…

— В таком случае, — зловещим тоном произнес O'Лири, — почему ты заставил меня лететь на ковре, Марк его IV, самолете? Я мог сломать себе шею!

— Все хорошо, что хорошо кончается, — примирительно сказал Микропчик. — Мне нужно было провести отвлекающий маневр, чтобы Круппхим не догадался о задуманной мною операции по изъятию его собственности. И когда еще мог мне предоставиться случай испытать оборудование в полевых условиях? Пойдем. Сам говорил, время не ждет.

Крохотный, словно игрушечный, вагончик метро проносился по извилистым пещерам, громко стуча колесами. Свайнхильда, скрючившись на узком сидении, спала как убитая, и в конце долгого путешествия ее пришлось разбудить. Девушка охала и ахала, пока они шли мимо гигантских цехов, мастерских, лабораторий, вдыхая непонятные ей запахи, глядя на кипучую работу, не прекращавшуюся даже ночью.

— Я слышал сказки о гномах, которые работают под горой, — признался Лафайет, — но мне всегда казалось, что это — маленькие бородатые человечки, кующие золото на наковальнях.

— Мы давно модернизировали производство, Везунчик, — объяснил Пешкороль. — В результате только последние сто лет производительность труда увеличилась на восемьсот процентов!

Они миновали помещения, отведенные для администрации, и спустились на склад, где группа техников, повинуясь указаниям Микропчика, развернула на полу небольшой темно-зеленый ковер.

— Марк XII, последняя модель, — гордо заявил начальник лаборатории. — Ветровое стекло, магнитофон с наушниками, ремни безопасности, мягкое сиденье.

— Дурацкий ковер, — убежденно сказала Свайнхильда. — А я где сяду?

— Ты не полетишь, — резко ответил O'Лири. — Слишком опасно.

— Нет, полечу! Попробуй меня не пустить!

— Я не позволю тебе рисковать жизнью на этой половой тряпке!

— А я не собираюсь торчать на этом идиотском заводе и ходить пополам согнувшись, чтоб не расшибиться о потолок!

— Конечно, нет, мадам, — сказал Пешкороль. — Фицпромах, разверни Марк XIII, двухместный. — Он вызывающе посмотрел на O'Лири. — Если кто-нибудь считает, что меня можно оседлать и поехать, взвалив на мои плечи заботу о кобыле на два фута выше меня ростом, он ошибается. К тому же, — мстительно добавил он, — мне ее не прокормить.

— Ну… раз так-. — сдался Лафайет. Прошло десять минут, в течение которых техники тщательно проверяли рабочие контуры ковра-самолета и регулировали взлетно— посадочное устройство. Потом Марк XIII вынесли на балкон и развернули.

— Половая тряпка? — вполголоса фыркнул Микропчик. — Он безопаснее океанского лайнера. Только не гони больше шестидесяти первые несколько миль, и не забудь, что управление осуществляется голосом.

— Конечно, конечно, — рассеянно пробормотал Лафайет, ежась от холода и плотнее запахиваясь в подбитый мехом плащ-невидимку.

Свайнхильда уселась сзади, обхватив его руками за талию.

— Поехали! — сказал O'Лири.

У него появилось знакомое ощущение тошноты. Ковер выровнялся, ложась на заданный курс. Ледяной ветер засвистел в ушах, огни Аякса начали удаляться и исчезать вдали.

— Ты ведь не сердишься, что я тебе навязалась? — прошептала Свайнхильда, прижавшись к начинавшему замерзать Лафайету.

— Нет, — буркнул он, не оборачиваясь. — Только, ради бога, не вмешивайся в мои дела. Круппхим удрал, испугавшись, что я его узнаю и в бараний рог скручу с помощью пси-энергий. — O'Лири иронически хмыкнул. — Узнать-то я его узнал, но он понятия не имеет, что у меня не осталось и крупицы былой силы.

— Зато тебе везет, — успокоила его Свайнхильда, — а это — самое главное. Если б не дверь в скале…

— Странное везение, — задумчиво сказал O'Лири. — В парке я нашел маскарадный костюм, а до этого, на баркасе — кухонный нож, который появился в критический момент. У меня возникает ощущение, что опять удалось сфокусировать пси-энергию, но когда я пытаюсь еще раз что-нибудь изменить, ничего не получается. Ужасно раздражает.

— Да, трудное это дело, Лэйф, быть героем. Но раз взялся — терпи.

— Герой? Я? — O'Лири скромно рассмеялся. — Нет, Свайнхильда, ты ошибаешься. Герои любят опасности, вечно суют нос не в свое дело, шляются по свету в поисках разных приключений, а я хочу одного: мира и покоя.

— Но ведь это так просто, Лэйф. Разверни ковер и полетим на юг. Я слышала, там очень красивые острова. Построим шалаш, будем ловить рыбу, собирать кокосовые орехи…

— Может, ты и права, Свайнхильда. Но сначала я должен посчитаться с мерзавцем Круппхимом! Горубль проклятый! Ничего на свете не пожалею, лишь бы он оказался у меня в руках! Представляю его физиономию, когда я скажу, что мне известно, кто он такой! О, если б мне до него добраться…

— Осторожно! — воскликнула Свайнхильда, глядя на белую стену, приближающуюся к ним с угрожающей скоростью.

Лафайет закричал, приказывая Марку XIII подняться, но поздно. Ковер резко наклонился влево, скользнул по сугробу, подпрыгнул и скачками понесся вниз по склону горы, вздымая за собой туманный шлейф снега. Свайнхильда крепко обхватила Лафайета руками, ремень безопасности врезался ему в ребра, встречный ветер ударил в лицо со страшной силой.

Подпрыгнув на глыбе льда, ковер пролетел по воздуху и упал в глубокий снег. O'Лири с трудом выпрямился и увидел прямо перед собой движущиеся огни, неясные фигуры, услышал хриплые голоса, стук копыт…

— Это… ты! — заикаясь, произнес знакомый голос. — Как… почему… откуда. — Когда я уезжал, ты сладко храпел в моих самых роскошных апартаментах! Что ты здесь делаешь?