Холли Блэк - Отважная

– Ты меня разыгрываешь, – сказал Луис. – Попробую загадать. Еще одна бездомная кошка, которую Лолли сбросит на рельсы.

Рут растерянно оглядывалась по сторонам.

– В-вэл? – Голос Рут задрожал.

– Это моя лучшая подруга Рут, – сказала Вэл и поняла, как по-детски это звучит. – Она приехала меня искать.

– А я думал, что твои лучшие друзья – это мы.

Дэйв нагло ухмыльнулся, и Вэл пожалела, что позволила ему к себе прикасаться и думать, будто у него есть над ней какая-то власть.

– Мы все лучшие друзья, – заявила Лолли, бросив на него сердитый взгляд, и закинула одну ногу на Луиса, так что ее сапог оказался у него между ног. – Самые наилучшие друзья.

Лицо Дэйва жалко сморщилось.

– Если бы ты была ей подругой, то не затащила бы в это дерьмо, – сказал Луис Вэл, резко отодвигаясь от Лолли.

– Сколько здесь человек? Выходите туда, где я вас увижу! – внезапно приказал хриплый голос.

Вниз по лестнице спускались двое полисменов. Лолли замерла. Ложка у нее в руке находилась слишком долго над пламенем, и снадобье стало подгорать и чернеть. Дэйв захохотал странным безумным смехом и не мог остановиться.

Лучи фонариков прорезали полумрак станции. Лолли уронила горячую ложку, и лучи сошлись на ней, а потом передвинулись, ослепив Вэл. Она прикрыла глаза ладонью. Одним из полисменов была женщина, и лицо у нее выглядело суровым.

– Вы все! Встать к стене, руки на голову!

Один луч поймал Луиса, и мужчина-полисмен толкнул его ногой.

– Двигайся. Шевелись. Нам сообщали, что здесь поселились подростки, но я не верил.

Вэл медленно поднялась и отошла к стене. Рут встала рядом с ней. Вэл было так тошно от чувства вины, что она с трудом держалась на ногах.

– Извини, – прошептала она.

Дэйв продолжал неподвижно стоять в центре платформы. Его трясло.

– В чем дело? – крикнула женщина-полисмен. – К стене!

И тут ее речь перешла в лай. На том месте, где она стояла, появился огромный черный ротвейлер, из пасти которого текла пена.

– Какого черта? – Второй полисмен обернулся и достал пистолет. – Это ваш пес? Отгоните его.

– Это не наш пес, – проговорил Дэйв со странной улыбкой.

Пес повернулся к Дэйву, рыча и лая. Но Дэйв только рассмеялся.

– Массолино! – заорал полисмен. – Эй, Массолино!

– Кончай дурить! – крикнул Луис. – Дэйв, что ты делаешь?

Рут опустила руки и схватила Вэл, больно царапая ее ногтями:

– Что тут происходит?

Сверкая клыками, собака двинулась к полисмену. Он наставил на нее пистолет – собака остановилась и заскулила. Полисмен неуверенно остановился.

– Где моя напарница?

Лолли захихикала, и полисмен резко обернулся в ее сторону, а потом снова перевел взгляд на собаку.

Вэл сделала шаг вперед. Рут продолжала цепляться за ее руку с такой силой, что было больно.

– Дэйв, – прошипела Вэл. – Хватит. Давай выметаться. Как ты меня учил.

– Дэйв! – закричал Луис.

Тут собака повернулась и прыгнула к тому месту, где они стояли. Высунутый язык в темноте казался красной полосой.

Два резких хлопка сменились тишиной. Вэл открыла глаза, не соображая, когда она их закрывала. Рут завизжала.

На платформе лежала женщина-полисмен, и из ее шеи и бока лилась кровь. Другой полисмен с ужасом смотрел на пистолет у себя в руке. Вэл застыла, слишком ошеломленная, чтобы двигаться. Ноги у нее словно налились свинцом. Ее разум искал решение, какой-нибудь способ исправить то, что сделано. «Это все иллюзия, – сказала она себе. – Дэйв просто подшутил над всеми нами».

Лолли спрыгнула на пути и бросилась бежать. Под ее ногами хрустел гравий. Луис схватил Дэйва за руку и потянул к туннелям.

– Нам надо отсюда убираться, – крикнул он.

Полисмен поднял голову. Вэл спрыгнула с края платформы, Рут последовала за ней. Луис и Дэйв уже исчезали в темноте.

Позади грохнул выстрел. Вэл не оглядывалась. Она бежала по путям, держа Рут за руку, словно они были маленькими детьми, которым надо перейти через дорогу. Рут два раза сжала ей пальцы, и Вэл услышала, что она начала рыдать.

– Полисмены никогда ничего не понимают, – заявил Дэйв, когда они перешли в туннелях на шаг. – У них есть норма арестов, и больше ни о чем они не думают. Они нашли наше место и собирались просто его запереть, чтобы никто больше не мог пользоваться, и какой в этом смысл? Мы никому не мешали тем, что жили внизу. Это наше место. Мы его нашли.

– О чем ты говоришь? – спросил Луис. – О чем ты думал там, на месте? Ты совсем сбрендил?

– Я не виноват, – сказал Дэйв, который никак не мог замолчать. – И ты не виноват. Никто не виноват.

– Это правда, – проговорил Луис дрожащим голосом. – Никто не виноват.

Они вышли на станцию Кэнел-стрит, вспрыгнули на платформу и сели на первый подошедший поезд. Вагон был почти пустой, но они все равно стояли, привалившись к дверям. Рут перестала плакать, но тушь оставила на щеках темные разводы, а щеки и нос покраснели. Дэйв, казалось, находился в трансе и не смотрел никому в глаза. Вэл не могла себе представить, что он в этот момент испытывал. Впрочем, она даже не понимала собственных чувств.

– Сегодня переночуем в парке, – сказал Луис. – Мы с Дэйвом так делали, пока не нашли туннель.

– Я отведу Рут на вокзал «Пени», – неожиданно объявила Вэл.

Она думала об убитой женщине из полиции, и воспоминание лежало на душе грузом, который становился тяжелее с каждым шагом, уводящим их от трупа. Она не хотела, чтобы Рут шла на дно вместе с остальными.

Луис кивнул.

– И ты уедешь с ней?

Вэл колебалась.

– Я одна на поезд не сяду! – яростно выпалила Рут.

– Мне надо кое с кем попрощаться, – сказала Вэл. – Я не могу просто исчезнуть.

Они сошли на следующей остановке, с помощью метрокарт от зубочисток добрались до вокзала «Пени» и прошли посмотреть расписание. В зале ожидания Лолли купила кофе и суп, к которым никто не притронулся.

– Приходи ко мне сюда через час, – сказала Рут. – Поезд уйдет через пятнадцать минут после этого. Ты ведь успеешь попрощаться с этим парнем, правда?

– Если я не вернусь, ты должна сесть на поезд, – сказала Вэл. – Обещай мне.

Рут кивнула. Лицо у нее было бледным.

– Если ты пообещаешь вернуться.

– Мы будем у замка в Центральном парке, – объявила Лолли. – Если ты опоздаешь на поезд.

– Я не опоздаю, – ответила Вэл, бросая взгляд на Рут.

Лолли покрутила ложкой в супе, но ко рту ее не поднесла.

– Знаю. Это я просто так сказала.

Спотыкаясь, Вэл вышла на холодную улицу. Когда она добралась до моста, было еще достаточно светло, чтобы видеть Ист-ривер – темно-коричневую воду, похожую на кофе, который долго кипятили. Сердце у Вэл болело, мышцы на руках скрутило судорогами. Она вдруг вспомнила, что не принимала дозы с прошлого вечера. «Никогда больше двух дней подряд». В какой-то момент это правило было забыто, и новым правилом стало каждый день, а иногда и чаще.