В Бирюк - Косьбище

А владельцы-погорельцы не вернулись по простой и общеизвестной причине. Называется - "крещение Руси". Два дня новгородцы не пускали киевских "крестителей" к святилищам своим. И тогда Добрыня запалил город. А Путята погнал своих бронных гридней на бегущую толпу. Так и сказано в летописи: "Крестили Новгород Добрыня - огнём, а Путята -- мечом". Похоже, хозяева клада не только погорели, но и порублены были. Или в Волхов кинуты. Вслед за идолом. Которому с берега кричали: "выдобай боже, выдобай". Не встал этот бог, не поднялся. И добрые люди русские плюнули вслед и взялись следующему служить-кланяться. Пока и этому колокола да кресты с церквей не посшибали. Тоже - добрые русские люди.

А Добрыня сумел сделать редкостную карьеру. Начинал-то с контрабанды и нарушения режима: ввёз на охраняемый объект, на княжий двор, постороннего. Постороннюю. Сестру свою - Малушу. Тайком, спрятав под щитом. Потом сводничеством занялся -- подложил сестрёнку молодому господину -- княжичу Святославу. И к народившемуся племянничку-ублюдку -- в няньки. Точнее -- в дядьки. Единственный надёжный человек -- единственный кровный родственник. И защитник, и учитель, и во всех делах помощник. И когда братьев Рогнеды резали, и когда мятеж против законного государя и брата подняли... Вот и Новгород, который Владимира поднял, многие годы кормил и защищал, который ему деньги и войско дал -- Добрыня крестил. Так "благую весть" принёс... - мои современники могут любоваться обломками закопанных на пожарище дирхемов.

Взглянешь на картину Васнецова, и дрожь берет. Три символа, три русских богатыря. Запойный мостостроитель - Илья Муромец, сводник и поджигатель -- Добрыня Никитич, малограмотный качок -- Алёша Попович. Цвет земли Русской. Родины моей. Как там, у Шаова под гитарный перебор звучит:

"Эх, мать-перемать, будем петь и гулять

И пить, и любить народ наш буйный"

Вот с такими умными мыслями мы и пришли в "Пердунову" весь. Здесь уже покос начали -- народа в селении нет. И самого деда Перуна -- нет. Одни детишки да бабы. Самая главная баба -- деда Перуна жена. Сама себя называет: "Перунова жёнка". А имени своего не говорит. Ну, это на Руси - нормально. Бабе имя не надобно. Женщин здесь называет... притяжательно. Отвечает на вопрос "Чья?". Сначала по отцу, потом по мужу. Это я Марьяну Акимовну -- Марьяшкой зову. Так это -- почти интим. Или -- только для близких родственников. Их тех, перед которыми на Востоке женщина паранджу снимает. А посторонние Марьяну зовут "Акимовой". Именно так, а не "Акимовной". Бабу по отчеству? - У нас и равноапостольную Ольгу по батюшке не величают. Баба же.

"Перунова" - ну и ладно. Невысокая, широкая. Широкозадая. Про таких говорят -- усадистая. Злая. Сперва вроде вежливо разговор шёл: "Как дошли?" да "все ли поздорову?". Но тут Ивашко ляпнул: "Аким Янович сынка с усадьбы выгнал. За разврат с евоной дочкой учинённый". Тут тон поменялся мгновенно: "В весь -- не пущу, встанете там, на опушке. Щей у нас на вас не сготовлено..." и вообще - "шли бы вы, люди добрые, дальше, пока на вас собак не спустили".

Я как-то со всеми своими мыслями из третьего тысячелетия несколько смутился. Как-то нормы приличия, правила поведения... Как-то... "незваный гость хуже татарина". Или -- лучше? Но все равно -- "татарина". А вот для Ивашки ситуация штатная, накатанная. Называется - "открытие приключилось". Открытие рта бабой. Не по спросу, не по делу, не по чину.

-- Ты здесь кто? Ты чего сказала? Ты на кого глядишь? Ты почему перед мужем добрым глаз не опускаешь? Рот без спроса открываешь? Ах ты, курва-лярва... Да я счас с твоей спины ремней нарежу. А хозяин придёт -- ещё добавит. За позор его перед людьми-соседями.

Ивашко и за саблю хвататься не стал, кулак сперва к носу поднёс, потом легонько бабу в грудь толкнул. Та и села. Удобно -- задница широкая. Потом ойкнула и на четвереньках -- ходу.

Пока коней завели да развьючили -- уже и стол накрыт. Вроде же обедали недавно у Домны. Но у моих -- нравы служивые. Есть надо не по времени, а когда есть чего. Ещё один персонаж появился -- девка молоденькая. "Девка" - это по годам и мордашке. А по платку -- баба замужняя. И к Сухану моему с вопросами. Оказалась -- бывшая служанка Марьяши. По весне её вот сюда выдали замуж. Молодка. Такая радостная -- аж светится. И животик погладила -- намекнула, что не порожняя ходит, и мужем похвасталась -- уж он у неё такой-сякой мёдом мазанный. И хороший, и пригожий, и на ангела похожий. Одно слово -- Кудряшком зовут. Как-то я после Степко из Сновянки, к местным кудрявым... Опять же: ловить меня из "Паучьей веси" Кудря с сыновьями пошёл. Я, правда, его причёской не интересовался. Но - прозвище... Или это во мне зависть лысого к кучерявому говорит? Или - известная закономерность смены правителей в России в двадцатом-двадцать первом веках? "Нынешний - лысый? При нем - хорошо? Ждём кудрявого".

Ну ладно я, но чего хозяйка от этого щебета кривится, будто кислого укусила? А Сухан на вопросы этой девчушки не отвечает -- он только на мой голос реагирует. Пришлось Ивашке объяснять. Насчёт зомбирования. В привычном ему стиле. И про волхвов толпами, и про идолов штабелями, и про медведей стаями. Или правильнее -- стадами? Бабы ахают, Николашка свои пять копеек вставляет. Тут уже и пленный волхв Велесов на кресте православном клянётся и сапоги мои целует. Серебро уже пудами в мешки прыгает и само по болоту бегает. А вот это они -- зря. Русская народная мудрость на этот счёт формулирует несколько... не мудро: "Умный хвастает золотой казной, глупый хвастает молодой женой, мудрый хвастает доброй матушкой". Мудрости у моих точно нет. И насчёт умности... Как-то мне такая мудрость, хоть она и народная, но... не сильно умной кажется.

Ребятишки мои после второго обеда да активной орально-убивальной ночки с последующим спешным исходом в стиле: "отсюда и... - нафиг" зевать хором начали. Отправил их на конюшню спать пока, а сам Суханом занялся. Ну не дело же когда здоровый муж как дитё малое - постоянного присмотра требует. Надо ему душу возвращать.

С волхвом у меня не получилось -- не умеют они. Может, он и найдёт экспертов где-нибудь на Мологе. Но проблема у меня здесь и сейчас. Вот же везёт, как... как попаданцу. Все нормальные люди зомбей боятся и разбегаются. На крайний случай -- забивают им в разные места осиновые колья. А мне счастье подвалило: то его в сортир отведи, то смотри, чтобы он лишнего не съел, то сопли вытри. Что одел, что обул, как спать лёг. Вот, комаров от него отгоняй. Такое чувство, что это я у него в прислуге, а не он у меня.

Если нельзя вернуть душу в рамках Велесовой концепции, поищем что-то другое. Теоретически гипнотическое воздействие на психику должно сниматься аналогичным образом. По опять же русской народной: "клин клином вышибают". Ну и где мне найти такой "клин"? Чтобы, как говорят по науке -- восстановить его личные этику с эстетикой. Они же у него внутри осталась, только сильно заблокированные. Как бы мне какой такой крючёчек-буравчик придумать, чтобы ему в голову залезть и оттуда прежнее состояние вытащить? Ну не по черепу же его обухом бить? В надежде на "возрождение после проломления". Может, его просто сильно утомить? Пытка бессонницей -- одно из самых сильнодействующих средств. Активно применялось в работе НКВД и Гестапо. Сводит с ума, ломает стереотипы поведения, смещает границы допустимого и систему ценностей. Не хуже, чем пытка жаждой. И убивает примерно так же -- за неделю. А в небольших дозах... "Всё что нас не убивает -- делает нас сильнее". Ага, расскажите это язвеннику. Которого резекция большей части желудка не убила, а сделало сильнее. В части поедании всего протёртого, проваренного, безвкусного.