Смотрительницы маяка. Рождественская вьюга - Анна (Нюша) Порохня

– Или дух расскажет нам о своем тайнике с несметными сокровищами. Тогда они достанутся леди Гилмор, и они станут завидными невестами.

Вот тут-то я напряглась еще больше. Этот человек будто играл со всеми в игру, понятную одному ему. Покосившись в сторону мачехи, я обратила внимание, что та побледнела. Да что же происходит?

- Леди Гилмор, признайтесь, вам уже являлись призраки маяка? – мужчина с накладкой вместо волос просто горел от любопытства. – Как вам спится в таком жутком месте?

- Прекрасно спится, - ответила я. – Кроме мышей и сороконожек в нашем новом жилище никого нет. Ни призраков, ни мрачных духов.

- Возможно, они не спешат вам показываться? – улыбнулся Карлос де ла Серда.

- Конечно, тогда им придется оплачивать свое пребывание на острове по заявленному тарифу, - проворчала Варежкина, плотоядно разглядывая кролика. – У нас нет скидок даже для тех, кто считает себя аборигеном острова «Седых бурь».

За столом воцарилась тишина, но длилась она недолго. Все начали посмеиваться, а потом и хохотать. Лишь леди Дивелла выглядела так, будто съела лимон. Такое явно не входило в ее планы. На сестер Гилмор должны были косо смотреть, обходить десятой дорогой, возможно, плевать в спину. Но точно не сидеть с нами за одним столом и смеяться над нашими шутками.

- Вы не перестаете удивлять, - прошептал сидящий рядом герцог, слегка склонившись к Лидуне. – В вас есть сарказм, который не присущ девицам столь юного возраста. Это выглядит так странно…

Господи… да в этом молодом теле засела прожженная жизнью русская баба. Видел бы ты ее в родных стенах ритуального агентства, в лосинах и с сигаретой во рту.

-- Как говаривал один очень талантливый человек: «Сарказм — последняя уловка стыдливых и целомудренных сердцем людей, которым грубо и навязчиво лезут в душу»*, - выдала Варежкина. – Так что ничего удивительного нет. Это всего лишь защитная реакция на то, как к нам относятся.

Веллингтон промолчал. Но Лида его точно шокировала. Это было видно по его глазам.

После ужина гранд пригласил всех пройти в комнату с плотно зашторенными окнами, в которой и должно было происходить мистическое действо. Здесь тоже стоял большой круглый стол, накрытый бархатом. На нем уже горели толстые свечи в серебряных подсвечниках, немного разбавляя золотистым светом плотную темноту. В камине уже догорали дрова, и он почти не освещал комнату.

- Прошу вас, - гранд указал на стулья с высокими спинками. – Если кто-то боится участвовать в этом, может сесть у камина.

Но, несмотря на легкое волнение, никто из гостей не отказался.

- Ваша светлость, а почему на вечере не присутствуют ваши прекрасные дочери? – спросила одна из женщин. – Надеюсь, с их здоровьем все в порядке?

- Все хорошо. Элена и Лаура отправились в столицу по своим женским делам. Подозреваю, что мне придется расстаться с кругленькой суммой. Девочки уже начали готовиться к Рождественскому балу, - засмеялся гранд, после чего многозначительно произнес: - Итак, закончим все разговоры. Пришла пора таинства. Донгэй, приоткрой окно: ведь наш дух как-то должен попасть в комнату.

Помощник Карлоса приоткрыл створку, но оставил шторы задернутыми, после чего встал за спиной хозяина.

- Этот стол не простой. Он создан специально для спиритических сеансов, - продолжил Карлос де ла Серда. – Ноги помещаются в специальную узкую нишу, чтобы у сидящего не появилось желание пошутить и постучать носком ботинка о крышку стола. Все должны быть уверены, что под ним ничего не происходит. Мужчины, вы можете проверить, что там нет никаких устройств.

Джентльмены заглянули в каждую нишу, подтвердили, что они пусты и очень узки. Двигать ногами в них точно не получится.

Мы устроились за столом в том же порядке, что и за ужином. С одной стороны от меня сидела Варежкина, а с другой – Бекингем. У маркиза было скучающее выражение лица. Я со злорадством подумала, что поухлестывать за дочерьми гранда у друзей не вышло. Вместо этого им придется нудиться в нашем обществе.

Зато Варежкина просто сияла. Я не могла понять, чему она радуется, но предполагала, что Лидуня что-то замыслила. Неугомонная!

- Давайте возьмемся за руки, - тихо сказал Карлос.

Я вложила свою руку в горячую ладонь маркиза и, несмотря на то, что между нами были натянутые отношения, неприязни не испытала.

- Дух Лютера Гилмора, приди к нам! – властным голосом произнес гранд. – Дух Лютера Гилмора, приди к нам!

Огоньки свечей вдруг слабо затрепетали, словно по комнате пролетел сквозняк. Дамы за столом испуганно завертели головами. Но ничего не случилось, и они расслабились.

- Дух Лютера Гилмора, ты здесь? – Карлос посмотрел в темноту пристальным взглядом. – Подай знак.

И тут раздался стук. Он прозвучал из-под стола, совсем рядом с нами. Тук-тук. Дамы охнули, Варежкина вытаращила глаза и простонала:

- Он действительно здесь?!

- Похоже на то, - ответил гранд, водя глазами по сторонам. – Лютер Гилмор, если это вы, постучите два раза. Если ответ “нет”, то один.

Тук-тук.

- Хорошо… Вы позволите задать вам вопрос?

Тук-тук.

- На острове «Седых бурь» есть что-то скрытое?

Тук-тук.

- Это сокровища?

- Тук-тук.

Все зашептались, поглядывая на нас, а потом вдова вдруг спросила:

- Лорд Гилмор, это вы убили свою жену?

И тут случилось нечто совершенно неожиданное.

- Я вижу силуэт! - воскликнула Лидуня, резко поднимаясь на ноги. – Он стоит в углу!

Варежкина потянула за собой скатерть, подсвечники упали, свечи покатились по столу, и все бросились тушить их. В комнате стало темно, как в могиле.

- Без паники. Все стойте там, где стоите, - услышала я голос гранда. – Сейчас Донгэй зажжет огонь.

Пламя сначала вспыхнуло в камине, а потом помощник Карлоса зажег свечи.

- Ох… мне кажется, я подвернула ногу… - Варежкина опустилась на стул, вцепившись в руку герцога. – Ох, как больно…

Где она умудрилась подвернуть ногу, оставалось только догадываться. Что-то здесь было нечисто.

- Сейчас вас отнесут в комнату, леди Гилмор. Донгэй, позови слуг, - распорядился гранд и, подойдя к Варежкиной, присел рядом. – Как вы себя чувствуете?

- Очень болит нога, - ответила Лида, старательно изображая покалеченную. – Мне кажется, я не смогу встать на нее…

- Оставайтесь с сестрой у меня до утра, - предложил Карлос де ла Серда. – Чтобы не было разговоров, я также приглашаю вашу мачеху остаться в моем доме.