Светлана Зимина - Бесконечный Танец

– Наконец-то, – тихий голос. – Я уже устал ждать тебя, Сира.

Она с трудом оторвала взгляд от звездного полотна над головой:

– Сира? Так меня зовут?

– Да. Таково было твое имя при создании, бесовка.

– Сира, – медленно повторяют губы, словно пробуя на вкус. – Сира… Но ведь она умерла…

– Вот как? – легкий интерес. – Кто же тогда ты?

– Не знаю, – растерянность, словно осенний лист падает в воздухе, невесомый и яркий. – Ты можешь дать мне имя?

Он явно раздумывает, а она ждет, и где-то в груди трепещет бабочка надежды. И с каждой секундой ЕГО молчания, крылья бьются все сильнее и сильнее… и сильнее… и сильнее…

А потом бабочка вырывается из грудной клетки, разламывая ребра, разрывая кожу, сверкая серебристыми крыльями, чей отсвет на мгновение осветил ЕГО лицо и прекрасные темные, с отсветом синевы, глаза.

– Ты действительно храбрая и сильная девочка, – слышит она сквозь всепоглощающую боль в груди. Кровь просачивается сквозь пальцы, зажимающие рану, и капает на темную траву, растворяясь в ней.

– Но мне нужна память Сиры.

– Это… Сделка?.. – выдыхает она.

Секунда странного колебания. И твердый ответ.

– Да. Сделка.

И боль в груди становится уже не важна. Она выпрямляется и смотрит в звездное небо. Руки отпускают рану.

– Мне нужно время.

– И у тебя, и у меня, его немного, – тихий ответ. – Я вернусь очень скоро.

Сереброкрылая бабочка садится на темный цветок у самых её ног и освещает ближайшие травинки… они оказываются насыщенного синего цвета…

И темной фигуры синеглазого уже нет… Она садится прямо на траву и смеется… смеется… смеется… смеется…

А луна все падает и падает… падаааааеееет…

Повелитель Иллюзий отрывает руку ото лба бесовки и выпрямляется, задумчиво глядя на неё.

– Расия…

– Да, Господин?

– Она необычная. Действительно, сильная…

– Она сможет… выжить? – он чуть споткнулся, словно не решаясь использовать именно эту чуть просительную интонацию.

Демон поворачивает голову и внимательно смотрит на беса. Очень внимательно. Потом медленно качает головой:

– Сира уже мертва.

И бронзовые пряди волос закрывают золотые глаза, полные острого сожаления.

Янус поднимает руку и осторожно отводит пару прядей, обнажая скулу своего беса.

– Не сожалей о мимолетной красоте, Расия. Сира действительно смелая девочка и сильная, но она была всего лишь наложницей. Поэтому поняла, что не сможет бороться с тем, что захватило её разум. Однако тот факт, что она была не простой наложницей, а Императорской, да еще потомственной… Она сама уничтожила свою личность, оставив кого-то другого на своем месте.

– Кого-то… другого?.. – задумчивый интерес.

Повелитель Иллюзий поднялся на ноги.

– Да. Удивительное создание. И еще пока непонятно, кем она будет теперь.

Бес посмотрел на своего Господина снизу вверх и слабо улыбнулся:

– Мне бы пригодилась помощница.

– Нахал, – усмехнулся демон. – Я вернусь сразу после доклада Императору. Пригляди за ней.

– Слушаюсь и повинуюсь, – склонил голову разведчик. – Господин?..

Его голос нагнал Януса уже у самой двери.

– Да?

– Это правда про Тамира?

Медленный согласный наклон головы.

– Его жизнь в обмен на жизнь моего сына.

– Достойная смерть, – тихий шепот уже из-за закрытой двери, но Янус услышал и согласно кивнул головой сам себе.

– Ты даже не представляешь, насколько, Расия.

Бес отвел несколько черных прядей с чистого лба Сиры, чувствуя странную тягучую боль где-то внутри себя. Даже не определить, что именно болит.

– Надо же… я даже не знал, что у Господина есть сын… А Тамир уже успел его защитить. Опять ты обогнал меня, старый друг и соперник. Жаль только, что теперь мне никогда тебя не нагнать. Ты слишком сильно опередил меня.

– Суран, – ленивый голос Рубина прервал размышления Императора.

Альбинос поднял голову, взглянув на кринита:

– Да?

– Я хотел бы уточнить один интересующий меня вопрос.

– Если смогу, – пожал плечами тот.

– Это ты приказал Янусу заслать в Серебряный Лунар своего сына?

– С-сына?! – Огненная Леди рядом с Рубином поперхнулась и едва не смяла в руках листы доклада, который изучала все это время. – У Януса есть сын?!

Кринит довольно улыбнулся:

– А вы не знали, Леди? Довольно симпатичный молодой человек, и такой же нахальный, как его отец.

– Он уже обрел силу, раз Янус позволил вам его увидеть, дядя? – спокойно отозвался альбинос.

Рубин разочаровано хмыкнул:

– Тени и Сны. Он еще моложе вас всех, но, похоже, уже на подобном же уровне. Империя явно рождает гениев в последнее время. Так рано обретать силу… Значит, ты знал.

– В Империи мало что происходит без моего ведома, – спокойно отозвался Суран.

– Да, я помню, – вздохнул Рубин, касаясь ошейника на шее.

Фея, который все это время сидел рядом с Лордом Хиларом и любовался полуинкубом почти неподвижно, встрепенулся:

– Хочу познакомиться!

– Обойдешься, – отозвался Повелитель Иллюзий, закрывая за собой дверь.

– Ян! Когда успел?! – возмущенно приподнялась Каина. – И молчал!

– Потом, Кай, – покачал головой демон и сел на свое место.

– Итак? – Суран вопросительно взглянул на своего Лорда.

Тот тяжело вздохнул:

– Это все предварительно. Более точно все скажу после вскрытия тела и сканирования памяти Сиры. Однако предварительные выводы все же есть. Я бы посоветовал разыскать того, кто был ответственен за создание именно этого беса.

– Вы сказали, что это не заражение Изначальных.

– Да, потому что паразита точно не было, я просканировал сознание беса. Даже если новая личность поглотила старую, осколки этого поглощения все равно остались бы. Так что я предполагаю, что гены Изначальных были введены еще при создании беса. Плюс некоторые нюансы… В общем, кое-что мне показалось знакомым. Поэтому я и решил проверить девушку.

– И?

Голубые глаза вспыхнули:

– Ей вводили какой-то препарат, полностью шаг за шагом разрушая генетическую программу, заложенную в наложнице. На сегодняшний день эта программа полностью разрушена. На её месте – руины.

– Почему она тогда смогла убить тварь? – тихо поинтересовался Суран.

Янус сцепил пальцы рук в замок:

– Потому что те, кто разрабатывали этот препарат, не учли одного момента.

– Какого?

– Наложница была влюблена в вас, Ваше Императорское Величество. Искренне и беззаветно. В генетическую программу не закладывается подобное чувство, его, если честно, невозможно вычленить – это порыв души, а не каких-то механизмов тела. Поэтому генетика закладывает только определенные биохимические реакции. Благодаря программе, она могла вас желать, обожать, но не любить беззаветно. А она любила. И то, что программа разрушена, ничего не меняло для неё. Они могли влиять на наложницу, контролировать, постепенно накладывать свою программу, но в какой-то момент, когда вам угрожала непосредственная опасность, конфликт в ней был решен. Она полностью уничтожила себя как личность, чтобы защитить того, кого любит. Ведь наложница не может взять в руки оружие.