Геомант. Последний из рода (СИ) - Коротков Александр Васильевич

— Ты здесь первый раз, милый? Кстати, как тебя зовут?

— Палад.

— Мы не попадем в занятые. Здесь ни разу такого не было. Видишь эти едва заметные зеленые огоньки над каждой из дверей? Если номер занят — огонек потухает.

Я присмотрелся повнимательнее и действительно заметил, что над шестью дверьми горели слабенькие зеленые точки. Нечто вроде местных светодиодов наверно. А над двумя подобной иллюминации не было. Значит, те, кто меня интересуют, либо за второй слева, либо за четвертой справа.

Агнес подошла к первой же двери справа, толкнула и поманила меня за собой. Как только мы вошли, девушка прикоснулась ладонью к едва заметной пластине на уровне пояса и дверь заперлась. Внутри комната чем-то напоминала аналогичную в заведении мадам Дюфре, ну разве что чуточку попроще. Те же свечи, несколько картин на стенах, темные тона и огромный траходром посередине.

— Итак, с чего бы ты хотел начать? — она повернулась ко мне. — Я многое могу, особенно если ты будешь щедр.

Я протянул ей две купюры по тысяче драхм:

— Надеюсь, это сгладит мою вину.

Ее рука, уже потянувшаяся за деньгами, остановилась:

— Какую еще вину?

Я схватил ее за руку, резко дернул на себя, развернув спиной, и взял в удушающий захват. Она попыталась закричать, но не успела. Задергалась, замолотила руками, но уже через несколько секунд обмякла. Я расслабил руки, подхватил потерявшую сознание девушку и аккуратно положил на кровать. Купюры положил рядом. Боюсь, что следующие несколько смен ей придется пропустить. Вряд ли ее точеная шея избежит синяков.

Подошел к двери, прислушался. Тишина. Прикоснулся к выключателю и створка тут же отошла в сторону на пару сантиметров. Приоткрыв чуть пошире, прильнул глазом к образовавшейся щели, но никого не увидел. Коридор был пуст. Выскользнув наружу, я мягкой походкой стал подходить к занятой двери на левой стороне, но, когда до нее осталась пара шагов, замок тихо щелкнул.

Рефлексы сработали раньше мозгов. Я метнулся вперед, прильнув к стене, благо, дверь открывалась в мою сторону. Если сейчас оттуда выйдет Феодор — мне хана.

— Виолетта, это было просто великолепно! Ты прелесть! Жди на следующей неделе!

В узкую щель я видел, что в коридор вышел какой-то жирный лысеющий боров далеко за сорок. Как только он закроет дверь, то нос к носу столкнется со мной. Решение пришло мгновенно.

Резко дергаю дверь на себя, одновременно отшагивая вправо, чтобы нос к носу столкнуться с не успевшим ничего понять любителем юных дев. Быстро стирается от удара в челюсть. Если правильно ударить, под углом, то сотрясение гарантировано. И, как защитная реакция — отключка. Жирдяй не стал исключением и без единого звука стал заваливаться назад, но я успел его перехватить и положил на пол. Шагнул внутрь комнаты, глянул на голую и уже открывшую рот, чтобы заорать, бабенку, рванул к ней, зажал рот ладонью:

— Издашь хоть звук — сдохнешь!

Видимо, что-то было такое с моем голосе, отчего она зажмурилась и попыталась кивнуть. Я подхватил толстого подмышки и втащил внутрь.

— Не убивайте меня! Пожалуйста!

Девушка смогла побороть страх и теперь расширенными глазами смотрела на меня.

— Не убью, если не будешь глупить. Закрой дверь и сиди до утра. Сунешься в коридор раньше — пожалеешь.

— Сидеть тут с мертвецом?!

— Он жив, просто в отключке. Можешь проверить.

Спохватившись, девушка сорвала с кровати измятую простыню, обмоталась, словно в бане, и пальчиками пощупала вену на шее толстяка.

— Убедилась? А теперь закрой дверь и не высовывайся.

Выйдя, я отошел на пару шагов и прислушался. Через три секунды дверь притянулась к косяку и глухо щелкнула. Умненькая девочка. Зеленый огонек погас.

Тихо, насколько это возможно, крадусь к крайней правой двери, понимая, что в любой момент на этаж может кто-то подняться. Впрочем, в таком случае всегда можно нырнуть в соседнюю дверь и закрыться. Если верить Агнес, занятый номер никого не заинтересует. Итак, о чем же собрались поговорить наследник престола и телохранитель младшего сына правителя?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— …то есть ты не знаешь, где он взял пирамиду Великого круга?

— Нет, господин. Об этом он нам не рассказывал.

— Но именно с ней он провел ритуал? Вместо Малого круга?

— Да. Пришлось надавить на Хранителя.

— И ты мне рассказываешь обо всем этом, потому что…

— Вы и сами наверняка заметили. Я не знаю, что, но на ритуале что-то случилось. Ириний стал другим. Сдержанным. Жестоким. Рассудительным. Почти избавился от нас, хотя раньше всегда и везде таскал с собой.

— Магия меняет людей. Особенно такая могущественная. Я не понимаю, как мой братец умудрился пережить Великий круг, да еще и инициированный какой-то кустарной поделкой. Я обязательно найду изготовителя и поговорю по душам. Но не вижу в изменениях, затронувших Ириния, что-то кардинальное.

— Господин, я бы не обратился к вам, если бы не переживал за него. Боюсь, что он повстречался на иных планах с кем-то…

— Что ты имеешь ввиду?

В голосе Феодора впервые за весь разговор мелькнула тень интереса.

— Я пару раз слышал, как он разговаривает сам с собой. Причем один голос принадлежит Иринию, а второй — кому-то другому. Иногда, когда он забывается, он него веет такой жутью, что хочется сбежать. И еще. Я могу ошибаться, но один раз его глаза в темноте изменились. Стали вертикальными, точно у змеи…

В разговоре наступила пауза. Я уже хотел убраться подобру-поздорову. когда Феодор все же ответил:

— Очень надеюсь, что ты ошибаешься, Казий. Потому что если ты прав, то это значит, что у «левой» пирамиды не сработала защита и моим глупым братцем воспользовался кто-то из местных обитателей. А на столь глубоких планах обитают такие твари, что даже их имена произносить нежелательно. Я лишь единожды видел демона четвертого круга. И не скажу, что мне понравилось увиденное…

Неожиданно раздался возглас, а затем что-то с грохотом упало.

— Ты видел одного из моих сыновей, человечишка. Младшего. Он потом еще долго потешался с твоей напуганной рожи.

Меня пробрало. Этот голос не мог принадлежать человеку! Создавалось впечатление, что одновременно говорит сразу несколько существ, и ни одно из них не имеет никакого отношения к роду людскому.

— Неужели ты думал, дорогой…братец, что если приказать этому ослу оставить пистоль и голософон, то я не смогу присоединиться к вашей милой беседе? Да я первым делом подсадил свои аватары в безмозглые головы этих идиотов!

— Кто ты, тварь?

— Ты же сам только что говорил, что имена демонов нежелательно произносить. Впрочем, тебе мое имя все равно ничего не скажет и не даст.

— Чего ты хочешь?

— От тебя? — голос демона натурально удивился. — Ничего. Ты бесполезное мясо, которое ничего не видит даже под собственным носом. Например, то, что нас нагло подслушивают.

Мать! Я дернулся, чтобы сбежать, но не успел. Дверь буквально сорвало с петель и меня хорошенько впечатало в стену. Затылок вонзился в камень и сознание едва не ухнуло в небытие, но чья-то невидимая горяченная ладонь, отвесив пару оплеух, привела меня в чувство. Незримые пальцы стиснули горло, оторвали от стены и втащили в комнату.

Приближенный, а точнее, его тело, безучастно сидело на стуле у дальней стены. Лицо превратилось в бледную безжизненную маску. Лишь губы шевелились, транслируя голос демона, да глаза превратились в два белых буркала, без зрачков.

— Кто тут у нас? — демон повернул лицо в мою сторону. — Странно пахнущий колдунишка, решивший поиграть в шпиона?

Я перевел взгляд и увидел, что тело Феодора оплели отвратительные на вид щупальца, вырывающиеся прямо из стены.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Демон неожиданно замолк и втянул ноздрями воздух:

— Ну нааадо же! Кто бы мог подумать, что один из Якострофов сможет уцелеть! Впрочем, ненадолго. Яд огненной собачки вскоре сожжет твои кишки, ты в курсе?

— Понятия не имею, о чем ты. — прохрипел я. Заклинание почти перекрыло доступ к кислороду.