Инна Сударева - Король-странник

- Понятно, - в один голос протянули Король и доктор.

16

- Очень больно? - участливо спросила Роксана, заметив, как сморщился Элиас, когда она поправила у него под головой подушку.

- Да так. Ерунда, - браво отвечал гвардеец.

- Я так боялась, когда вы пошли к этим чудовищам. Мы слышали все эти крики, этот звериный рев. Ох, как было ужасно! - В глазах девушки блеснули слезы. - Мы все молились, чтоб вы победили. И я тоже. Я за вас молилась, - вполголоса призналась она и положила свою узкую руку на широкую ладонь Элиаса.

- А я думал лишь о том, что не имею права проиграть в этом бою, - одновременно краснея и улыбаясь, отвечал юноша.

- И не боялись умереть?

- Боялся, - шепотом ответил Элиас. - Очень боялся, что никогда больше не увижу вашего лица.

Роксана, улыбаясь своим мыслям, вдруг коснулась пальцами его небритой щеки. Легко и осторожно… Но этого хватило, чтоб у юноши вырвалось чуть слышное 'я люблю вас'.

Элиас не знал, что же толкнуло его - просто взять и сказать такие слова. Может, подступавшая лихорадка была виновата, может, еще что. Только они прозвучали очень просто и главное - искренне.

Девушка сидела все так же, чуть улыбаясь, и ничего не отвечала. Лишь в глазах ее что-то мерцало.

- Я понимаю, - вздохнул Элиас, по-своему расценив ее молчание. - Простите… У вас жених…

- Я его не люблю. А он, должно быть, не любит меня, - пожала плечами Роксана. - Я видела своего жениха лишь один раз. Но его интересовали больше земли моего отца…

- Вас нельзя не любить, - ответил Элиас. - А на приданое я бы наплевал.

На это Роксана вновь смущенно промолчала, потом тягуче посмотрела юноше в глаза:

- Вы это вправду?

- И от всего сердца. Не стану я врать, как Роман…

- Наверное, не надо было вам эту историю рассказывать. - Девушка недовольно дернула губами. - Про Романа я хочу скорее забыть.

Она много чего рассказала Элиасу о своих похождениях за время пути к Полночному храму. Гвардеец бурно возмущался, узнав о корыстных планах Романа и его отца, а повествование о том, как Фредерик взял девушку под свою защиту, немного обеспокоили его. Он то и дело отмечал, какое выражение на лице у Роксаны вызывают разговоры о Фредерике. Элиаса, надо сказать, уже сильно волновало то, что те девушки, которые ему нравятся, так или иначе связаны с Фредериком. 'Заколдованный круг какой-то', - с досадой думал гвардеец. Но с Роксаной, похоже, не совсем так… Вот и теперь она сидела рядом, касалась его руки, его щеки, и вид у нее был даже счастливый.

- Ваши слова… Они много для меня значат, - несмело заговорила Роксана. - Очень много. И если бы можно было… - Она сильно сжала его руку. - Вы меня понимаете?

- Выходите за меня замуж, - вдруг кивнул Элиас, отбросив все условности и обычаи.

Девушка вспыхнула, словно до этого он не делал никаких намеков на свои чувства.

- И не считайте, что я такой легкомысленный. Я с первой встречи только и думаю, как вам это сказать…

- Но вы же знаете, я не хозяйка сама себе, - ответила Роксана и зарделась еще ярче - это было почти признание.

- Конечно, хозяйка, - улыбнулся Элиас. - Вы ведь сами решили ехать в Полночный храм.

- И верно, - засмеялась девушка.

Роксана задумалась: вспомнила, как ее руки просил Роман. Тогда она ответила быстро и восторженно согласием. Глупо, очень глупо. Роман покорил ее ростом, статью, красивым самоуверенным лицом, а в глаза ему она так толком и не посмотрела. Точнее, смотрела, только ничего не видела - словно слепая была. А еще - распирало от гордости, что такой блестящий рыцарь клянется ей в любви, целует ей руку. Тут Роксана поймала себя на мысли, что и любви-то к нему она не испытывала. Симпатия была, это правда, но вот любовь… Бросая взгляды на Элиаса и чувствуя, как незнакомо трепещет где-то в груди, Роксана призналась себе, что такого по отношению к Роману она не испытывала… Фредерик же, как Роксана теперь рассудила, просто ее интриговал. То, что совершенно незнакомый рыцарь, тоже красивый и статный, так внезапно взял на себя заботу о ней, также тешило самолюбие девушки. Только ни Роман, ни Фредерик не смотрели на нее с таким чувством, с каким смотрел Элиас. И по-другому отдавалось ее сердце рядом с юношей.

- Так что вы мне ответите? - настойчиво спросил гвардеец.

- Я бы ответила 'да', но боюсь давать вам ложные надежды, - вздохнула Роксана. - Мой отец очень серьезно настроен отдать меня ландграфу. А мне не хотелось бы, чтоб из-за меня вы заимели во враги графа.

- Не боюсь я вашего графа! - заявил Элиас. - Я бы увез вас в свою страну. У меня там прекрасная усадьба, да и чин немалый при дворе. Там бы никакой ландграф вас не достал… Знаете, будем возвращаться - я переговорю с вашим батюшкой.

Роксане это более чем понравилось. Она радостно кивнула и обняла Элиаса за шею.

- Мы его упросим, ведь так, - шепнула она краснеющему юноше. - Отец добрый. Он меня любит, он уступит, я уверена. Ведь, мне кажется, только с тобой я и буду счастлива.

- Угу, - только и смог ответить Элиас, совсем потеряв голову от столь близко сиявших прекрасных глаз.

А через миг их губы слились в поцелуе…

- Это хорошо? - с сомнением спросил Линар у Фредерика.

- Что?

- Вот это. - Доктор указал на Элиаса и Роксану. - Они только что поцеловались.

Фредерик пожал плечами:

- А что плохого?

- У Элиаса есть Марта, у леди Роксаны - жених-граф.

Король вновь пожал плечами:

- Жизнь все меняет. Да так, что спать иногда страшно ложиться - вдруг не проснешься…

- Вы этого боитесь?

На это Фредерик протяжно вздохнул, помолчал.

- Пусть то, чего я боюсь, знаю один я. А то мало ли…

Он потянул носом аппетитно запахший воздух. Это на огне женщины уже жарили медвежьи окорока, готовя знатное пиршество.

- А где служители храма?

- Перед боем они собирались молиться в главном зале. - Доктор устало присел на камни, хмуро глянул на подошедшую Орни. - Чего еще?

- Выпить! - С таким приказом она протянула ему кружку, пахнущую травой.

Именно теперь Фредерик счел нужным ускользнуть. Он все же не просто так приехал в Полночный храм…

Странно, но в этих сумрачных каменных коридорах оказалось тепло. Он был разут, в одних штанах и рубашке, а холода совсем не чувствовал. Полночный храм удивлял в который раз… Чуть слышимые голоса, бормочущие молитвы, указали, куда идти в этих пещерных лабиринтах: молельная зала располагалась довольно далеко от входа.

Она была великолепна, не уступая по грандиозности и монументальности Тронному залу Королевского дворца в Белом городе. Именно о нем напомнили Фредерику высокие своды и стройные колонны пещеры. Многие стены были украшены барельефами, изображавшими всевозможные картины загробного мира, как небесного, так и подземного, сцены из священной Первой книги. Одни были сделаны умельцами, к другим приложились руки не столь искусные, но, видимо, полные огромного желания украсить святое место. И тонким изящным статуям, и изображениям дивных цветов, и корявым грубым фигурам, и схематичным деревьям - всем нашлось место. Они соседствовали друг с другом, составляя удивительные композиции на стенах залы. А высокие своды храма мерцали дивными огнями, словно усыпанные алмазами. А это и были алмазы. Целые алмазные копи. Они отражали огни светильников, рассыпая его на радужные блики, и напоминали звезды. Лучшего украшения для храма Господа нельзя было придумать.