Академия Сердцеедов. Обман (СИ) - Полина Верховцева

еще несколько лет придется с ним одним воздухом дышать. Ненавижу.

На первом этаже никого.

Я промчалась через холл, свернула к выходу и со всего размаха врезалась в жесткое препятствие в виде Верано.

— Куда тебя опять понесло…

Он не договорил. Потому что я схватила его за груди, дернула на себя, и впечаталась в его губы злым поцелуем.

И все, что видела перед собой, это два больших, квадратных от удивления темных глаза.

Лекс так опешил от моего напора, что аж одеревенел. Кажется, даже дышать перестал. Целоваться с ним — все равно что целоваться с незнакомым человекам. Эмоций ноль, удовольствия тоже. Просто соприкосновение губ.

Зато я получила моральное удовлетворение, когда позади прогремело разъяренное:

— Верано! Убрал от нее руки! Живо.

Я отодвинулась от Лекса, одарив напоследок ослепительной улыбкой. Не все ж ему меня в краску вгонять и ставить в неудобные положения. Должен же и на моей улице быть праздник.

Хоть какой-нибудь. Хоть чуть-чуть.

Лекс одарил меня таким взглядом, что в другой ситуации, не будь я столь разозлена и взвинчена, непременно бы поджала хвост и уползла в самую глубокую нору. Но только не сегодня.

Сегодня, когда едва начавшее рубцеваться сердце заново треснуло на кровоточащие половины, мне было плевать и на взгляды, и на нормы приличия.

— Как прошел день? — ласково улыбнулась Лексу, — я соскучилась.

Он одними губами без звука, изобразил что-то похожее на «тебе хана».

Знаю, злыдень. Знаю.

Хана полная.

Такой несчастной я себя никогда не чувствовала. Даже, когда впервые застукала Коула с Эмми. Ведь после всего пережито в подземельях, после того как жизнь неоднократно оказывалась на волоске, я малодушно начала думать о том, а не простить ли Коула. Ведь он раскаивался, жалел, а жизнь такая короткая и надо уметь переворачивать неприятные страницы…

Кажется, для кого-то неприятной страницей была я сама.

— Отвали от нее, — Хеммери дернул меня за руку, буквально отдирая от Лекса.

— В чем собственно дело?

Холод в собственном голосе звучал так явно, что по коже полоснуло морозом. А когда-то в груди полыхало яркое пламя… кажется, в прошлой жизни.

— Ева, — казалось, будто Коул с трудом произнес мое имя, — то, что ты увидела…

— То, что я увидела, меня не касается. Ни в прошлый раз, ни в этот. Ты мальчик взрослый, занимайся чем хочешь, и с кем хочешь. Главное мне не мешай свою жизнь устраивать. Договорились?

— Да послушай! Я не знаю откуда она взялась у деканатов.

Я отбила его руку, которую он посмел тянуть ко мне:

— Без прикосновений.

— Ева!

— Я сказала, не притрагивайся ко мне. Табу, понял? Запрет. Красная линия. Назови как хочешь. Тебе больше нельзя ни обращаться ко мне, ни смотреть на меня, ни трогать.

— А кому можно? — он тоже начал злиться, — уж не этому ли?

— Не твое дело, — жестко обрубила я, полоснув взглядом по Лексу. Просто молчи! Просто стой и не открывай рта!

— Мое! Думаешь, я отдам тебя ему?

— Думаешь, тебе есть что отдавать?

В этот момент наверху лестницы появилась Эмми и с надутыми губами проканючила:

— Коул! Куда ты пропал? Мы же собирались…

— Заткнись! — рявкнул он.

В глазах у Эмми засверкали крупные слезы.

— Почему ты так себя ведешь? Я ждала тебя, писала…

Ах, у них еще и переписка была. Почему-то этот факт разозлил сильнее всего. Пока мне написывала лже-Стелла и планировала убить, эти двое голубков обменивались любовными письмами? Ненавижу.

Вложив во взгляд, направленный на Хеммери, все презрение на какое только была способна, я попыталась уйти, но наглец схватил меня за руку:

— Погоди!

— Отстань от меня.

— Коул, идем! — требовала Эмми.

У меня от злости красные круги перед глазами плясали. Еще немного и взорвусь.

— Я сказала, отпусти.

Коул наоборот вцепился сильнее:

— Нет. Я не знаю, чего эта дура ко мне привязалась! Я не звал ее, не ждал, видеть не хотел. Я думал, что по возвращению сможем нормально поговорить.

К горлу подкатил спазм, к глазам слезы.

— Хватит, поговорили, — вмешался Лекс, жёстко перехватив его руку.

— Отвали, — Коул отпихнул его, — и не смей к ней больше приближаться…

— А то что? — хищно улыбнулся Верано.

Боги, что за кашу я опять заварила.

К счастью, влез тот, от кого я вообще этого не ожидала.

За мгновение до драки между этими бойцовыми петухами вклинился Доминик.

— Так! Все! Разошлись!

— Не лезь!

— Разошлись, я сказал! — блондин проявил неожиданное упрямство и жесткость, — Хеммери, тебя ждет мисс Тревис! Немедленно!

— Плевать!

— Тебя ждут, — Ник оттолкнул Коула, встав между ним и полыхающим Верано, — проблем захотел?! Иди.

Хеммери пришлось подчиниться. Бросив нервное:

— Мы не закончили, — он взметнулся вверх по лестнице, пролетев мимо Эмми, тянувшей к нему свои тощие лапы.

Оливио посмотрел на меня исподлобья и процедил:

— Ты моя должница, Найтли! — потом взглянул на Лекса, нахмурился и ушел.

Мне тоже надо было уходить. Немедленно. Пока бывший наставник не выполнил свою давнюю угрозу и не придушил меня.

— Пока, — тихо крякнула и бросилась наутек, но буквально спустя мгновение почувствовала, как жесткая пятерня хватает за шкирку.

— Не так быстро, Найтли! — он затащил меня в первую попавшуюся аудиторию, ногой захлопнул дверь и вытолкнул меня вперед, — и что это было?

Я нахохлилась:

— Ничего не было.

Он демонстративно вытер губы, словно ничего противнее моего поцелуя в жизни не пробовал.

Может я и правда плохо целуюсь? Поэтому и Коул переключился на другую?

— Просто плохо продуманная, импульсивная попытка зацепить бывшего, которому на меня насрать.

— Ты хотела сказать идиотская попытка?

— И это тоже.

— Ев, ты нормальная? — он негодовал так, словно я его девственности лишила.

— Подумаешь, чмокнула. Что такого? Что ты так завелся? Можно подумать, с девчонками никогда не целовался.

— Ты не девчонка! Ты…

Не знаю, что он хотел сказать, но последние слова так и не прозвучали.

— Еще раз учудишь что-то подобное, я тебя высеку. Поняла?

— Не очень-то и хотелось, — буркнула себе под нос, — ты просто случайно на пути попался.

— Бестолочь! — в сердцах сказал он и щелбан мне отвесил.

Самый настоящий, звонкий щелбан!

— Эй! — я возмутилась, — так нельзя!

— Мне можно! — сказал и свалил.

А я, потирая лоб, смотрела вслед и недоумевала, какая муха его укусила.

Глава 14

Экзамен по сигнальным символам был письменным.

Нас с Ником и Вестников привели в одну из самых больших аудиторий Весмора. Госпожа Нора лично рассаживала всех по местам — в шахматном порядке, да еще и через ряд.

В какую сторону ни глянь — рядом пустое сиденье. Чтобы дотянуться до ближайшего соседа