Лайон Спрэг Де Камп - Королева оборванцев

— Готово! — закричал Антис, нанизав голову несчастного животного на шест, который выстрогал из дерева. Кровь жертвы стала стекать на землю.

Блоч заметил:

— Мне кажется, твой волшебный ритуал — какая-то чепуха. Возможно, привлечь к охотнику удачу и можно, но если все это проделывать с головой животного, ничего путного не выйдет, — задумчиво изрек Блоч.

— Вы ничего в этом не понимаете, Доктоблак. Этот ритуал всегда нам помогает. Ты готова, дорогая?

Ироедх медленно поднялась с земли:

— Я так устала, Антис…

— Это займет у тебя всего лишь минуту. Давай же, встань с той стороны, а я встану здесь. Готова?

Он начал хлопать в ладоши и прыгать назад. Ироедх, пошатываясь, старалась делать то же самое. Пройдя три круга, она споткнулась, и опустилась на землю.

Антис закричал с нескрываемым раздражением:

— Ироедх! Нам теперь придется начать все сначала. Старайся быть внимательной, смотри через плечо. Ты же храбрый работник!

Они сделали уже почти шесть кругов, как вдруг прозвучало два пистолетных выстрела. Прибежала Барб, а за ней спешил ноаг — настоящее чудище. Его длинная шея была изогнута, пасть широко разинута, когтистые лапы пытались схватить беглянку, а длинный хвост был выгнут, словно труба.

— Бежим! — кричала Барб, устремившись к товарищам.

Блоч, находившийся на вершине холма, вскочил на ноги, сжимая в руках ствол сейчас бесполезного ружья.

— Давайте сюда! Мы должны держаться от него подальше! — закричал он.

Из последних сил Ироедх заставила себя двинуться в сторону холма. Антис несся впереди, но, увидев, что ее шатает, схватил Ироедх за руку и потащил за собой.

Отчаянный крик Барб заставил Ироедх оглянуться назад. Женщина уже почти достигла подножия холма, как вдруг споткнулась и упала навзничь. Пистолет, который она до этого сжимала в руке, отскочил в сторону. А разъяренный ноаг несся прямо на нее огромными скачками.

Мимо Ироедх промчалось что-то коричневое. Это был Блоч, который размахивал над головой оставленным Антисом на холме мачете и выкрикивал какой-то воинственный терранский клич.

Ноаг, который уже наклонился, чтобы схватить Барб, взглянул на него и испуганно отпрянул в сторону, потому что неизвестный враг мчался прямо на него. Мачете просвистело в воздухе; ноаг взревел от боли, когда сталь отсекла у него два когтя и вонзилась в клыкастую морду. Антис, видевший, что произошло, подхватил с земли мачете Ироедх, и выступил на поле битвы. Но, прежде, чем он успел приблизиться к разъяренному зверю, тот, весь окровавленный, попытался обратиться в бегство. Но Блоч успел метким ударом отсечь часть его хвоста. Зверь все же сбежал, и постепенно его завывание было слышно все тише и тише, пока не смолкло окончательно.

Блос и Бар бросились друг к другу, обнялись и стали приговаривать что-то нежно по-террански. Антис, наблюдая за ними, сказал Ироедх:

— Я недооценил Доктоблак, думал, мужество покинуло его. А ведь он показал себя таким храбрым и сообразительным, ведь так?

Ироедх и сама замечала, что во время конфликтов с трутнями Блоч действовал как-то неуверенно, был робок. Она сказала:

— Должно быть, так выражается их терранская любовь. Помнишь, что произошло, когда он попал в зыбучие пески? Перед лицом опасности любовь заставляет их рисковать ради друг друга, совершать те поступки, на которые они бы не отважились ради кого-то другого.

Когда Блоч, Барб и Антис наелись досыта мясом убитого зверя, Блоч обратился к своим товарищам:

— Как вы думаете, нам лучше отдохнуть в пещере и набраться сил, или идти дальше прямо сейчас, чтобы пройти как можно больше перед наступлением темноты?

Антис был за то, чтобы пуститься в путь незамедлительно, Барб — за то, чтобы немного отдохнуть. Тогда спросили у Ироедх, что думает она.

— Для меня нет никакой разницы, какое вы примете решение. Ведь я в любом случае не могу идти дальше.

— Но почему? — спросил Блоч.

Барб сказала, покачав головой:

— бедняжка ослабла от голода, поэтому она и не может идти дальше. Вы только посмотрите на ее ребра. Она ведь ничего не ела целых шесть дней, только и лазила по горам в этой ужасной стране.

Ироедх прошептала:

— Мне стыдно признаться, но это правда. Вы можете идти, куда хотите, я не в обиде.

— Какая чушь! Неужели ты думаешь, мы оставим тебя здесь умирать в одиночестве? — возмутилась Барб.

— Но вам-то зачем умирать вместе со мной? Идите…

— Я ни за что не оставлю тебя, дорогая. Ты — все, что я люблю в жизни, — сказал Антис.

— Если ты меня действительно любишь, спаси себя. Я действительно не могу идти дальше, пойми это.

— Но мы сможем нести тебя, — возразил Антис.

— Нет, в данных условиях это невозможно. Возможно, я умру прежде, чем вы доберетесь до дороги, зачем же вам обременять себя? Думайте обо мне, как об умершей, будто меня убил ноаг. И пусть наше расставание будет как можно более безболезненным…

Антис покачал головой:

— Даже если бы я знал, что ты действительно умрешь, я бы остался с тобой до конца.

— Но ведь тогда бандиты схватят тебя! Не будь таким безрассудным. Я покончу с собой прежде, чем позволю тебе сделать это.

— Мы проследим, чтобы у тебя не было ничего острого.

— Есть и другие способы. Да и какой во всем этом смысл? Вы ведь не беспокоились так о бедной Йедх…

— Это совсем разные вещи. Она уже была мертва… К тому же, мы никогда не испытывали к ней тех чувств, что испытываем к тебе. Ты словно одна из нас — одна из наших терранцев, я имею в виду, — пояснила Барб.

А Блоч добавил:

— Я думаю, мы хороним Ироедх слишком рано. Все, что ей необходимо, это хорошо поесть.

— И где же мне найти еду? — спросила, едва выговаривая слова, Ироедх.

Блоч кивнул на останки убитого животного.

— Но вы же знаете, я не могу есть мясо. Для меня это отрава, — прошептала Ироедх.

— А ты когда-нибудь его пробовала? — спросил Блоч.

— Нет.

— А ты знаешь кого-нибудь из работников автини, кто его ел?

— Нет. Но их не было бы уже в живых, если бы попробовали…

— Если ты думаешь, что все равно умрешь, то почему бы не попробовать? В худшем случае оно убьет тебя несколько быстрее, а в лучшем — даст силы идти дальше.

— Но ведь смерть от него будет мучительной!

— Давай заключим соглашение. Ты съешь кусок мяса, и если я увижу, что ты умираешь в конвульсиях, тут же выстрелю в тебя из пистолета. Ты ничего не почувствуешь, и умрешь мгновенно.

Поскольку Ироедх сомневалась, обдумывая его предложение, Блоч продолжил: