Ирен Блейк - Предназначение

Прошли мимо меня, оставляя в воздухе запах парфюма. Холодного и резкого, наверное, стянутого у предков. Я тупо молчала, возможно, вытаращив глаза и пялилась на облегающий свитер Жоржа коричневый, как медвежья шкура.

И всё что могла думать: ' всё Дженсен, сплошная чёрная полоса. И как ни крути, прощайся со спокойной жизнью'.

Я тихо вздохнула.

Хлопнула и закрылась кабинетная дверь. Хлопку вторил дребезжащий, потревоженный металлический брелок- якорёк, украшающий связку ключей, жёстко вторкнутых в сердечник замка. Пара секунд передышки и пауза.

Не дождавшийся от меня ответа боксёр, выпрямился, убрал руки с парты и отошел, нахмуренный и злобный, исчезая позади меня, направляясь к последнему ряду. Кураторша пару секунд, словно что-то решая, стояла у самой двери, затем зацокала по полу каблуками, преодолевая последние метры, ведущие к её длинному, рабочему столу.

- Здравствуйте дети!- сказала она, улыбаясь, затем присела на стул и раскрыла журнал, приступая к обыденным действием.

Первый урок начался, но мой день уже был испоганен. Сука жизнь, злодейка фортуна, а также всёрешающая, не знающая компромиссов судьба. Три сестры, шайка заговорщиц, тварей, о, как сильно я вас порой ненавидела. Особенно сильно в такие моменты, раскрашивающие всё хорошее, что было, перекрашивающие мою и без того тяжёлую жизнь в чернильно-чёрные тона. И не зря, ведь меня никогда не щадили и сострадание им было неведомо.

' Эх', сжала руку в кулак. Утешая и обманывая себя иллюзорной мыслью, ' что когда-нибудь, всё же закончится, я вырасту и уеду отсюда к чертям, и всё закончится, обязательно закончится. Всё именно так и будет. Обязательно'. Говорила себе и не верила. А сердце внутри тоскливо сжималось, тикали часики, и жизнь, как ни крути, продолжалась.

Предпоследний урок- физкультура, а для меня катастрофа там оказаться. Переживу я его или нет- вопрос на пору сотен долларов.

Подходящей к концу школьный день я провела буквально как на иголках, терпя многозначительные суровые взгляды группировки Кейна. Но, сговорившись, они испытывали моё терпение, откладывая на потом все горести и подарки судьбы, задуманные по их воле. И я так и не поняла, терзаясь сомнениями, тревожась, накручивая себя, не зная чего ожидать от тех, у кого якобы временная амнезия, слишком блестящими были их глаза, наполненные предвкушением.

В столовой сидела и ела, как всегда в одиночестве, опустив голову, погружённая в думы, без аппетита, разжёвывая яблоко. Шум, суета, звонкий, режущий по нервам смех учеников и толкучка возле раздаточной. Сладкий запах свежеиспечённой выпечки, ощущался буквально на вкус, заставляя сглотнуть слюну, скопившуюся во рту. Ваниль, шоколад и корица идеальное сочетание на мой вкус, может угробить любую фигуру, но плевать на калории, я и так толстая.

Мой старший брат с друзьями и развязными девицами, смешался с толпой, безразличный ко мне на людях. Гадко и мелочно, но я давно привыкла к такому раскладу. Красивая внешность и червоточина вместо души. Пепельный загорелый блондин - Бенджамин. Высокий и стройный, но подхалим, лицемер, без собственного мнения.

Катарина хотела сесть рядом со мной, да и Виктория странно на меня поглядывала. Но, мне было не до них и девчонки ушли, предоставив меня самой себе и собственным мыслям.

И - вот теперь я самой последней вышла из раздевалки, ступая по узкому коридору, где тусклые потолочные лампочки скудно освещают стены и деревянный пол, ложатся тенями и бликами, подхваченные частыми порывами пронизывающего насквозь ветра из наспех приделанной фанеры, закрывающей окно в подвале.

Скрип скрип, скрипят подошвы моих белых кроссовок, соприкасаясь с деревянным, местами выщербленным полом. Иду к ступенькам, рассеянно замечая, что дверь в спортзал закрыта и, вздрагиваю, чтобы встретиться взглядом с Кейном и его прихвостнями. Толстый боксёр в узком спортивном костюме - кабанья туша в человеческой плоти. Свинячие глазки близоруко прищурены, и сквозняк доносит до меня его запах пота, едкий и отвратительный. Серж его антипод: высок и довольно красив. Суровый, крутой и даже можно сказать харизматичный. Но, я нутром чую, крутизна напускная , слабина хорошо замаскирована.

Хриплый кашель, а затем, издеваясь, Кейн произнёс, обращаясь ко мне.

-Дженсен, ты крупно попала. И сегодня расплатишься с нами! С каждым по очереди!- гаденько намекнул.

- Ага,- кивнул Серж, улыбаясь зловещей улыбкой, переходящей в оскал, безобразно растягивающий его тонкие надменные губы.

Лампочка мигнула, и боксёр кинулся на меня. Сердце ёкнуло, я отскочила, но всё равно его толстая рука схватила меня за рукав ярко-жёлтой мастерки. Он упал, и я по ступенькам покатилась следом за ним, ударяясь коленями, о закруглённые выступы. Зубы скрипели, адской болью отдаваясь в висках, и кажется, я прикусила язык.

Чей-то смех, как издёвка, стали последней каплей, и негодование, ярость волной захлестнули меня. Я прохрипела, ощущая во рту медный привкус своей собственной крови .

- В чём я виновата? Ублюдки, хватит мучить меня, хватит недомолвок и лицемерной таинственности. Кто самый смелый , пусть объяснит мне всё! Надоели ваши замороченные пакости. Ну, же я жду, - прошептала, медленно вставая, видя, как боксёр вытирает окровавленный лоб. 'Мудак получил по заслугам', подумала и невольно торжествующе улыбнулась.

- Чего лыбишься Айрис? - удивлённо произнёс Серж.

А я зловеще расхохоталась, ощущая неведомое спокойствие. Страх исчез и я нутром чувствовала: справлюсь и всё будет хорошо!

- Она чокнутая,- добавил боксёр, прозвучало плевком. Я, улыбаясь, перевела свой взгляд на него. Жорж побледнел и резко сделал шаг назад, невольно отступая к стене. В его расширившихся карих глазах плескался страх. И мне понравилось его отражение.

- Шухер - сказал невесть откуда появившийся Кейн. - Перенесём её наказание на посля. Живо в спортзал парни. Тренерша близко, похоже, совещание завершилось.

Он уходил, а я даже не заметила. Да и про совещание, честно сказать я не знала, вот какая я сегодня рассеянная. А всё недосып. Гад окаянный!

Дверь спортзала открылась, яркий свет резанул по глазам, я зажмурилась, а затем вновь упала на пол, потеряв равновесие, ощутив сильный толчок в спину, наверное, Кейн не удержался.

'Переживём Дженсен, переживём', шептала себе, поднимаясь, чувствуя себя развалиной. Воздух буквально искрил от зависшего напряжения, а взгляд подоспевшей Мисс Ларчи буравил спину. Ой, как она была недовольна. Ой, как мне сейчас достанется. И не поверит, и не поможет ни в чём, хоть ты тресни. Надменная сука и стерва! Как я их всех, узколобых учителей порой ненавижу!