Сверхъестественный отбор (СИ) - Юраш Кристина

- А вдруг я забуду? Вдруг я не вспомню? – шептала я, не находя себе места. Мне было так страшно, что однажды я просто не вспомню. И я знала, что с каждым разом вспоминать мне все труднее и труднее.

Не смотря на молодое отражение в зеркале, я чувствовала, что сердце стало совсем плохим. Но оно продолжало любить. Я видела себя  с темными, светлыми волосами, с веснушками, рыжей, голубоглазой, кареглазой. Все это мелькало слишком быстро.

Я помню отрывки, но не помню, как он выглядит. Помню голос, прикосновение, поцелуи, биение сердца, руки, губы… Но я не помню его лица. Оно словно стерлось из памяти…

Я дернула головой, словно очнувшись от сна. Гости стали исчезать, как привидения. Казалось, они сами этого не замечали. Только что они стояли с бокалами, обсуждая свадьбу, как вдруг стали растворятся.

Огромная книга церемониймейстера стала рассыпаться страницами. Страницы улетали вверх и исчезали. Он сам покачнулся, словно его сдул порыв ветра и тоже исчез. Исчезло все. Гирлянды, столы, угощения.

Что-то рядом гулко било полночь. Исчезали окна, занавески и яркий луч света, разделивший зал на две части - реальное и нереальное.  Слетала кремовая штукатурка, поднимаясь вверх, словно столп пыли. Она трескалась и устремлялась к сводам потолка.

Сквозь нее проступали другие стены. Идеально черные, покрытые древними символами. Букет роз вспыхнул и исчез, как исчезла однажды белоснежная бабочка.

Позолота слезала с буржуазной люстры, похожей на огромный торт.  Яркие золотистые огни гасли, оставляя блики в моих жадных и недоверчивых глазах. Как только они погасли, на мгновенье стало темно. Тихо и темно. Сердце отсчитывало удары, выжидая чего – то.

И тут люстра вспыхнула голубыми огнями, черным кружевом отбрасывая тень на потолок. «Неужели ты согласна?», - слышала я далекий голос с придыханием. – «Ты никогда больше не увидишь настоящее солнце. Ты в царстве теней»…

Изменилось все вокруг, как вдруг я обернулась. Принц стоял  и смотрел на меня, стаскивая с рук белоснежные перчатки. Они падали на пол, рассыпаясь пылью. Белоснежный камзол чернел, словно покрывался грязью.

- Фу! – послышался выдох, а принц скривился, стряхивая с себя остатки белизны черной рукой.  Нарядная лента, собирающая волосы принца в хвост была содрана когтистой рукой. А он тряхнул головой. Черные когти зачесали непослушные волосы назад. В ухе сверкнула бриллиантовая серьга. Он был намного бледнее того принца, которого я привыкла видеть на троне с выражением лица генерального директора общества с охмурительной ответственностью «Отбор».

Я помню говорила, что принц не в моем вкусе… Так вот, беру свои слова обратно.

Брови принца изогнулись, в глазах появился хищный блеск.

- Иногда думаешь, что сеешь мудрое, доброе, вечное! – усмехнулся принц с тем самым придыханием, которое сводило меня с ума. – А получается что-то злое, глупое и сиюминутное!

Из пола вырастали тени, приобретая очертание людей. Я видела старого камердинера, который стоял в черной ливрее и выглядел так, словно его недавно похоронили. В этой же ливрее.

- Поздравляю!  Вы прошли отбор! – произнес камердинер. – Ой, совсем забыл. Одну минутку!

Он попытался пройти сквозь стену, но застрял в текстурках, упираясь в нее лбом.

- Вот я старый дурак! Никак привыкнуть не могу! – выругался он, превращаясь в тень и спокойно проходя сквозь стену. Моя отпавшая челюсть, чуть не сломала мне ноги. Он настоящий!

Я почувствовала, как меня обнимают и медленно поворачивают к себе лицом. Я сморщилась, чувствуя, как во мне шевельнулась совесть: «Что не съем, то понадкусываю!».

Черная рука с когтями, взяла меня за подбородок.

- А ну-ка посмотри на меня, - послышался голос, от которого я чувствовала, как спадают сразу все бретельки. – Нет, посмотри… Посмотри в мои бесстыжие глаза своими бессовестными…

- Неужели ты меня не узнала? – послышался тихий голос. – Я был уверен, что ты меня сразу узнала… И был удивлен, когда вместо той, на которую я думал, из лесу выбежала ты с криками: «Как ты мог!». И скандалом, что я променял тебя на другую…

- Это была не иллюзия? – спросила я, вспоминая карету и принца.

- Иллюзия началась позже, - усмехнулся принц. Начиная с того момента, как ты спряталась в дереве. – Итак,  так как ты там говорила? Принц не в твоем вкусе, да?

 Глаза прищурились, а я почувствовала, как моей сердце обрывается.

- Значит, ты забыла, когда я в последний раз тебя целовал, - усмехнулся голос, от которого я забыла, как меня зовут! Пальцы скользнули по моей щеке. – Сознайся,  солнышко мое, забыла… Забыла…

- Но мы уже как бы, - смутилась я от этого голоса и чувства, что тени тут явно лишние.  Я мельком глянула на тени, столпившиеся в зале. – Целовались…

- Ну мы же только в губы…   - рассмеялся тихий голос. Мне кажется, что у меня сейчас корсет сам развяжется..

- Ты опять? – прошептала я и нахмурилась.

- Ой, ой, ой, я вообще-то про щечку, - улыбнулись мне. – А ты что подумала?

- Как раз про щечку! – ответила я, стараясь сохранить самообладание.

- Брысь! – скомандовал голос, а тени исчезли в одно мгновенье. Меня резко развернули и прижали к себе.

Я стояла спиной, словно связанная его руками. Черные руки, словно пропитанные тьмой, лежали поверх белоснежного платья. Одна обнимала за плечи. Вторая за талию. Я напоминала себе жертву, привязанную к столбу. Белое платье в черном замке среди теней смотрелось странно.

В мою макушку дышали, а я молчала, чувствуя, неровное дыхание.

- Ты … плачешь? –  едва слышно спросила я, чувствуя, как у самой начинает дрожать голос. Моя рука легла поверх черной руки, сжимая ее. 

- Молчи. Просто стой и молчи, - послышался задыхающийся шепот.

- Ну не надо плакать, - прошептала я, чувствуя, что у меня сейчас сердце разорвется. – Пожалуйста… Не плачь… Иначе я тоже буду плакать…

- Я не плачу, - послышался сдавленный голос, а меня опалило дыханием. – С чего ты взяла?

-  Ты носом шмыгаешь, - шмыгнула я носом, вцепившись в его руку. – Я слышу. Я слышу, как ты носом шмыгаешь… Признавайся!   А то я зареву…

- Ты что? Думала, я отпущу тебя? Ты меня слишком плохо… помнишь, - послышался голос. – Как же я тебя ждал, мое солнышко… Мое маленькое солнышко… Как же я ждал тебя… Сколько же лет ты не возвращалась… Я начал забывать, какой ты бываешь вредной. Я уже настолько привык к тому, что ты возвращается всегда разной. В прошлый раз у тебя были светлые волосы… Длинные светлые…

- А сейчас цвета какашки, - вздохнула я, смеясь и плача одновременно. – Считай, что я перекрасилась… И вообще, у меня к тебе есть маленькая просьба… Давай ты не будешь называть меня солнышком, а? Просто так меня называл бывший. И мне бы не хотелось… Ну сам, понимаешь…

Мне действительно было неловко об этом просить, но у меня от солнышка просто … просто …. Бррр!

- Пойдем! – послышался голос, а меня потянули за руку. Перед нами раскрылись стены, а я стояла на балконе. Небо было темным, сумрачным. Вокруг все выглядело жутковато.

- Я буду называть тебя солнышком. Что бы ты мне не говорила. А знаешь почему? – послышался голос, пока я смотрела на тусклый свет, идущий откуда-то сверху. – Потому что в этом мире нет солнца. И единственное солнце для меня это ты…

Я молчала, глядя на небо.

- Кстати, на счет щечки. Сегодня ночью щечка будет там, где я скажу.

Та-а-ак! Я скосила глаза.  И встретилась с такими же скошенными в мою сторону глазами.

- А я ведь сразу предупредил тебя, что я нифига не прекрасный принц. Что характер у меня мерзкий и отвратительный. И не надо на меня так смотреть. Сегодня ты у меня  сплошная щечка.

Небо снова мрачнело, а настроение, как ни странно поднималось. Причем, не только у меня.

- Ой, а где оракул? – вспомнила я, огромные врата. Причем, неожиданно для себя. Они, кажется, были во-о-он там. Между колючих зарослей и … другой мрачной живописью.

- Однажды, когда тебя долго не было, я пришел к оракулу. И спросил его. И тогда он мне ответил, что мне нужна вера… И я верил… Но годы шли, а тебя не было, - послышался голос. –  И тогда я понял, что Оракул солгал.  Впервые за всю историю. И я его разрушил.