Кристианна Капли - Пособие по Выживанию (СИ)

Я не помню, что произошло. Просто щелчок в голове. Мгновение, изменившее все. Картинка, состоящая из маленьких деталей, рассыпается. Ранее широкий мир сузился исключительно до ее запаха и… Еще чего-то… Чего-то страшного и одновременно желанного. Меня шатает, как пьяного. Непослушное тело сжимает в своих тугих кольцах жажда. Ледяная волна судроги швыряет меня лицом в траву. Кажется, еще немного, и все кости переломаются…

Меня вырвало. А ты растерянная стоишь рядом и не можешь понять, что происходит. Пытаешься мне помочь подняться — я тебя отталкиваю. Ты пытаешься позвать кого-то, но тихий голос дрожит. Пожалуйста, просто замолчи. И проваливай отсюда. Мне так хочется это сказать, но язык присох к небу.

Сопротивление не длилось долго. Последнее, что я помню, это твои слезы и металический привкус, расходящейся во рту.

Мне так жаль… И я не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь…

Тревожный сон — фантазия с примесью воспоминаний — отпустил меня, когда над ухом раздался телефоный звонок. Вот, уж где мерзкий звук. Разлепил веки и глянул на будильник. Половина восьмого. Еще двадцать минут в запасе есть. Какого черта?

— Макс, — на том конце я услышал голос Лены, — я звоню тебе напомнить, чтобы ты не забыл диск с презентацией и те распечатки из библиотеки.

— Могла и в шесть утра позвонить. Чего уж там, — буркнул в трубку.

На том конце обиженно засопели. Рыжая в своем репертуаре.

— Могла, но решила над тобой сжалиться. Не забудь, иначе опозоримся перед всей школой. Все. Я свой долг выполнила. А ты вставай, соня, одевайся и вообще… А я еще поваляюсь, — и отключилась.

Я вернул телефон на тумбочку и перевернулся на другой бок. Лена, Лена, ты мне так порой ее напоминаешь… Голос, характер, поведение… И запах. Даже запах с теми же терпковатыми нотками.

— Диск и распечатки, — пробормотал и снова провалился в сон.

Итак, последние новости за прошедшую неделю: Демиан и Мелани теперь встречаются. Две половинки нашли друг друга в этом жестоком мире и отныне действуют всем на нервы. Всем — это мне, и еще немного Сорше. Не знаю, как у нее, но у меня порой просыпается дикое желание швырнуть чем-нибудь в эту воркующую парочку. Мой братец и его ненаглядная везде ходят вместе за ручку (надеюсь, что хоты бы в уборную она его отпускает), называют друг друга «милый», «солнышко» и прочее в том же сладко-омерзительном духе. Если Демиан продолжит так себя вести, он мне больше не сводный брат.

Вторая новость — это школьное задание. Ничего сверхсложного. Рассказать о какой-нибудь древней красивой легенде перед всей паралеллью. Мы с Максом посовещались и решили, что выберем историю о двух влюбленных. Все как всегда: они любили, но их разлучила злая судьба — он отправился в плавание и погиб, а она осталась ждать его. В один прекрасный день ей надоело ожидание, и она не придумала ничего оригинальней, как броситься со скалы в воду. Мол, хоть на дне морском, но вместе будем.

— Ну, что скажешь? — покрутилась я перед зеркалом.

Недавно купленное платье, как по мне, отлично подчеркивало фигуру. Да и цвет, темно-зеленый к волосам подходит. Айс, одним словом.

— Мне нравится, — отозвалась Сорша. — Только короткое слишком. Колени открыты.

— Буду считать, что последнего я не слышала, — и довольная повернулась к своему отражению. Уж если выступать перед таким количеством народа, то выглядить надо на все сто.

Кстати, по поводу народа… Один из представителей клыкастых, как раз решил осчастливить нас своим присутствием с утреца пораньше. А повод-то какой замечательный его к нам привел.

— Эй, Щепка, мне списать математику надо, — и тебе доброе утро, Демиан.

Настроение, вижу, у тебя тоже замечательное.

— А я-то тут причем? — пожала плечами. — Для чего ты себе девушку завел? У нее, умницы красавицы, и списывай.

Демон скрестил руки на груди. Окинул меня своим фирменным взглядом. Что-то типа, «опять ты за свое».

— Я не собираюсь списывать у Мелани.

— Очень похвально, — просто принц на белом коне. — Но тебе моя домашка вряд ли поможет. Видишь ли, подпись тетради «матиматика» окончательно поставила на тебе крест в глазах нашей преподовательницы. Можешь не стараться.

— Ну спасибо.

— Да пожалуйста, — так, разговор закончен, можно вернуться и к самолюбованию. Однако дивное создание уходить не спешило. Наоборот — стояло за моей спиной и, как я заметила в зеркале, внимательно меня разглядывало.

Ох, избавь меня от своих нотация. Мол, разврат, разврат, похоть, проституция и мне самое место за стенами какого-нибудь монастыря (мужского, например), иначе грешную душонку не спасти.

— Хорошо выглядишь, — раздалось неожиданное.

Эм, я ослышалась или нет? Медленно обернулась и посмотрела на братца. Али не заболел ты случаем, клыкастый? Температуры нет? А голова не болит?

Или…

— Не подлизывайся. Все равно списать не дам, — и пригрозила зажатой в кулаке заколкой.

Демиан нахмурился. А он что еще ожидал? Рассыпаясь за комплимент в благодарности, тотчас принесу тетрадь и упаду перед ним на колени? Размечтался.

— Больно надо, — и ушел.

Правда, переступая через порог, Деми оглянулся. И от его странного смешанного взгляда по телу пробежала мелкая, но чертовски приятная дрожь.

Это все из-за волнения. Все из-за волнения.

Отчего ж еще?

К заданию мы с Максом приступили с изрядной долей креатива. Как негласные лидеры в нашей маленькой команде, состоящей из четырех демонов, предложили разыграть небольшое представление. Остальным идея понравилась. Так и сделали. Итак, роли таковы: я и Макс — Уруслина и Леон, то бишь те самые несчастные влюбленные, Ройян (наш одноклассник) голос за кадром, грубо говоря, а Алина — злая волшебница, которая погубила моего «возлюбленного». Та еще стерва. Роль ей в принципе подходит.

— И вот, узнав о гибели любимого, Уруслина отправилась к берегу моря, — рассказывал Ройян в микрофон, пока я подходила к краю сцену, драматично заламывая руки.

Где-то там перемешиваясь с голосом демона, из динамиков доносился завывания ветра, шум воды и еще какая-то какофония. Если что, это имитация разыгравшегося шторма.

Я усилеленно гримасничала на сцене, показывая, как мне больно и одиноко, вместе с этим пытаясь украдкой почесать коленку — вот же ж зараза, комар укусил. Роян же рассказывал о том, как бушущие волны разбиваются о скалы и как одинокая хрупкая фигура, то бишь я, отчаянно проклинала небеса за то, что те отняли у нее любимого.

Шмыгнула носом, погрозила кулаком потолку. Обвела взглядом собравшихся учеников, уже минут двадцать наблюдающих за нашей буйной фантазией. Заметила и клыкастого братца — нахал сидел, рядом с Мелани, прижав ладонь ко губам. Не думаю, что его растрогала трагичная судьба Уруслины и Леона и сейчас он едва сдерживает скупые мужские слезы… Ржет, небось. Ну ладно, я тебе это припомню, Деми.