Пола Волски - Жребий Рилиана Кру

В нем заговорил голос рассудка, так часто предостерегавший его от грубых ошибок: «Не увлекайся. Наверняка есть способ освободить Мерит и себя и при этом не лишиться жизни. Думай, и тогда ты, без сомнения, что-нибудь придумаешь».

Рилиан так глубоко погрузился в размышления, что не заметил большого корня, который торчал из земли прямо посередине тропинки. Он споткнулся и с трудом устоял на ногах.

— Бессстолочь. Неуклюжий. Неуклюжий. Ссслепой. Невнимательный. Ты сссломаешь ногу, и как тогда Крекит вернетссся к Нурбо? Неловкий. Бессстолочь. Бессстолочь. Бессстолочь…

Рилиан остановился. Ветерок доносил теперь новый запах, подтверждая верность направления. Это был едкий запах леса Миазма, щекотавший ноздри и горло человека. Глаза Рилиана заслезились, и он принялся вытирать их, потом вспомнил, что рука, как и каждый миллиметр его тела, покрыта липкой мазью сеньора. Одежда облепила руки и ноги, а волосы на лбу и на затылке слиплись. Ощущение не из приятных, но, по крайней мере, теперь не страшны зловредные выделения Миазма. А глаза? Кипроуз был абсолютно уверен в эффективности своих капель. Тогда откуда это раздражение и слезы? Замаячила ужасная перспектива — потеря зрения. Рилиан вспомнил действие Финальной Завесы Бьюбайго, вспомнил свой тогдашний страх и беспомощность и снова задумался: хорошо бы миновать Миазм, не входить в него. Если бы избавиться от Крекита или хотя бы как-то повлиять на него…

— Двигайссся вперед. Двигайссся вперед. — Резкие команды змея неприятно действовали на слух. — Ленивый. Медлительный. Бессстолочь. Двигайссся быссстрее. Быссстрее. Быссстрее. Быссстрее…

С губ Рилиана чуть было не сорвался злой ответ, но он вовремя спохватился и зашагал дальше, на ходу продолжая думать о том же. Вскоре он заговорил в спокойном тоне:

— Послушай, Крекит…

— Двигайссся. Двигайссся. Двигайссся. Двигайссся….

— Ты хотел бы, чтобы я справился с этим делом быстро, не так ли? Тогда ты сможешь вернуться в крепость Гевайн, к своему доброму господину и прекрасной Нурбо.

— Да-ссс, да-ссс. Добрый госссподин. Прелессстная Нурбо. Сссияющая сссталью Нурбо. Нурбо. Двигайссся быссстрее…

Рилиан дипломатично подчинился.

— Но даже когда ты вернешься домой, то все равно не соединишься со своей возлюбленной, — сказал Кру.

— Крекит видел Нурбо. Крекит говорил ссс Нурбо.

— Да, но и все. На самом деле Крекит не по-настоящему с Нурбо. Грустные обстоятельства разделяют вас.

— Увы, груссстные обссстоятельссства. Груссстные. Груссстные. Груссстные.

— А ведь могло бы быть совсем по-другому, — продолжал развивать свою мысль Рилиан. — Совсем по-другому.

— Воля сссеньора. Значит есссть причина. Пока. Увы.

— О, нет сомнений в добрых намерениях сеньора, но он не понимает сердечных дел. Тебя не следовало разлучать с любимой. Это отразится и на твоем здоровье и на здоровье Нурбо. Она будет чахнуть по тебе, заболеет и умрет.

— Нурбо заболеет? Нурбо умрет?

— Умрет от любви, если вы будете вдали друг от друга. Ее глаза уже потеряли блеск, а язык покрылся пятнами ржавчины.

— Ржавчины? Прекрасссная Нурбо ржавеет? Ржавеет? Ржавеет?..

— Уверяю тебя, она умрет, если вы не соединитесь, умрет от разбитого сердца. Змейки — такие хрупкие создания.

— Сссссссссс! Нурбо!

— Не будет малышей, — деликатно намекнул Рилиан, — не будет сыновей.

— Не будет патриарха Крекита?

— Не будет.

— Сссссссссс! — Крекит шипел и извивался от горя. — Нурбо не должна умереть! Такая молодая! Такая красссивая!

— Конечно, это трагедия, но ее можно избежать. Крекит и Нурбо должны воссоединиться.

— Когда-нибудь. Когда-нибудь…

— Ты не можешь ждать. Нурбо нуждается в тебе сейчас, Крекит. Без тебя она умрет. Ее спасение зависит от тебя.

— Да-ссс. Да-ссс. Она должна присссоединитьссся к Крекиту, занять место рядом с Крекитом на твоей шее.

— Нет, нет, это не выход. Кипроуз будет против. Существует единственное решение. Крекит и Нурбо должны вместе покинуть крепость. В дебрях леса подальше от глаз человеческих Крекит и Нурбо будут жить вместе в бесконечном блаженстве.

— Блаженссство! Блаженссство! Блаженссство! Блаженссство!..

Какое-то время Рилиан шел молча. Крекит, очевидно погрузившись в раздумья, тихо шипел что-то про себя. Деревья стали реже. Рилиан знал, что скоро он выйдет из леса и тропинка поведет его по склону Миазматического Пояса, окаймлявшего отравленный лес. Это была пустынная территория, где, кроме самых выносливых кустарников, ничего не росло. Дальше — Миазм, возможная слепота и смерть.

— Ну как, спасешь ли ты даму сердца? — спросил Рилиан с нарочитым безразличием.

— Вопросссы. Вопросссы. Все неясссно, — отозвался Крекит. — Ссследует ли Нурбо и Крекиту бросссать доброго госссподина? Может, ты врешь? Может, Нурбо не умирает?

— Сам увидишь, но будет слишком поздно.

— Да-ссс. Увижу. Ссссначала выполни указания сссеньора. Затем вернисссь в крепосссть, и тогда увидим.

— Надо вернуться сейчас и тайно.

— Нет. Сссначала лессс. Лессс. Двигайссся. Быссстрее пойдешь — быссстрее вернешьссся. Вернемссся к Нурбо. Быссстрее. Быссстрее. Быссстрее.

— Разве ты не понимаешь, что времени…

— Двигайссся! Шевелисссь! Давай! — И в крайнем возбуждении Крекит стал покусывать плечо Рилиана. Молодой человек поморщился от боли. — Быссстрее пойдешь — быссстрее вернешьссся! — Змей наносил двойные болезненные ранки.

Рилиан, шея которого уже кровоточила, нехотя ускорил шаг и совсем скоро, выйдя из-под тени сосен, очутился на унылом Миазматическом Поясе. Отсюда поверх низкорослых кустиков с мрачно-коричневыми листьями и стелющихся сорняков открывался беспрепятственный обзор.

Внизу и чуть в стороне Рилиан увидел город Вели-Джива с несметным числом куполов и флагов. Прямо перед ним, у подножия безрадостного склона, зловещей стеною вставал лес Миазма. За ним смутно прорисовывалось ледяное убранство Борфинов. С такого расстояния Рилиан видел Миазм впервые, и зрелище это отнюдь не приободрило его. Темная листва на высоких, тесно растущих деревьях казалась издалека зловеще-черной. Островки куманики и низкорослых растений блокировали доступ в лес. Надо всем этим висело тяжелое красноватое облако — убийственный миазм, давший название лесу. Из чащи вырвался ветерок, и Рилиан чуть не задохнулся. Гнусный смрад вызывал мысль о гниении и разложении каких-то химикатов. Огромная мрачная тень выплыла из кровавого тумана, и Рилиан узнал гребешок и крючковатый клюв Уингбейна. Это создание природы отличалось большим размахом крыльев, хищным видом и вошедшей в легенды свирепостью. Рилиан проследил взглядом, как птица скрылась в черной сердцевине Миазма.