Татьяна Скороходова - Меч судьбы

— Здравствуй, Зореслава.

— Здравствуйте, — буркнула я. Радость от встречи с Лоринией несколько омрачал эскорт, который сопроводил нас от замка вампиров до Ведовского Дома. Тройка мрачных мужчин, одетых в льняные черные балахоны, больше смахивала на конвой, чем на слуг Света. Я невольно обернулась. Прозрачная стена отделяла комнату от просторной приемной, где на скамье сидели Вейр с Ольгой. Колдун, хмуря брови, изучал буйную растительность, украшавшую стены, а вампирша пилочкой поправляла ногти. Единственное оружие, которое нам разрешил оставить привратник, похожий на каменную глыбу, облаченную в серый балахон. Север замер, уткнувшись носом в преграду и не сводя глаз с Лоринии. Мой оберег покалывал кожу, но никакой угрозы я обнаружить не могла, как ни старалась. Да и какая опасность могла грозить в цитадели Света?

— Я знаю, как тебе помочь.

Я уставилась на Верховную. Слова, которые я так долго ждала, которые снились, и о которых мечтала, почему-то не принесли облегчения и радости. Все мои чувства кричали, орали благим матом, что дело нечисто. Колдуну с вампиршей беспрекословным тоном приказали остаться в приемной, а при попытке войти вместе со мной вход перегородили всё те же безмолвные балахонистые типы, молча ощетинившись клинками Света. Смертоносное оружие не оставляло шансов даже вампиру, и Ольга с Вейром отступили. В башне колдунов прием и то был теплее. Я сомневалась, что могла вернуться к спутникам без позволения Верховной. Наша хозяйка и приглашение, больше смахивающее на похищение или арест, мне нравились всё меньше и меньше. Не говоря уже о бесцеремонном обыске при входе.

По лицу Лоринии пробежала тень, когда я так и осталась стоять на месте, вместо того, чтобы прослезиться от счастья и кинуться лобызать руки спасительнице и благодетельнице.

— Есть один способ, но он может тебя поначалу смутить, — она испытующе глянула на меня, Ольгин амулет дернулся, но удар выдержал.

— Я вся в ожидании.

Она начала объяснять, не сводя с меня зеленых глаз. Лучше бы она молчала.

Ритуал переселения душ. Но не тот, распространенный, о котором знали или слышали многие, а Чернорунный, который служил для пожирания и передачи силы другого. Самая что ни на есть некромантская некромантия. При переходе в другое тело обычный человек теряет своё Я, лишь в редчайших случаях смутные воспоминания тревожат душу. Люди, обладающие силой, вроде колдунов и вед, могут сохранить и способности, и себя. Именно во время исхода из тела возможно разделение сил, она соизволила уточнить в первоисточниках. Необходимы всего-навсего две жертвы. Если со Светом проблем нет, ему нужен любой искренний дар, то Жрица потребует самое дорогое. Жизнь. Ну, и крохотная мелочь вроде того, что служить я теперь буду Тьме. Жрица своих слуг ценит и бережет, поэтому всякие ерундовые родовые проклятия не должны меня беспокоить. Жить я буду долго и счастливо. А потомки сами с проклятиями разберутся. Да, и завершающий штрих. Выживет при ритуале только один. То есть одна. Я. Душа пока не моего тела помается немного, оставшись без крова, но совсем чуть-чуть, пока добрый некромант или колдун не развоплотит, Вейр тихо, безболезненно и незаметно для самого себя уснет вечным сном, я получаю здоровое тело и силу Тьмы. И жили они долго и счастливо, и умерли в один день…

Я не верила ушам. И всё ещё надеялась, что это всего-навсего испытание, проверка на вшивость. Веда, тем более веда Верховная, просто не могла такого сказать.

— Почему я? — спросить мне хотелось много. Очень много. Но слов подобрать не могла, а то, что рвалось с языка, Верховным ведам обычно выслушивать не приходится.

— Что, почему? Почему тебе помогаю или почему выживет только один?

— И то, и другое, — я тянула время. Ответы меня уже не интересовали. Чуждая мне сила оказала неоценимую помощь. Я теперь знала, кто такая Лориния. Небольшое усилие, и второе зрение открыло её сущность, словно в отблеске молнии высветив глубокие морщины, глаза аспида и кожу цвета пепла. Я невольно вздрогнула, выдав себя. Сквозь защиту Верховной обычная веда видеть не могла. Смешение сил помогло мне, показав истину и развеяв на миг сильнейший морок. И без ухищрений понятно, с кем я сейчас имею дело.

— Почему помогаю. Скажу коротко. Вижу, ты поняла, кто я. Впрочем, в этом я не сомневалась. И даже надеялась, что увидишь. Это первая причина. Вторая — смешение сил. Одно только то, что ты выжила, говорит о твоем огромном потенциале и силе, которая у тебя уже есть. Потенциал, который можно развить до безумных высот. Вейр один из самых сильных колдунов, и я просто не понимаю, почему он ещё не входит в Круг, а ты показала уровень не ниже его. Среди вед такая сила — редкость, подобная алмазу в тысячу карат, который требует тщательной и бережной огранки. Других кандидатур с такими данными я пока не вижу в своем окружении. Ты — достойная дочь своей матери. Жаль, что она похоронила себя в глуши среди коз и немытых, безграмотных крестьян, и всё из-за розовых соплей. — Я еле сдержалась, чтобы не плюнуть ей в рожу. Лориния продолжала, не заметив или не желая замечать моей вспышки. — Мне нужна сильная, достойная смена. Я не вечна. Но сначала надо избавиться от твоей девичьей бескомпромиссности и наивности. Впрочем, возраст — дело наживное. А мудрость, надеюсь, придет с возрастом и моей помощью.

— И поэтому надо повязать меня кровью, — каркнула я. В горле пересохло, хотелось глотка воды. Чистой.

— Девчонка! — глаза верховной полыхнули тьмой. Ворон встрепенулся и переступил на жердочке. — Мне надоело, что нас задвигают и не принимают во внимание. Мне надоело, что мы перебиваемся с хлеба на воду, леча быдло. Пришла пора ведьмам… ведам занять свое законное место у трона. А власть по определению не может быть светлой! Что мы можем, служа Cвету? Лечить? Защищать? Оберегать? Наша Мать далека от власти! Она слишком много от нас требует и слишком мало дает! Власти необходима Тьма, иначе не удержаться у трона, — Лориния говорила так, словно не раз произносила эту речь. Хотелось верить, что она столько раз себя убеждала и уговаривала, что выучила наизусть, что, впрочем, так и не помогло ей сделать правильный выбор. — Мне приходится принимать решения, которые так или иначе идут нам на пользу, но при этом калечат судьбы других! Выбор Тьмы — мой добровольный выбор, я знала, на что иду. А ты получила Дар случайно, и, как распоследняя идиотка, мечтаешь от него отказаться! Тебе надо было просто принять в сердце Тьму, и всё бы благополучно закончилось! Но сейчас уже поздно, ты не оценила подарка, и была наказана! Теперь тебе поможет только переселение душ.

Я онемела. Значит… Моя ненависть к колдунам, неприятие Тьмы меня же и убили? Вернее, убивают…