Мария Куприянова - Анделор. Тетралогия

Для остальных он просто исчез. Растворился в воздухе, расплывчатой тенью мелькнул мимо Рома и Артиса, шепнул пару слов Элиору и сиганул с огромной высоты вниз.

Глупо. Необдуманно. Дерзко. Но правильно.

Милая, родная, любимая… живая: тысячи слов крутились в голове, пламенные чувства сжигали сердце. Колючий ветер заполнил глаза слезами, подхватил тело, закружил в свободном падении.

Внизу хищно ухмылялись скалы, льдистая озерная жижа облизывала каменные клыки. Смерть стремительно приближалась. Но тонкий стан девушки попался в руки раньше. Коля обхватил ее, крепко-крепко, прижал к груди, чувствуя, как бешено колотится ее сердце.

— Кайл… — в ее глазах застыл немой вопрос "зачем?".

— Черта с два я дам тебе умереть, — усмехнулся он, понимая, что не ошибся.

Ара-думм оберегала хозяина. Исцеляла от ран, дарила силы даже тогда, когда их неоткуда было взять. И сейчас она не желала разбиваться об острые скалы.

Глаза Эдели расширились, увидев, как за спиной любимого разворачиваются огромные кожистые крылья. Вельтка даже не вскрикнула. Прильнула к нему, не в силах отвести взгляда от сияющих золотом зрачков.

Воздушный поток взбешенно заревел, забурлил вокруг двух сплетенных тел. Рьяно заметался, испытывая на прочность, и сдался. Послушно лег под мощные крылья и около самой земли поднял людей вверх.

Коля полностью отдался инстинктам ара-думм, наслаждаясь полетом. Ветер свистел в ушах, размеренно хлопали за спиной сильные крылья, а в руках находилась самая драгоценная ноша, ради которой стоило рискнуть жизнью.

— Ты мог погибнуть.

Он готов был просто слушать хрустальный голос, но ответ сам собой сорвался с губ.

— Я погиб у статуи Великого Предка. С тех пор я лишь выполнял свой долг.

— Какая же я идиотка, — крупная слезинка сорвалась с щеки и исчезла в темной бездне, лежащей под ногами.

— Вовсе нет, — Коля улыбнулся и завис в воздухе. Наклонился к Эдели.

— Я хотела тебя остановить. Дарэлл не позволил.

— Знаю.

Ее губы обжигали, сладостное тепло разливалось по телу. Забыть все, забыть, зачем они здесь. Погрузиться в поцелуй и ощутить его бархатную нежность.

— Нам пора, — Коля с сожалением оторвался от любимой.

— Фаридар? — ненавистное имя развеяло пламенные чары. — Я боюсь.

— Брось, детка, — он нехотя понес ее в сторону человеческого лагеря. — Старика нечего боятся. У него даже кристалла нет.

— Я боюсь за тебя, — прошептала Эдель.

— Все будет хорошо, — они приземлились недалеко от лазарета. — Здесь тебе ничто не угрожает.

Появлению молодых людей никто не удивился. В темноте Коля сильно походил на вельта, принесшего с поля битвы очередного раненого. Но надо было торопиться, ара-думм еще не завершила превращение. Близость любимой ненадолго отвлекла, притормозила процесс появления ипостаси гворра. Но Коля чувствовал, как наливается мощью тело, как грубеет кожа, оборачиваясь в жесткую броню.

— Какая ирония, — вдруг произнесла Эдель.

Увидев, как удивленно посмотрел на нее Николай, пояснила:

— Теперь крылья есть у тебя, а я… ничем не могу тебе помочь.

— Успокойся, — он ее нежно обнял, поцеловал в шею, надеясь, что она не заметила перемен, затронувших лицо. — Я скоро вернусь. Обещаю.

И взмыл в небеса, избегая длительных прощаний.

Ветер снова засвистел в ушах, замок быстро приближался, но Коля направился в другое место.

На остроконечных башнях устроились огромные, уродливые птицы. Обычно склочные и злые гворры теперь тихо сидели в своих гнездах и зализывали раны, полученные в утреннем сражении. И крайне удивились появлению крылатого гостя. Его пронизывающему, гипнотизирующему взгляду противиться было невозможно. Так же как ослушаться приказа. Потому что в груди нового гворра, билось сердце истинного вожака.

— Вяжите его, — услышал Элиор тотчас после того, как брат немыслимым способом исчез.

Впрочем, особого приказания и не требовалось. Ром и Артис действовали слаженно и быстро. Они не поняли, что четвертый член их команды растворился в воздухе. Ром отбросил ногой кристалл, а Артис повалил колдуна на пол. Выкрутил ему руки, да так сильно, что пленник вскрикнул и выругался.

— Молчи, гаденыш, — Артис связал запястья кожаным поясом, и поставил мага на ноги. — Если не хочешь языка лишиться.

Фаридар зло блеснул глазом, поджал губы. Посмотрел в сторону кристалла. Ром нагнулся, поднял его, повертел в руках.

— Странная штуковина…

— Дай! Верни его мне! — колдун рванулся, но жесткая рука Артиса осадила его пыл.

— И не мечтай, — Элиор подошел к Рому, взглянул на мерцающий камень. — Да уж… Странный…

Артис не сразу заметил неладное. Его внимание полностью поглотил выворачивающийся, словно уж, Фаридар. Казалось, он утратил не только звездный осколок, но и рассудок. Повизгивая, шепча что-то нечленораздельное, маг вдруг торжествующе вскрикнул:

— Да! Да! Да!!!

Элиор и Ром молча рассматривали блики на гранях кристалла.

— Эй! Ребята! — попробовал отвлечь их внимание Артис. — Где Кайл?

Они молчали.

— Нету Дэнни, — вдруг захихикал Фаридар. — Нету Элли. Скоро не будет никого!

— Ты в своем уме, жалкий старикашка?

— Нету Дэнни. Нету Элли.

— Сейчас же бросьте камень! — Артис внезапно понял, что происходит. — Закройте глаза!

Элиор и Ром не реагировали. Завороженные, они уставились на кристалл, будто видели там нечто интересное, потрясающее, от чего невозможно отвести взгляд.

— Немедленно! — воскликнул Артис, понимая, что бесполезно. Он потащил за собой Фаридара, намереваясь выбить звездный слиток из рук Рома.

— Он забрал их души! Он забрал их души! — от мерзкого лопотания свихнувшегося колдуна будто песок скрипел на зубах.

— Что ты с ними сделал? — Артис тряхнул Фаридара, поднял его за грудки, всматриваясь в искаженное безумной улыбкой лицо. — Что с ними?

— Он живой! Он ожил! Забери его — и их тела останутся без душииии!

— Ничего не понимаю, — командующий растерянно поставил безумца на место.

— Зато я понимаю, — донесся низкий голос со стороны балкона.

Артис обернулся и замер, не в силах вымолвить не слова. Через открытую балконную дверь влетел не то человек, не то гворр. Золотом блестели его глаза, на грубой коже переливались чешуйки, за спиной свернулись огромные черные крылья. И только лицо отдаленно напоминало бывшего ученика, ныне принца и наследника земель людских…