Евгений Варламов - Аннотация

- Вот эти свободны, - показала Кармен рукой на две двери в нешироком коридоре. - В каждой комнате по две постели. Занимайте.

- Мы в эту идем, - подхватив Сержика под руку, безапелляционно заявила Натин, тыча рукой в левую дверь.

Сержик, опешивший от такого оборота, запунцовел, и, ведомый торжествующей Натин, ринулся в указанную дверь, цепляясь рюкзаком за косяк. Улыбающаяся Люська, повернулась к Захарову, и, подмигнув, спросила:

- Тебя тоже вести, или сам пойдешь?

- Ах ты, зараза! Да я тебя сам занесу!

Он бросил на пол звякнувшую содержимым сумку, подхватил Люську под колени, и, закружив, занес ее в комнату. Поставив девушку на пол, Захаров обнял ее, и, взглянув в сияющие глаза Люськи, осторожно коснулся своими губами ее губ.

- Сумки занеси, Антоша, - шепнула в перерыве между поцелуями Люська. - Сумки-и!

Захаров на мгновение отстранился, непонимающе взглянул в Люськины глаза, и снова приник к ее губам.

- Антон, сумки! - затормошила его девушка. Нехотя Захаров оторвался от Люськи, вышел за дверь, и занес внутрь поклажу. Закрыв дверь на засов, Он снова привлек к себе девушку, и принялся расстегивать на ней джинсовую курточку.

- Стоп, стоп! - зашептала Люська. - Мне помыться надо. Да и тебе не помешает. Давай-ка сначала организуй сервис.

- М-да, - сказал Захаров, - хорошо бы в баньку. А есть у них бани?

- Не знаю. Иди, спроси.

Снова отперев дверь, Захаров вышел, и направился в трактир.

Банька действительно была, и даже протоплена. Захаров ожидал, что это будет баня российской старины, топившаяся по-черному, но, вопреки его ожиданиям, бревенчатая баня была большой и светлой. И топилась, как положено, по-белому. Первыми пошли девушки, вылившие на себя почти всю горячую воду, но вернувшиеся счастливыми, хоть и с мокрыми волосами. Мужчины торопливо обмылись остатками воды, и, сполоснувшись ледяной, колодезной водой, переоделись в чистое из своих запасов. Грязное белье они забрали с собой, надеясь со временем уговорить девушек постирать его.

Ощущая свежесть и чистоту тел, они уже по темноте вернулись в свои комнаты. Захаров открыл дверь, и окунулся в темноту.

- Люсь, ты где? - тихо спросил он.

- Здесь я. Закрой дверь и иди сюда, - прошептала Люська из глубины комнаты. Захаров торопливо стянул с себя одежду, и обнаженной кожей чувствуя прохладный ночной воздух, осторожно пошел вперед. В полной темноте, протянув руки, он нащупал девичье тело, накрытое простыней, и осторожно улегся рядом.

- Ты чего так долго? - прошептала Люська. - Я чуть не уснула. Захаров промолчал, забираясь под простыню, и прижимаясь к обжигающе горячему телу.

- Ой, ты какой холодный! И руки ледяные! - запищала Люська. Захаров поймал ее губы своими, и Люська замолчала, крепко обнимая своего мужчину. Жарко целуя девушку, Захаров все теснее вжимал свою грудь в упругие полушария обнаженной Люськиной груди, ладонью оглаживая выпуклости и ямочки ее фигуры. Девушка застонала, царапая спину Захарова своими коготками, и тогда он, коленом раздвинув ее ноги, навис над ней, не переставая целовать ее сладкие губы.

В яростном споре мужчины с женщиной победила сильная половина человечества. Люська взмолилась о пощаде, и Захаров вытянулся на постели, обнимая одной рукой свою подругу. Прислушиваясь к жалобным крикам Натин, доносившимся из соседней комнаты, он пытался другой рукой нащупать свалившуюся простынь.

- Во, колдун дает! - засмеялся он. - А ведь все девственником представлялся!

- Просто раньше ему такая, как Натин, не встречалась, - ответила Люська.

Они снова обнялись, ощущая тягу друг к другу, и к стонам Натин скоро добавились жаркие вздохи Люськи.

Глава девятая

Захаров проснулся поздно. За окном уже был день, на кого-то брехала собака, заржала лошадь. Люськи рядом не было. Сладко потянувшись, Захаров улыбнулся солнечному дню и встал. В углу кучей лежали их с Люськой вещи. Покопавшись, Захаров нашел свою одежду, чистые портянки, оделся, и натянул на ноги сапоги. Решив не таскать пока с собой ружье, он ограничился кинжалом, заткнув его за пояс. Его плащ так и остался висеть на гвозде. Ощущая непривычную легкость, Захаров вышел в коридор, и стукнул в соседнюю дверь. Ему никто не ответил, и он решил выйти во двор.

Его друзья сидели на бревнах, сваленных в углу двора, и щелкали семечки. Захаров сильно удивился, подошел к ним, и, протягивая руку, сказал:

- Привет! Я тоже хочу!

Люська, улыбнувшись, подала ему небольшой мешочек из плотной ткани, полный настоящих каленых семечек. Он взял горсть, и, не садясь, принялся грызть их, пытливо вглядываясь в лица соратников. Благостное выражение их лиц порадовало его. Видно было, что отдых пошел им на пользу. Он и сам чувствовал, что в состоянии свернуть горы, пройти огонь, воду, и медные трубы.

- Откуда такое чудо? - спросил он, выплевывая шелуху.

- Кармен предложила. Вроде десерта после завтрака.

- Ее, вообще-то, зовут Райза, - сказала Натин, жмурясь от удовольствия, и солнечного света.

- А вы что же, уже позавтракали?

- Милый, обед скоро! - засмеялась Люська.

- Ну, тогда я завтракать не буду. Сразу пообедаю. Мы что, сегодня отдыхаем?

- Да, давайте расслабимся, - ответил ему Сержик. Я что-то устал.

- Немудрено, - пошутил Захаров, - после такой работы!

Сержик зарделся, и потупился. Натин протянула руку, притянула его голову к своей груди, ласково шепча что-то. Парень заулыбался, закрыл глаза, и блаженно замер. Люська вздохнула, искоса взглянув на них, и вопрошающе посмотрела на Захарова.

- А не пойти ли нам посмотреть город? - предложила она.- Интересно же.

- Пообедаем, да и пойдем, - согласился Захаров, уже изрядно проголодавшийся.

Так они и сидели, щелкая семечки, пока Райза-Кармен не позвала их обедать.

Обед удивил всех, кроме Натин. Но и она отдала должное густому супу, очень острому и вкусному, и зажаренным целиком птицам, размером с голубя, с гарниром из запеченного корня сельдерея. Пиво было чуть водянистее, чем в Палуге, но тоже очень вкусное. На десерт подали уже знакомый "узвар" и свежевыпеченные булочки со сливочным маслом.

- Вот теперь я знаю, какое оно, сливочное масло! - восторженно воскликнул Сержик.

- А что, у вас там нет сливочного масла? - удивилась Натин.

- Есть-то, есть, но оно и рядом с настоящим не лежало, - пошутил Захаров.

- Как это, не лежало? Почему не лежало? - снова удивилась девушка.

Захаров расхохотался, а Сержик пояснил:

- Ну, оно у нас совсем не такое. Намного хуже.

Выйдя на воздух, они еще чуть-чуть посидели на облюбованных бревнышках, утрясая обед в желудках, и наслаждаясь хорошей погодой.