Алёна Краснова - Гнездо там, где ты (СИ)

- Фиеееен! ... - и тут же была подхвачена сильными руками в воздух.

- Да, Черт! Да, моя принцесса! - его глаза горели триумфом. Не размыкая нашей связи, плотно прижимая к себе так, что я чувствовала, как бьётся его сердце, как трепещет в ожидании разрядки внутри моей плоти член, демон поднялся с земли, встал в полный рост и, схватив меня за волосы, впился страстным, жарким, собственническим поцелуем в губы. Его язык проник в мой рот, такой горячий, чувственный, коснулся нёба и сплелся в сумасшествии с моим. Он не просто целовал, а с жадностью поглощал меня, мою страсть, мою энергию, что оргазмом пронеслась по всем нервным окончаниям, пропитала каждую пору моего тела, расколола на тысячи осколков воспаленное сознание.

Крепко обвив его талию ногами, в ладонях сжимая мокрые, колючие щеки, я прижималась к его торсу и лихорадочно дрожала от восторга, отдавая часть своей энергии инкубу, без которой его сущность обречена на голод. Это было сродни сумасшествию, губительному самоуничтожению. В мире темных эльфов в здравом уме никто и никогда даже не помышлял добровольно делиться своей жизненной силой с другими, тем более с демонами – заклятыми врагами всей эльфийской расы. Но боги! Будьте благосклонны к несчастной дочери навечно ушедшего в Авранаит короля! Закройте ваши глаза и уши! Сотрите из вашей памяти это безумие! Я выстрадала свой кусочек безрассудства горечью сотен, тысяч одиноких ночей!

Я скорее почувствовала, чем услышала, как в его груди заклокотал рык. Неожиданно грубо, прервав поцелуй, он отдернул меня от своих губ. В жадных, бездонных глазах столько страсти и неутоленной жажды, что на миг мне почудилось, будто этот гордый исполин - порождение той самой горной реки, что за его спиной в своём стремительном течении не щадила ни сильных, ни слабых. Никого.

- Хватит! Иначе я убью тебя, а ты мне нужна живой. Однако, мы не закончили одно дельце, – до боли сжимая мои ягодицы, он приподнял меня и насадил на член. Я охнула, выгнулась, подставляя лицо неугомонному дождю. – Давай, принцесса, порадуй своего господина!

В ответ, намеренно причиняя тирану боль, я с силой дернула инкуба за волосы, зарычала, огласив свой протест. - Ты не господин. Ты дикарь!

– Обожаю твою строптивость, моя эльфийка! – ухмыльнулся он. – Но, если, детка, ты сейчас не умолкнешь, мы скоро перегрызём друг другу глотки. Хотя, я уже знаю, как тебя усмирить

- Я тебе не дет…

В запале перебила я его, но закончить не успела – горячие губы инкуба накрыли мои, язык требовательно ворвался в рот, и тут же тяжелые удары вспарывающего плоть члена лишили малейшего желания продолжать, теперь уже казавшийся бессмысленным, спор. Переплетенные в единой цели - достичь наивысшего наслаждения, наши тела превратились в один воспаленный организм. Казалось, вокруг накалился сам воздух, а не на шутку разыгравшаяся стихия вспышкой неожиданной молнии приветствовала дикое, стремительное соитие двух темных душ.

Стоя на берегу реки, один из самых коварных представителей демонической расы, совершенный в своей мужской красоте, удерживал меня в своих руках, в исступлении выколачивая для нас освобождение, пока горячая волна спазмами не пронеслась по всему моему телу и мир раскололся на тысячи осколков. Только тогда, задрав голову к небу, тяжелыми, рваными толчками он излил в меня своё семя, звериным рыком оглушив мой слух.

Усмехаясь самодовольной улыбкой, демон повалился на землю, увлекая меня за собой. Он притянул меня к себе, пальцем приподнял подбородок и внимательно посмотрел мне в глаза:

- Устала? – мне показалось, или в его голосе присутствовала нежность?

- Есть немного, – не стала я лгать.

- Немного? Детка, сразиться с саксами, быть похищенной, догадаться прыгнуть в горную реку и не погибнуть в ней, иметь глупость бороться со мной. Дальше говорить? – он затрясся, сдерживая душивший его смех.

- Нет, довольно! – полушутя рыкнула я и, чувствуя смертельную усталость, положила голову на широкую грудь. Сильные руки обняли меня, укрывая от дождя. Как ни странно, сейчас я и не помышляла о парадоксе создавшейся ситуации. Закрыв глаза, я прислушивалась к ударам демонического сердца, вспоминая, что хотела сказать что-то важное:

– И никакая я тебе не дет…  - закончить не получилось. Я уже спала.

ГЛАВА 17 (КВИНТ)

Не было ничего, лишь тьма и боль. Страшная, разрушающая боль, которая раскаленным пламенем жгла грудь, скрючивала конечности и пальцы. От которой трещали самые толстые кости и закипал воспаленный мозг. Этой непрекращающейся пытке сопутствовал поток чудовищного крика, от которого лопались барабанные перепонки. Невозможно определить, что страшнее – дикая боль или эти, сводящие с ума постоянные вопли, выворачивающие наизнанку внутренности и сознание.

Я зажал уши руками и с трудом приподнял голову. Попытался во мраке найти отчаявшегося, что не в силах держать в себе боль. Однако, в этой адской тьме не видно не зги, поэтому собрав остаток сил, ни на что особо не надеясь, я выкрикнул в пустоту:

- Прекрати! Кто бы ты ни был, заткни свою пасть! - и до хруста сжал челюсти в ожидании очередного крика, но меня оглушила мгновенно воцарившаяся тишина. Не сразу я понял, что истошные, мучительные вопли исходили от меня самого, но как только эта первая, здравая мысль, прорывая стену иссушающей пытки, достигла сознания, я почувствовал неожиданное облегчение. Боль вдруг стала отступать, и с каждым мигом становилась всё терпимее, будто примиряясь с моим присутствием.

Теперь, когда её возможно было переносить, я стал задаваться вопросом, где и почему я здесь. Предо мной предстала оскалившаяся морда зеленоглазого гада. Тогда, мне было по херу, что он демон в окружении таких же тварей. Такой же проклятый, как и я. Как смел этот ублюдок касаться своей мерзостью Лайнеф? Я не сдерживал собственной ярости в стремлении разорвать его в клочья, когда в погоне хлестал плеткой коня. Лес, густые заросли, досада, когда усомнился, что найду эту падаль. Бешеный стук сердца от ликования, что напал на след. Потом… резкая боль в груди, шок и тьма. А я, глупец, считал себя непобедимым! Но нет, собственная самоуверенность, выходит, лишила меня жизнь.

- Жизни? – я замер. Меня замутило от страшной догадки, к горлу подступила тошнота. - Нет, сука, нет! Я должен выбраться отсюда, должен вернуться! Любой ценой мне необходимо вернуться назад. Дьявол! Мой путь не пройден. Я всё ещё хочу жить!