Андрей Лукин - Хозяин таёжного неба (СИ)

И вот они уже стоят перед Степаном и внимательно смотрят на него уже без улыбок, уже очень серьёзно и даже как-то угрожающе. Как будто судить его пришли за все его страшные преступления перед гномо-гномлинским народом. И то, что Стёпка никаких преступлений за собой не ведал, их, похоже, нисколько не интересовало.

Молчание надолго не затянулось. Стёпке первому надоело играть в переглядывание. Он решил быть радушным хозяином, потому что ссориться с гномами не хотелось. Обстановка к тому не располагала совершенно. Да и не любил он ссор.

- Здравствуйте, - сказал он как можно более мирно. - Рад вас видеть. Присаживайтесь.

Гномы присаживаться не пожелали и на приветствие тоже никак не ответили.

- Тот самый демон-вор? - спросил хриплым басом толстый старик. - Он ли?

- Тот самый, - с готовностью подтвердил первый гном. - Золото Зебурово при нём, значит, он.

- Хорошо, - проскрипел старик.

И опять все замолчали.

- Меня зовут Стеслав, - сказал Стёпка. - А ваши имена я могу узнать?

- Ни к чему тебе наши величания, - отрезал первый гном. - Не для того мы к тебе ход пробивали.

Ход пробивали? Стёпка удивился. Он в этой камере от силы часа четыре сидит, а они уже успели ход в камне пробить. Это не считая того, что надо было сначала просто узнать о том, где его прячут. Быстро же у них дела делаются. И совершенно бесшумно. Даже позавидовать можно.

- А зачем вы ко мне ход пробивали? - спросил он.

- Обязательство неотменимое выполнить должны. Зебур тревожное слово пустил, а мы воров никогда не прощаем. Иначе золото наше быстренько другие к рукам приберут.

Стёпка вмиг разозлился. Ему уже изрядно надоело, что все кому не лень так и норовят обозвать его вором.

- Хватит врать! - вполголоса закричал он. - Я не вор, и ваш Зебур это прекрасно знает! Я ни у кого золота не воровал. Я вообще никогда не ворую. Я не вор! Понятно вам! А золото мне дал чародей Летописного замка Серафиан в уплату за то, что его слуга тайком меня в ваш мир призвал. А золото у Зебура чародеи забрали за то, что он на орклов шпионил в замке. Вот пусть с них и спрашивает, а не с меня. А то заладили: вор, вор. Ещё неизвестно кто настоящий вор. Ещё у Зебура надо спросить, где он то золото раздобыл, понятно вам?

- А уважаемый Зебур слово пустил, что вор - ты. Твоё слово против его ничего не стоит. Зебура все гномы знают и уважают. Даже таёжные гномлины к его слову прислушиваются.

- Никогда таёжные гномлины к Зебурову слову не прислушивались, - отрезал Стёпка, вовремя припомнив памятную встречу. - Мне о том сами уважаемые Топтычай, Чуюк и многомудрый Тютюй говорили. А слово гномлинских государей весит больше, чем слово Зебура. Они его не слишком-то уважают, потому что он с Оркландом дела имеет. Вот так.

Гномы в растерянности переглянулись. Не ожидали, что демон вхож в такие высокие круги и лично знаком с тремя гномлинскими государями. То, что эти государи без зазрения совести сдали демона весичам, дела не меняло. Он с ними встречался и говорил. И даже имена их запомнил.

- Зебуровы уговоры с орклами нас не касаемы, - наконец возразил первый гном. - Он уважаемый глава уважаемого рода и мы не можем его слова пустить на ветер.

- Ну и что мне сделать, чтобы вы от меня отцепились? - спросил Стёпка. - Золото вам вернуть? Не дождётесь. Мне оно самому нужно. Да и потратил я уже немного. Прощения попросить? И не подумаю. Не за что мне прощения просить, а за такие дела я бы и сам у Зебура не только золото, я бы у него вообще всё отобрал, потому что он предатель, врагам помогает.

- Ведом нам один способ, - подал голос старик. - Да согласишься ли ты на него?

- Какой способ? - насторожился Стёпка. Он уже учёный был, понимал, что когда так уклончиво говорят, ничего хорошего ждать не стоит.

- Узнать вор ты или не вор, - пояснил гном. - Верный способ. Самый верный.

- Я согласен, - сказал Стёпка, потому что про самого себя он точно знал, кто он и что. - А что за способ?

- Ежели мы тебе заранее скажем, боюсь, ты не согласишься, - сказал гном.

- А если я не захочу?

- Значит - ты вор.

Стёпка задумался.

- Ну ни фига себе. Я-то точно знаю, что не вор. А вдруг вы мне руку отрубить вздумаете, или заклинание какое-нибудь скажете, от которого я в какую-нибудь бяку превращусь?

- Никакого невосполнимого ущерба тебе содеяно не будет, - заверил гном. Он пожевал губу и решился выложить все карты на стол. - Будет боль. Сильная боль, которую можно перетерпеть, но только ежели ты не вор. А ежели вор - закричишь и руку позорно отдёрнешь.

- Я согласен, - сказал Стёпка, хотя боли боялся. Но уж очень ему надоело, что его в таком мерзком деле все обвиняют. Лучше один раз боль вытерпеть, чем всю жизнь с клеймом позорным ходить.

- Поклянись именем прадеда своего, что на испытание согласен, - строго велел старый гном. Видно, было, что всё это доставляет ему немалое удовольствие. Прочие гномы молчали и смотрели на Стёпку с любопытством.

- Клянусь именем прадеда своего, что согласен на ваше испытание, - повторил Стёпка. Его слегка затрясло, но он мужественно старался свой страх подавить. Хотя в голове так и вертелась подлая мыслишка: а зачем мне всё это нужно? Ведь даже если я докажу что не вор, в моём положении всё равно ничего не изменится, всё равно я останусь в тюрьме, только и радости, что эти коротышки перестанут смотреть на меня как на злейшего врага всего гномьего племени.

- Имя, - потребовал гном.

- Чьё? - не понял Стёпка.

- Прадедово имя назови.

- Э-э-э... Марк, - вспомнил Стёпка дедово отчество. Самого прадеда он, разумеется, никогда не видел даже на фотографии, тот умер задолго до его рождения. К тому же это был единственный прадед, имя которого он знал. Нет, ещё одного знал, того, который на войне в плену у финнов погиб, Петром его звали.

- Мрак, - тут же переиначил гном. - Звучное имя. Даже гному такое носить не зазорно.

- Выложи один золотой, - велел гном.

Стёпка, радуясь своей предусмотрительности, вытащил из кармана монетку и положил на крышку ящика. Хорош бы он был, если бы пришлось перед гномами снимать кроссовку и выуживать из-под стельки деньги. Они тогда без всякого испытания решили бы, что он вор, потому что только воры в таком месте своё наворованное золото могут прятать. Хотя, они всё равно уже учуяли, где у него остальное денежки прихоронены.

С минуту все молчали. Первый гном сверлил Стёпку нехорошим взглядом и постепенно багровел. Старик был непробиваемо спокоен. Третий гном закусил ус. Кажется, ему было смешно.

- Извините, - сказал Стёпка, ругая себя за тупость. Дотянуться до крышки ящика гномы не смогли бы при всём желании. - Не подумал.