Энн Маккефри - Поиски Акорны

– О-ох, как Нуэва бесится! – пробормотал он. – Всем головомойку устроила, грозит следующего недоумка, кто упустит пленников, шлюзануть… говорит, «Их», – Маркель ткнул себя пальцем в грудь, – «надо отыскать». Ого! – Он дернулся, потом обмяк, и взгляд его потух. – Сенграт только что сообразил, что меня во время переворота так и не нашли… а Шимена ему напомнила, что я лучше всех на корабле разбираюсь в трубах и шахтах. – То, с каким упором он произнес последнее имя, подсказало Акорне, что юношу что-то связывало с этой Шименой… прежде. – Они правда на стороне Нуэвы, – прошептал он. – Не просто примазываются, чтобы спасти свои шкуры. Даже Шимена… А ведь она мне нравилась. Не понимаю таких людей.

– Я тоже, – утешила его Акорна.

– Вы двое, конечно, – сама святая невинность, – перебил Джонни, – но мне лично куда интереснее, что они собираются делать по этому поводу, и как Маркель собирается им утереть нос… Я-то знаю, малыш, отчего у тебя вот так начинают глаза гореть.

Он дружески взъерошил Маркелю волосы.

– Нуэва собиралась отправить кого-нибудь в центральную шахту, – отчитался юноша. – Мы бы им славные прятки устроили, в таком-то лабиринте. Загоняли бы любых охотников. Но Сенграт предложил пустить газ. Он меня все еще недооценивает.

Не прерываясь, он нырнул в кучу припасов, чтобы одной рукой вытащить оттуда связку дыхательных масок, а другой – баллончики с аварийным запасом кислорода.

– Это нам не понадобится, – улыбнулась Акорна.

Джонни недоуменно покосился на нее.

– Она ци-линь , – пояснил доктор Хоа, проснувшийся где-то во время возбужденной тирады Маркеля. – Ее рог очищает воздух и воду, исцеляет раны. Не так ли, наимилостивейшая госпожа ци-линь ?

– Я не ци-линь, доктор Хоа, – отозвалась девушка, – но все остальное верно.

– Видите? Она исцелила мои руки после пыток. – Ученый закатал рукав, демонстрируя слегка морщинистую, но в остальном вполне здоровую кожу на запястье. От самых глубоких ожогов остались только светлые пятна. – И… и все остальное, – с некоторым изумлением добавил он, только теперь сообразив, что может садиться и ходить, не испытывая боли.

– И мои костяшки, – только теперь заметив, прошептал Маркель, и широко распахнул глаза. – И колени не так болят, и спина. – Он вперил в Калума обвиняющий взор. – Эй! Вы ведь здорово ободрали плечи, когда лезли в вентиляцию, так? А меня пытались убедить, что мне примерещилось, хотя на самом деле вас Акорна вылечила?

– Мы подумали, что вам трудно будет это осознать, – пробормотал Калум. – Некоторые не верят…

Юноша почтительно глянул на Акорну.

– Даже увидав своими глазами? Вот это фора у нас! Им вас не схватить, госпожа. Покуда я дышу – нет.

– Я позабочусь, чтобы это продлилось долго, – ответила Акорна.

Маркель поднял руку, призывая к тишине, и вслушался в голоса из динамика.

– Да, так они и решили поступить. Шимена худенькая, она полезет нас искать, когда воздух очистится. – Юноша помрачнел. – Она не хотела… Я думал, в ней еще что-то осталось хорошее… Но ей плевать, что станет с нами – она боится, что я как-то переживу газовую атаку, и наброшусь на нее в трубе. Я бы не смог ее ударить, – тоскливо признался он, – только не Шимену. Даже после всего, что она сделала. Я думал, она это понимает…

– Тогда давай не будем ее дожидаться, – Джонни сменил тему прежде, чем юноша совсем расклеится. – Маркель, сможешь провести нас на причальную палубу? – Он перевел взгляд на Калума. – Полагаю, из вашего корабля командный центр выйдет получше этой трубы… мы могли бы отправить сообщения, и даже унести ноги, если Маркель сможет отключить захватные лучи «Прибежища».

– Нет проблем! Ты что – не заметил? Мы уже на перекрестье 32-красного с 16-синим, надо только пойти в обход по синим 16-24, а на пересечении с 48-зеленым срезать дорогу… Ну, неважно, – притормозил Маркель, ощутив недоумение слушателей.

– Я всего лишь простой инженер, – заметил Джонни. – Я не храню в памяти трехмерную карту корабельных коммуникаций с цветными пометками.

– Это на самом деле очень просто, – отозвался Маркель. – Когда время выдастся, я тебе все объясню.

– Этого, – тоскливо заметил инженер, – я и боюсь.

– А?

– Не бери в голову! – Джонни дружески толкнул юношу. – Вперед, о благородный туземец! Ударим пробегом… хм, то есть, – поправился он, перехватив изумленный взгляд Маркеля, – на цыпочках, тихонько уносим ноги. Из твоих припасов что-нибудь стоит захватить?

– Воду?.. – Маркель сдернул со стены полотнище, к которому цеплялись фляги – оказалось, что это старая футболка. – Сухпайки. Мой наушник. Эти вот… нет, тяжело… а без этого не обойтись, – он торопливо перебирал инструменты, откладывая самые нужные. Самое важное он запихал в рюкзак, всем, даже доктору Хоа, накинул на плечи по самогреющему одеялу, а потом, приподняв угол одной из секций стенки, запихнул в открывшуюся щель все остальное. Несколько сильных пинков вернули стене ее первоначальный вид, и от убежища Маркеля не осталось и следов.

– Теперь – сюда, – указал он, и потянул Хоа за руку.

После Акорна долго изумлялась, как они вообще пережили этот исход. Целительные силы ее рога были огромны, как и его способность разрушать яды, но усилие, которое приходилось прикладывать ежесекундно, чтобы только очистить воздух вокруг, в конце концов изнурило даже ее. И это была не единственная проблема. Беглецы не могли позволить себе роскоши следовать найденным Маркелем «безопасным» дорогам; им приходилось продвигаться кратчайшими путями к ангару, или самыми неожиданными для преследователей. В одних проходах стены обжигали холодом, в других – жаром. В одной из секций, проходящей через охладитель маршевого двигателя, Акорне пришлось непрестанно метаться между остальными членами маленького отряда, заживляя покрывающиеся волдырями колени, ладони, другие части тела, волей-неволей соприкасавшиеся с раскаленным металлом.

– Паршивая изоляция, – пожаловался Джонни, когда Акорна водила рогом по его бедру, там, где штанина прогорела насквозь.

На каждом перекрестке они отдыхали недолго – то были единственные места, где Акорна и Джонни могли выпрямиться в полный рост, разогнув спины.

– Юноша, ты вообще знаешь, куда мы ползем? – поинтересовался инженер.

– Я тебе уже объяснял, Джонни Грин: я знаю этот корабль лучше, чем кто бы то ни было, в Первом или Втором поколении! В чем дело – жарко стало? – огрызнулся Маркель с такой яростью, что Джонни шутливо поднял руки.

– Веди, Макдуф! – Инженер подавил смешок. – И проклят будь, кто первым крикнет «Стой»! Это, – добавил он, – если вы с доктором Хоа выдержите, Акорна.