Владимир Лосев - Королева ночи

— А мне от этого какая польза?

— Научишь драться, чужак, а я за это тебе мяса принесу, или другой вкусной еды…

— Мясо, это неплохо, только за один раз драться никого не научишь, — пожал плечами Костик. — Показать некоторые приемы могу, но при одном условии — если познакомишь с теми мальчишками, кто осколки меча древнего нашел.

— А тебе это зачем?

— Чувствую, мне здесь без хорошего оружия тяжко придется. У кузнеца железо плохое, болотное, в нем примесей много, из него, как ни старайся, ничего хорошего не сделаешь. А вот если удастся найти недостающие осколки, то смогу их сковать в хорошее оружие, и будет у меня хороший меч, который в бою не подведет.

— Я сам нашел эту пещеру и меч тоже, со мной, правда, был еще один парнишка, только его сейчас в деревне нет, отправили к дальней родне за город, у нас сейчас многие своих детей отправляют, боятся. Давай, показывай, как нужно драться, а я тебе потом за это к пещере отведу.

— Слезай вниз, — юноша отставил в сторону железный котелок, оттолкнулся от бревен и спрыгнул на утрамбованную землю. — Только дай мне сначала умыться и одеться.

Костик подошел к колодцу, опустил длинный шест с крюком с деревянным ведром и противовесом на другом конце в виде деревянного чурбака, и когда что-то плеснулось далеко внизу, вытащил. Вода, как он и ожидал, оказалась ледяной, мутной и невкусной, от нее перехватило дыхание и сразу забурлило в животе, но он все равно тщательно, насколько у него получалось, вымылся и напился, смачивая горло после сухой каши. Только отплевавшись от привкуса глины появившегося во рту, начал одеваться.

После помывки все мелкие ранки и царапины сразу заныли, но он страдальчески морщась, все-таки оделся, чувствуя, как тяжелая грубая ткань царапает нежную кожу. Пацан с нескрываемым интересом рассмотрел все его царапины и ожоги, потом улыбнулся:

— Хочешь мазь заживляющую принесу? Бабка, что ее здесь варит, мне дальней родственницей приходится, не откажет, я ей иногда помогаю, то хворосту из леса принесу, то воды в дом натаскаю, или за травами в лес сбегаю. Если ничего делать не будешь, то кровью истечешь. Да и заживать раны долго будут, нагноятся, от этого можно и умереть. У нас тут один мужик жил, так он в лесу, вон как ты, на сук босой ногой напоролся, а потом умер от внутреннего жара. Бабка Маланья сказал, что если бы он свою рану ее мазью сразу помазал, то ничего с ним не случилось бы. …

— Принеси, лишней не станет, — Костик кивнул, глядя на заходящее багровое солнце — Только мне с тобой расплатиться нечем, да и с бабкой твоей тоже.

— Научишь драться и рассчитаемся. Понимаю, что многое за раз не расскажешь, но хоть что-то покажи, а то я машу руками, машу, да все без толка, то промахнусь, то от своего же удара развернет, а они только издеваются — лицом уронят в пыль и есть ее заставляют…

— Наука боя не очень сложная, но чтобы драться навык нужен, тренировка, — Костя натянул сапоги и притопнул, вроде получилось неплохо, хоть и чувствовал, что скоро портянки кожу натрут. — Тебе подойдут простые приемы, которым учиться, особо не надо. Если есть хорошая обувка, наступи сопернику на ступню, или пни в колено — сразу отстанет, потому что больно будет. В живот бей рукой или ногой, по глазам хлещи изо всей силы, в шею бей, там где кадык, вобьешь его внутрь, считай любой бой выиграл. Если при этом сломаешь трахею — это трубка такая, по которой мы дышим — то убьешь. Проще говоря, в драке перед тобой не человек, а лютый зверь. Куда зверя бьют? Туда, где мягко — в живот. В глаза пыль брось, ослепишь, пока твои враги их протирают, по коленям бей, коленную чашечку разобьешь, считай, противник инвалидом стал…

— Такими ударами и убить можно, — недовольно покачал головой парнишка. — Опасные они…

— В драке и стараются сделать другим больно — разве не так?

— Так! — пацан нахмурился, что-то обдумывая. — Но если я глаза Прохору выбью, то меня из деревни выгонят.

— А если он тебе?

— Драться Прохор не умеет, он силой берет, собьет на землю, да сверху навалится всей своей тушей, из-под него не вылезешь. Не столько больно — сколько обидно.

— Вот если не меня бы Лог навалился всей тушей, то мне бы тоже не сладко пришлось, — признался Костик. — В драке с таким массивным противником — главное не попасться ему в руки, бегать вокруг него, пинать, бить, куда получится, главное, чтобы он тебя не зацепил.

— А с двумя мальчишками как драться? — пацан слушал внимательно, запоминал все удары, которые он между делом показывал. — У Прохора брат есть, он хоть и младше меня, но тоже здоровый — когда они вдвоем, то всех ребят в деревне бьют.

— Все то же самое — не попадайся им в руки, бегай вокруг, ищи возможности для удара и не позволяй зажать тебя в угол — если зажмут, считай, пропал. С двумя в два раза быстрее носиться приходится, бывает, набегаешься так, что потом ноги от усталости едва волочишь. В бою то же самое делаешь, руками машешь, да уклоняешься…

— Тяжело это — драться против толстых и тяжелых, — вздохнул мальчишка. — Спасибо, я понял. Правда, это и без тебя знал, ничего нового ты мне и не рассказал, не стоят твои слова лечебной мази.

— За пять минут драться не научишь, так что прости. А ты торгуешься, как Ефим.

— Да я не обиделся, чтобы передо мной извиняться, — мальчишка улыбнулся такой широкой и приятной улыбкой, что и юноша не смог удержаться и улыбнулся в ответ. — Я мазь заживляющую тебе, когда стемнеет, все равно принесу, хоть ты ее и не заслужил. А завтра может и мясо. Сегодня ничего не получится, поздно уже, солнце, вот-вот зайдет. А ты зачем о пещере спрашивал, где мы куски меча нашли? Там больше ничего нет, мы все собрали.…

— Не хватает одного куска, а то и двух, поэтому нужно искать недостающий, иначе меч хороший не получится, без этого осколка его вниз потянет, баланс у него будет неправильный…

— Ладно… — мальчишка улыбнулся. — А меч красивый, необычный, там на нем рисунок, два воина…

— Рисунок я не увидел, а вот надпись заметил, по ней и понял, буквы обрезаны.

— Такой меч, наверное, раньше короли носили. Я уже просил кузнеца, чтобы он мне сковал его, но он говорит, не куется металл, слишком твердый.

— Твердый, не твердый, а попробовать надо. Покажешь, где пещера?

— Покажу, может завтра и сходим поутру. Жди, я рано приду, — мальчишка выбежал из двора, но потом неожиданно вернулся, прокричав от ворот. — Ночью холодно, ты в углу сарая посмотри, мы там с другом шкуру медведя спрятали, ею укрываться можно.

— Спасибо, — поблагодарил Костик, провожая мальчика взглядом, тот отбежав метров на сто, снова вернулся, на этот раз закричал уже издали. — Ты себе палку возьми, или дубину, плохой это дом, в него ночью всякая нечисть приходит, так бабка Маланья говорит, а она врать не станет.