Роберт Хейс - Ересь внутри

— Нет, — взял слово лорд Зхо. Говорил он коротко и твердо: — Мы хотим, чтобы ты сказал нам, как убить ее. Ты… советник, и полномочий здесь у тебя нет.

— Понимаю, но я не вижу причин, почему Инквизиция должна это делать. Вы просите помощи в ее убийстве, ничего не предлагая взамен.

Лорд Зхо наклонился вперед.

— Экфор но. Алабуш ке’акт. Феннациун боласт.

Евнух вздохнул.

— Он говорит: «Она ведьма, а ты охотишься на ведьм». Ну, примерно так, если отбросить крепкие словечки.

— Прозвучало довольно гневно, — согласился Танкуил.

— Кроме того, Инквизиция уже согласилась. Ты здесь для того, чтобы делать свое дело, а не препираться.

— Ваша правда, — с легким поклоном отозвался Танкуил. — Мне нужно время для подготовки. Утром первым делом я увижу эту женщину и доложу сразу же, как только найду решение.

Последовала короткая пауза, пока мужчины переглядывались, а затем толстяк слева провозгласил:

— Нас такой вариант устраивает. Ты свободен, арбитр.

Танкуил фыркнул, тряхнул головой и, развернувшись, стремительно покинул зал. По правде говоря, перспектива встречи лицом к лицу с бессмертной ведьмой прямо сейчас его совсем не прельщала. А вот идея найти таверну и провести вечер за выпивкой выглядела куда более заманчивой.

Черный Шип

— Мы на месте? — спросил Шустрый.

— Не сильно похоже на темницу, — отозвался Мослак.

— Ага, — сказал Бетрим. — Я побывал в паре таких, и поверь — это точно темница.

— О, ты не знаешь, где довелось побывать мне, — с ухмылкой выдал Шустрый.

Все посмотрели на него, а потом дружно расхохотались.

Тюрьма была частью казарм стражи в Старом городе — большое каменное двухэтажное строение со множеством зарешеченных окон. Наемники обошли здание по периметру, и это заняло у них около десяти минут. Внутрь вел собственный вход, но Бетрим не сомневался, что он соединен с казармами. Хотел бы наемник сказать, что надежнее всего просто войти, не будь он уверен: стража тут же схватит Черного Шипа. Лично его такой вариант не устраивал.

— Так как мы будем это делать? Ты хоть раз устраивал чей-нибудь побег, Шип? — спросил Шустрый, пожевывая какой-то непонятно где раздобытый листок, который жутко вонял — хотя не Бетриму с его смердящей пастой из экканских орехов жаловаться — и придавал слюне Шустрого голубой цвет, но ублюдок божился, что это делает его более бдительным.

— Да, раз или два. Проще всего просто войти внутрь, размахивая топором, и выйти несколькими трупами позже. Кровавая работенка, но все же… — Бетрим окинул взглядом товарищей — все они давно привыкли к кровавой работе, кроме, пожалуй, Зеленого.

Мослак сплюнул.

— Думается мне, слишком много трупов получится. Пойдем напролом — и поляжем: внутри будет тесно. — Бетрим хорошо знал, что Мослак любит драться, когда вокруг есть где размахнуться его здоровенным мечом.

— Всегда можно сдаться и потом уже устраивать побег изнутри, — продолжал Бетрим. — Хотя мне эта идея никогда не нравилась.

— Не знаю, — глумливо произнес Зеленый. — Ты — да в тюрьме… Звучит не так плохо.

— Заткнись, тупой ты идиот. Еще один вариант — скрытое проникновение. С решетками это не так-то просто, но возможно.

— Я однажды слышал, как какие-то парни обвязали прутья веревкой, прицепили ее к лошади, а затем пришпорили животину. Веревка натянулась и вырвала решетку к чертям, — сказал Мослак, кивая самому себе.

— У нас нет лошади, — заметил Бетрим.

— Можно украсть.

— Хм, может сработать.

Шустрый покачал головой:

— Как по мне, так слишком шумно получится. Думаю, Босс хочет провернуть все по-тихому, без шума, пыли и трупов.

— Когда в последний раз у нас была работа без трупов? — спросил Бетрим.

Никто ему не ответил. Впрочем, он этого и не ожидал.

— Значит, тихо войти и тихо выйти? — подал голос Зеленый.

— Похоже на то, — подтвердил Шустрый. — Для начала нужно выяснить, где держат пленницу, и проникнуть внутрь как можно ближе к этому месту. Нет ничего хуже, чем войти и понять, что цель на другом конце тюрьмы.

Бетрим потер обрубки среднего пальца и мизинца на левой руке. Он ненавидел планирование — столько всего нужно обмозговать, а в итоге все равно что-нибудь упустишь… Он предпочитал идти в бой с топором наголо и заливать все вокруг кровью, но именно поэтому Торн и не был главным. Бетриму никогда не нравилась идея стоять во главе собственной команды. Руководить даже этой маленькой группкой — уже задача не из легких. Слишком много громких имен со своими идеями и своими проблемами.

Бетрим вспомнил другую команду с громкими именами, в которой он когда-то состоял, еще до того, как сделал имя себе. Дерьма тогда в нем было почти столько же, сколько сейчас в Зеленом. Командовал ими человек по кличке Алый Клык, хотя красными были все его зубы. Еще с ними был Ночной Клинок, для команды — Альфин Тетер. Тогда Ночной Клинок был одним из самых известных наемных убийц в Диких Землях. Поговаривали, что от его руки людей полегло больше, чем сгинуло в море, но никто не мог доказать, какие именно убийства совершены им.

Альфин с Бетримом неплохо поладили. Торн был неопытным, как Зеленый, но не тупым, чтобы рассчитывать сделать себе имя, убив кого-нибудь вроде Ночного Клинка. Другие же не так хорошо воспринимали присутствие в их группе ассасина. Бетрим помнил разговоры о том, что отравители — никчемные и трусливые подонки.

Он покинул команду по-плохому: никому не нравилось иметь под боком человека, за которым охотятся арбитры, а Торн тогда только что убил своего третьего. Спустя некоторое время в одном из борделей до его ушей дошел слушок, что всю ту банду нашли мертвой, за исключением Ночного Клинка, и никто не мог сказать, отчего они погибли. Ни порезов, ни синяков, ничего. Просто мертвы и обворованы. С тех пор никто больше не слышал об Альфине Тетере.

— У них же окна, правильно? — вернул Бетрима к действительности голос Зеленого.

— Да, зарешеченные, — отозвался Шустрый.

— Не помешает позаглядывать внутрь и найти, в какой камере девчонка. Вряд ли здесь сидит много сучек в цепях.

Все на мгновение замерли, размышляя над сказанным. Шустрый похотливо усмехнулся. Сам Бетрим предпочитал, чтобы его женщины были усердными и исполнительными, даже если за это нужно платить.

— А ведь Зеленый в кои-то веки прав. Здесь, в Чаде, если тебя поймали, то ты скорее раб, а не пленник, тем более если ты телка. Найти ее будет нетрудно, особенно если стража посадила ее в клетку с видом на пейзаж.