Александр Самсонов - Гиперборейский Ключ

— Свое не пахнет, — блаженно щерясь, пропищал бесенок. — Зато чужое всегда воняет.

Нодья взяла пример с лесной девы и, не стесняясь, скинула одежду. Ловя восхищенные взгляды мужчин, она невозмутимо развесила промокшие тряпки у костра, лишь соседство с вонючим бесенком отравляло ее веселое настроение.

Глядя на рельефные формы воительницы, Никита поймал себя на мысли, что любуется ею. «И чего в ней такого? — думал он. — Ну, стройная, с привлекательными формами, и что с того? Все равно ведь не женщина в полном понимании слова, как и Айна». Да только глаз исподволь все равно косил то на Нодью, то на лесную деву.

Для полканов дождь оказался не помехой. Оправившись от испуга, вызванного молнией и громом, они продолжали интенсивные гонки вокруг строения. Изредка кто-нибудь из них подкрадывался к обсыхающим у костра людям и встряхивал мокрой шкурой. Возмущенные возгласы только подстегивали проказников. Наконец Айне надоели такие игры. Она гортанно рыкнула, и полканы, присмирев, покорно сели возле ее ног.

— Что ты им сказала? — спросил Басанов, наблюдавший эту сцену.

— Они поняли, что нужно утихомириться, вот и все.

Немного обсохнув и передохнув, стали собираться в дорогу. Никита изредка посматривал на неподвижного аборигена. Тот так и не проявлял ни малейшего любопытства и недовольства, а также попыток вступить в контакт. Он вообще все это время молча просидел в одной позе, сосредоточенно глядя перед собою. Но что-то его в поведении настораживало. Перехватив взгляд боярина, Кощей тихо шепнул:

— Пусть сидит. Для нас он не угроза.

— Да сдаст же. Тем, из крепости. Ты же сам говорил, что, возможно, нас искать будут. — Басанову присутствие непонятного и молчаливого упыря на стоянке почему-то казалось опасностью, способной привести к краху всю экспедицию.

— Брось, Дикая Охота для него представляет такую же угрозу, как и для нас, — сказал Кощей. — В этом деле он нам не враг. Пускай сидит. Мы же уходим.

Перевал шел через глубокий каньон, по которому вела все та же дорога. Справа и слева вздымались черно-коричневые каменные стены, и создавалось впечатление, что отряд движется по длинному, немного извилистому коридору без потолка. Вода ручьями стекала по стенам и мутным потоком неслась по канавам, промытым вдоль желтой брусчатки. Несмотря на бурное движение, она казалась какой-то тягучей, неживой. Мокрые блестящие камни давили своей мощью и монументальностью. Вокруг стояли полумрак и гнетущая тишина. Казалось, что отряд входит в преддверие ада.

— Интересно, здесь всегда так неприятно или только сейчас, из-за дождя?

Кощей обернулся к Басанову и усмехнулся:

— Из-за Вия. И из-за дождя.

Никита проглядел все глаза, ожидая увидеть Вия. Страха он не испытывал, скорее им двигало любопытство. Как-никак очередное мифологическое существо. Сколько он таких уже видел за последнее время. И все оказались не такими уж и ужасными. Взять, к примеру, оборотней. Обаятельный Рудольф оказался на порядок честнее и порядочнее многих его знакомых людей. Бесенок Глузь также был симпатягой, и большинство приписываемых ему гадостей являлось пустым порождением молвы. Теперь вот Вий…

Шедший впереди Кощей вдруг встал как вкопанный. Задумавшийся Никита носом воткнулся в жесткую спину предводителя. Чертыхнувшись, он огляделся. Весь отряд замер на дороге, даже полканы прижались к ногам лесной девы.

Впереди, там, где ущелье почти сомкнулось стенами, клубилось полупрозрачное облачко. Оно принимало различные формы, создавая призрачные фигуры людей и монстров. Изображения менялись каждые несколько секунд, и сначала Никита не мог понять, что же он видит.

Путники неподвижно созерцали это явление. Никто даже не пошевелился и не ойкнул. Создавалось впечатление, что они находятся под гипнотическим воздействием движущегося тумана.

Облако приблизилось. Белесые щупальца, извиваясь, потянулись к замершему впереди Кощею. Единственный из всех не поддался наваждению Никита. Он решительно шагнул вперед, прикрывая спиной Лесного Хозяина и других товарищей. Цепкие на вид щупальца метнулись обратно, в пульсирующий туман.

Упругий воздух потянул напряженные пальцы. Ага! Он сделал ладонями движение вперед. Толчок ощутимо отдался по рукам. Бам-м! С оглушительным звуком шевелящееся облако лопнуло, рассыпаясь мелкими каплями, и на его месте возникла фигура здоровяка в набедренной повязке. Лицо его выражало недоумение.

— Это ты сделал? — В прозвучавшем вопросе послышались недовольство и недоверие.

— Возможно, — ответил молодой боярин и неторопливо поднял арбалет.

— Постой. Я не причиню вреда ни тебе, ни твоим спутникам. Зачем нам устраивать побоище? Разумные существа должны договариваться, а не воевать, — косясь на взведенное оружие, произнес здоровяк. — Я Вий, хозяин этого Перевала. И предлагаю вам ужин и отдых в моем жилище. Вы мне расскажете, кто вы и откуда, а я о своих делах поведаю. Милости прошу, — не сводя глаз с Басанова, здоровяк сделал широкий приглашающий жест рукой.

От костра веяло теплом, в огромном закопченном котле что-то булькало и шкварчало, по пещере бродили запахи вкусной еды. О непогоде за крепкими стенами горной полости даже и не вспоминалось.

Участникам похода такая вынужденная остановка по пути казалась верхом блаженства. Даже неутомимый Кощей, вытянув длинные ноги к огню, блаженно щурился. Попавшие из-под дождя в теплое сухое место люди развалились на расстеленных шкурах и пали в ожидании ужина. В первый раз за все время пребывания на Гиперборее Басанов чувствовал себя в относительной безопасности. Хотелось спать, хотелось есть, но любопытство подавляло естественные потребности.

Здоровый и широколицый хозяин пещеры держался непринужденно, с уверенностью хлебосольного зажиточного крестьянина. Посмеиваясь и посвистывая в конце слов, он с понятным только ему юмором повествовал о жизни на Перевале и о своей роли. Оказалось, что Вий — это не имя, а что-то вроде социального статуса или должности. Так называли всех существ, которые могли, обосновавшись в каком-нибудь «хлебном месте», сплотить и подчинить себе обитающую там всяческую мелкую нечисть. Долгое время Перевал оставался без надзора, на всем его протяжении колобродили и бесчинствовали все кому не лень, но, заручившись поддержкой правителей с обеих сторон хребта, он взял под свою крепкую руку всех обитателей Перевала и стал единолично взимать дань с проходящих путников и торговцев. Кто не хотел платить, тем приходилось идти в обход или готовиться к неравному бою. Искусство Вия заключалось в умении насылать морок и обездвиживать жертвы. Попавшему под воздействие чар казались явными все тщательно спрятанные в подсознании страхи, и тогда он начинал биться с материализовавшимся личным ужасом.