Лилия Руднева - Ведьмами рождаются

— Там ещё туфли имеются, — проговорил Пенёк, осторожно выглядывая из-за двери. Над ним маячила восхищённая морда дяди Гриши.

— Ну, надо же, и размер угадал! — изумилась она, и едва не расплакалась.

«Господи, какое же это счастье, если о тебе заботятся. Он подумал, что мне нечего надеть, и тут же купил платье! Среди бешеного ритма своей жизни, он нашёл время подумать обо мне! Как бы я хотела, чтобы его забота была искренней!»  — она раздражённо смахнула набежавшую слезу.

— Настя, ну чего ты, — расстроился Пенёк, — радоваться надо — такой мужик тебя любит!

— Что ты мелешь, никому я не нужна! Ему, так же, как и тебе, что-то от меня нужно. Вот он и играет в любовь.

На душе у неё стало так тоскливо, что в самую пору было удавиться.

— Он хороший, — заступился Пенёк за Кузьмина, — ты же знаешь, я людей чувствую.

— Когда же это он показался тебе хорошим? Наверное, когда из шкафа с документами за шкирку вытаскивал? — Разозлилась Настя, но в душе её появилась глупая надежда, а вдруг?..

Раздался звонок в дверь, от которого вся троица в панике заметалась по квартире.

— Это Кузьмин, прячьтесь в кухне, — зашипела Настя на топающих, словно целое стадо слонов, Пенька и Гришу.

Она плотно прикрыла кухонную дверь, и с громко бьющимся сердцем, пошла открывать входную.

Лица Кузьмина не было видно из-за устрашающих размеров букета, который тот держал перед собой.

— Проходите, Виталий Николаевич, — Настя посторонилась, чтобы букет смог пролезть в прихожую.

— Это вам, — Кузьмин с трудом передал букет Насте, который она тут же уронила, так как обхватить его просто не смогла.

— Боже мой, зачем вы принесли столько цветов? — с ласковой улыбкой, памятуя об избранной ею тактике, произнесла она, — мне даже не во что их поставить.

— Завтра я подарю вам большую вазу, — проговорил он и замолчал, с восхищением смотря на неё.

— Я даже не знаю, как выразить вам свою признательность за подарок. Это было так неожиданно, и… вы не представляете, какую радость мне доставили! — тихо, опустив глаза, сказала она.

— Это вы доставили мне радость. Я даже не предполагал, что ваша красота сделает обыкновенное платье королевским нарядом, — хрипло сказал он.

— Виталий Николаевич, — Настя не выдержала и вышла из роли, — мне не хотелось бы вас обидеть, но я, честное слово, не могу понять вашего поведения. А когда мне непонятно что происходит, я начинаю чувствовать себя не очень уютно.

— Меньше всего я хотел бы доставить вам неудобство. И… мне кажется, я всё вам объяснил вчера вечером.

— Пойду, поставлю цветы, — засуетилась Настя, ругая себя последними словами.

«Дура! Сама себя загоняю в угол дурацкими вопросами!»

— Я помогу вам, — живо отозвался Кузьмин и, подобрав букет, стремительно пошёл в кухню. Настя не успела и рта раскрыть.

Виталий замер на пороге, обозревая неожиданно открывшуюся картину. За грязным столом, заставленным бутылками, сидел Настин брат. Напротив него находился огромный заросший мужик с красной мордой и пьяными глазами. Оба сидели по стойке «смирно».

— Это Григорий, — пролепетала у него за спиной подоспевшая Настя.

Она с облегчением увидела, что Яшку они успели прикрыть полотенцем, и теперь на столе возвышалось шевелящееся блюдо.

— Очень приятно, — недоумённо произнёс Кузьмин и вопросительно посмотрел на Настю.

— Дело в том… Видите ли… Это… Григорий — няня моего брата, — неожиданно для самой себя выпалила Настя, а Гриша от неожиданности икнул, — идёмте в ванную, там есть большое ведро, туда мы букет и поставим.

Схватив Кузьмина за руку, она потянула его из кухни.

— Скажите, Анастасия, — Виталий прервал затянувшееся молчание, — а вы уверены что Григорий подходящий человек для того, чтобы заботиться о вашем брате?

— На сто процентов! — заверила его она.

На кухне за время их отсутствия произошли изменения. Со стола исчезли бутылки, Пенёк усиленно изображал слабоумного, а дядя Гриша, повязав себе крохотный передничек, пошатываясь, хлопотал у плиты, что-то помешивая в кастрюле.

«Кастрюля пропала.» — обречённо подумала Настя, уловив запах гари.

— Настя, — деловито гаркнул дворник, — я памперсы ему уже поменял, сейчас доварю кашу и буду его кормить.

Девушка, из-за спины Кузьмина показала кулак в ответ на дурацкое поведение обоих алкоголиков.

— По-моему он его больше поит, чем кормит, — агрессивно заметил Виталий, поворачиваясь к Насте.

— Да нет, что вы! — замахал руками Григорий, — я ему настойку даю целебную, на травах. Она от мозгов помогает!

Настя в отчаянии закрыла глаза.

«Няня», тем временем, поставила перед Пеньком кастрюлю и попыталась накормить его с ложечки какой-то непонятной гадостью.

— По-моему, он пьян, — сказал Кузьмин.

— У каждого свои недостатки, — Настя заставила говорить себя как можно убедительнее, — зато заботливее человека вы не найдёте.

Дядя Гриша гордо выпятил грудь от такой похвалы.

— Виталий Николаевич, вы не могли бы подождать меня в машине? — с милой улыбкой обратилась к нему девушка, — а я оставлю Григорию кое-какие указания и через две минуты спущусь.

— Конечно, — сразу согласился он и вышел за дверь.

Однако уходить никуда не собирался. То, что происходило в квартире, выглядело, по меньшей мере, странным. И Кузьмин решил, что он вправе подслушать, что происходит с его любимой девушкой. А услышал он следующее…

Как только за Виталием закрылась дверь, Настя накинулась на собутыльников разъярённой тигрицей.

— Идиоты! Зачем вы устроили эту клоунаду! Думаете, он ничего не понял!.. Да снимите вы этот фартук, дядя Гриша!

Проштрафившиеся друзья сидели с виноватыми лицами. Даже Яшка, высунув мордочку из-под полотенца, смотрел на неё покаянными изумрудами.

— Настенька, мы же хотели как лучше, попытался оправдаться Пенёк.

— Значит так, — отчеканила она, — моя квартира — не притон для местных алкашей!

— Ну зачем ты так, Настя, — обиделся дядя Гриша.

— Вы выставили меня идиоткой, что он обо мне подумает!

— Да какая разница, если он тебе безразличен? — ловко выкрутился Пенёк.

— Когда я вернусь, чтоб ни одной пьяной рожи здесь не было! Вы всё поняли?

Пенёк с Григорием посмотрели на неё, как на последнюю сволочь.

— И нечего меня оскорблять! Сами виноваты!

— Настя, ты это… — тихо сказал Пенёк, — будь осторожна. Александр не зря хотел, чтобы ты была на презентации. Что-то там должно произойти.

— Ты точно знаешь? — перепугалась девушка, — тогда я не поеду!