Amberit - Под тенью темной луны (СИ)

- Это что такое было, гхыр его побери? – заорал он, роняя нож и глядя на палец, из которого падали на пол крупные красные капли.

- Это волынка, - ответила я. – Дай сюда руку, залечу.

- Сам могу, - буркнул он, но руку дал. Я быстренько прочитала кровоостанавливающее заклинание, добавила обезболивающий компонент и, подняв нож, вернула его владельцу.

- А я думал, привидение застонало, - отошел от шока Терен.

- Ну а что ты хотел? – резонно заметила Кесси. – Големы должны маршировать под разудалые частушки? Или молодецкое уханье?

- А что, частушки было бы и нормально, - заикнулся Лис, но быстро заткнулся под суровым взглядом Кесси.

- Сам их петь будешь! – пригрозила она.

- Так, подождите меня, я сейчас. – Стен сорвался с места и исчез за дверью. Вернулся он довольно быстро, неся в руках небольшой барабан.

- Вот, это для задания ритма. – Стен торжественно водрузил барабан на стол, чуть не свалив голову Тиана.

- Ты где его взял? – заинтересовался Лис.

- Где взял, там уже нет, - туманно ответил Стен. – Так как вам моя идея?

- Это будет феерическое зрелище, - высказал Лежек общую мысль.

Утром школа напоминала не приличное учебное заведение, а растревоженный улей. Учителя даже не пытались привлечь адептов к порядку. Лекции проходили под неумолчный аккомпанемент обсуждений, что можно ожидать вечером. По негласному правилу, все веселье – то есть начало праздника – начиналось с закатом, однако ворота Школы и забор были зачарованы с раннего утра, дабы пресечь попытки особо предприимчивых адептов удрать в город.

С трудом дождавшись окончания уроков, мы бросились в комнату к Лису. Кесси пришла последней, поскольку заходила покормить Кыса и уговорить его не волноваться, если вдруг начнет стучать и грохотать.

- Двери зачаровали? – спросил Тей.

- Да, - сообщила Кесси. – Лично.

- Ну и хорошо. Кто начнет первый? Элька, давай, у вас и опыт уже есть.

Я не стала объяснять, что опыт был не совсем тот, но не стала спорить. Сосредоточившись, я вызвала в памяти текст заклинания оживления голема и медленным речитативом начала его зачитывать. До этого мы создавали голема только один раз – на стихийной магии, и тогда, как и сейчас, я с восторгом смотрела, как из беспорядочной груды земли формируется человекообразная фигура, поднимаясь и замирая на месте.

- Голову дайте, - прошептал кто-то сзади, когда заклинание подошло к концу. Лежек водрузил тыквенную голову на положенное место. Последним штрихом заклятия я прикрепила тыкву к короткой шее голема и отступила на шаг, любуясь результатом.

- Отлично, - прокомментировал Тей. – Отходи, теперь я.

Я присела на любимый подоконник, завороженно глядя на разворачивающееся передо мной зрелище. Один за одним земляные монстры с тыквенными головами занимали свое место в ряду. Самой большой проблемой оказался голем Лиса. Сей адепт не смог удержаться от смеха, зачитывая заклинание, и фигура монстра получилась кривобокой и припадающей на одну ногу. Голова же бабки Мелисьи, как мы не старались ее прикрепить, не держалась на узеньких плечиках. В конце концов ее просто сунули голему в руки.

- И будет у нас бабка без головы, - прокомментировал Терен.

Лежек с Тереном наложили уже знакомое заклинание, и у тыквенных голов появились зубастые рты, которые они открывали и закрывали при ходьбе. Достаточно много времени ушло на то, чтобы научить големов ходить строем (монстр Лиса шел последним, в гордом одиночестве, смешно подпрыгивая при ходьбе). «Оррику», которого создавал Ингвар, дали в руки барабан, а Тиану - волынку. Обучать их игре мы даже не стали, просто зачаровав одного – стучать, а второго, соответственно – дуть. Визгливые потусторонние звуки и прекрасно отбиваемый ритм прекрасно дополнили общую сюрреалистическую картину.

- Ну что, кажется, нам пора, - заявил Тей, выглянув в окно, где серость пасмурного дня сменилась непроглядной темной беззвездной ночью.

Мы наложили на выстроенный отряд големов заклятие неподвижности, которое должно было распасться само собой через четверть часа, и спустились вниз в холл.

Идти следовало с осторожностью. Первый и второй курсы, поскольку особыми магическими знаниями не обладали, устраивали обычные детские пакости – намазывали дверные ручки непонятной липкой гадостью, натягивали веревочки поперек коридора, делая их невидимыми, и все в таком духе. Третий и четвертый курсы более поднаторели в заклятиях. Результатом их усилий стало нечто, носившееся по полу и больше всего напоминавшее кусочек меха или клубок растрепавшихся ниток, из которых торчали ушки и ножки. Причем этих нечто было много. Они собирались в кучки в укромных уголках и с громким писком бросались под ноги проходящих мимо. Нам с Кесси это «нечто» сильно напомнило мышей. Орать и прыгать на руки сокурсникам мы не стали, вероятно, к большому разочарованию адептов, зато Кесси громко и четко пожалела вслух, что не прихватила с собой Кыса. Он, дескать, поразвлекся бы здесь от души. После ее слов интенсивность нападения кусочков меха поуменьшилась, хотя вряд ли кто-то, кроме нас, знал, кто такой Кыс. Правда, как там говорил Ален: «В школе полно пророков»?

Среднее звено – пятый, шестой и седьмой курсы – запустили в школу привидений. Одно из них просто летало и молодецки свистело, второе – нецензурно ругалось, а третье – плевалось с потолка экзоплазмой на головы зазевавшихся адептов. Оно попыталось плюнуть и в нашу компанию, но Тей показал ему кулак с определенно сложенными пальцами, грозно пообещав: «Развоплощу!» - после чего привидение исчезло, направившись искать другую жертву.

Восьмой курс – это уже почти девятый. Поэтому от них мы ждали чего-нибудь интересного. И не ошиблись. Завернув в один из коридоров, мы с Кесси заорали в голос. Примчавшиеся через секунду парни сохранили свое достоинство и не испугались только потому, что мы уже успели запустить пульсаром в чудище, пожелавшее напасть на нас. Это был оживший скелет вибрунопода, на который навели очень качественный фантом плоти. Вибрунопод ревел, мотал головой и скалил зубы в точности, как настоящий. Поскольку пульсар нанес непоправимый урон фантому, пришлось задержаться и восстановить справедливость, то есть воссоздать его заново. Мы, конечно, не удержались и добавили пару своих штришков. Так, на левом боку вибрунопода теперь светился знак магов-практиков – меч с восьмиконечным пульсаром в оголовье рукояти, а на правом – короткое, но емкое изречение на тролльем. Последнее парни добавили, когда мы с Кесси, устав их ждать, пошли дальше, и узнали только случайно – обернувшись, чтобы спросить, не столкнется ли это чудище с нашими големами.