Читающий - Ирьенин

   В общем, физическую подготовку Хъюги не забывали, хотя и идолом не делали. Сухие, жилистые и поджарые Хъюги напоминали, скорее, гончую, чем массивного мастифа. Ставка делалась на выработку выносливости и упругости мышц, а также на их способность к взрывному импульсу. В любом случае, настоящую скорость шиноби даст использование чакры. Сила запредельная? Мышцы, буграми мяса вздымающиеся? А зачем? Сенсея мой вопрос про упор на силу привел в недоумение. Зачем тебе умение голым кулаком ломать деревья, Акира-тян? Ояму-сенсея я тогда точно озадачил. Он, как мог, объяснил ребенку философию боя клана Хъюга - будь быстрым, как ветер над горами, будь текучим, как вода в ручье, будь непредсказуемым, как языки пламени. А сила? Да на кой черт она нужна, эта сила, усмехнулся Ояма-сенсей, разнося 'когтями дракона' мирно лежащий камушек на разлетевшиеся со свистом обломки. Если ты хорошо умеешь пользоваться чакрой, Акира-тян, то тебе бугрящиеся пласты литых мышц ни к чему. Поэтому учись давай! Вот я и учился... Так что, никаких утяжелителей, никакой набивки кулаков, никаких отработок ударов в макивару. Не было ничего из того, что я так наивно ждал. Вместо этого была отработка движений местных ката до автоматизма, и упражнения на контроль чакры, которые начались с самого начала.

   Мои воспоминания об упражнениях на контроль, принесенные в этот мир из просмотренного аниме, не вызвали у моих учителей ничего, кроме смеха. С любопытством выслушав меня, Окини-сама, взявшаяся лично тренировать контроль будущего ирьенина, только посмеялась. И усадила меня перед тазиком с водой, в который высыпала горсть кусочков бумаги. Бумага, как пояснила мне седая старейшина, была не простая, а очень даже чакро - чувствительная. От меня требовалось очистить разум, ни о чем не думать, и очень мягко касаться кончиками пальцев плавающих, скользких на ощупь, бумажек, которые категорически не желали липнуть к пальцам - пластик, маслом смоченный, и то так себя не ведет. И все. Нет, в самом деле. Мое удивление, не оставшееся незамеченным, было удовлетворено - мое тело вкупе с моим подсознанием, оказывается, куда как мудрее моего сознания. И, так или иначе, рано или поздно, мой организм сам обеспечит приток чакры к пальцам. При этом, абсолютно не важно, какой именно чакры, для этой бумаги годилась любая.

   Сложнее всего было очистить сознание. После нескольких дней бесплодных упражнений, а ведь сидеть перед тазиком мне приходилось по три часа в день, меня просто таки пробирало от ощущения собственной никчемности. Я не мог. У меня не выходило. Как же так? В отчаянии я попытался потянуться к источнику чакры жизни осознано, но эта попытка не осталась незамеченной. Последующую неделю сесть на пятую точку я не мог - старейшина отнюдь не забыла выданного ею же запрета. Помимо порки мне досталась весьма экспрессивная лекция на тему болванов, так и рвущихся превратить себя в калеку. В общем, в конце-концов, Окини-сама заметила, в чем заключалась моя проблема. Как ни странно, проблема была именно в излишних попытках понять, что я делаю не так. Отсюда и отсутствие подходящего состояния души.

   Кончилось тем, что Окини-сама стала рассказывать мне интересные истории из жизни клана. И вот, в один прекрасный день, я заслушался настолько, что смотрел на рассказчицу открыв рот. И то правда, никогда бы не подумал, что Коноха, на самом-то деле, исходно была всего лишь провинциальным городком под управлением какого-то там самурая. И лишь сто сорок лет назад была выбрана Аобой Сенджу в качестве одной из оперативных баз в войне с кланом Учиха. Клан же Хъюга, как выяснилось, был союзником Сенджу, чего Хъюгам Учихи не простили до сих пор. Я слушал рассказчицу затаив дыхание, не обращая внимания на ее все ширившуюся и ширившуюся улыбку. И лишь когда она весело рассмеялась, смог обратить внимание на что-то еще. Вот оно! Указательный палец правой руки был весь облеплен бумажками из тазика. Дальше было проще. Нужно было научиться собирать бумажки осознанно, потом упражнение усложнили, введя фактор времени. Наконец, последняя часть - притянуть бумажки к себе не касаясь их физически, просто опустив ладонь в воду. А дальше пошли упражнения повеселее, уже именно на контроль, а не на касание к центру чакры. К примеру, следующий этап заключался в том, что бы заставить положенного на ладонь бумажного журавлика шевелить крыльями. Но мне уже все было нипочем - барьер был преодолен, и я смог наконец-то мягко и осознанно касаться центра чакры, не рискуя его раздавить.

   Со временем сложность занятий росла, росли и требования к контролю. Это стало понятно, когда в семь лет нас, восьмерых маленьких Хъюг - одногодков, начали обучать базовым принципам работы с техниками. Ручные печати, как же много нервов они отняли, и как много пота на их отработке пришлось пролить. Каждая печать предполагала определенную конфигурацию подаваемой чакры, от последовательности выполнения, степени наполнения печати чакрой, вида подаваемой чакры и даже от времени между печатями зависело по сути все. В итоге, после выполнения серии печатей, формировалась управляющая конструкция, которая, контролируя центры чакры, запитывала каналы, разгоняя чакру по всему телу, формируя в фокусирующей точке собственно саму технику. Фокусирующих точек было не так много - ладони, ступни, рот, если уж говорить совсем точно - основание языка. И темя.

   К примеру, техника хенге, она же простейшее иллюзорное перевоплощение, изученная нами первой, требовала либо чакру 'инь', либо чакру жизни, хотя расход чакры жизни и выходил большим. 'Янь' не годилась. Впрочем, 'Янь' вообще для иллюзорных техник не годилась, это и клонов - иллюзий касалось. Итак, научив нас основам работы с техниками, наставники начали требовать большего. Нужно было повторить технику, не складывая печатей. Вот это и было самым тяжелым - одновременный самостоятельный контроль десятков исходных каналов, которые расходясь чуть ли не по всему телу, переплетаясь и сливаясь во множестве тенкетсу, подходили к фокусирующей точке в определенной последовательности, преобразуясь в сложнейший трехмерный объект, который и становился собственно техникой... Без формирования управляющих конструктов это было вовсе не просто. Но, как говаривали наставники - все эти конструкты и печати - не более чем костыли. А не отбросив костыли, не начнешь бегать.

   И мы начали бегать, хотя далось нам это совсем не просто! К девяти годам все базовые техники ученики научились выполнять без костылей. Вот тут-то и началось самое интересное, нас начали учить разделять силовые и управляющие энергетические линии формируемых структур, в прямом смысле выворачивая техники наизнанку, модифицируя их под себя. Именно так и формировался улучшенный иллюзорный клон, в котором, посредством подачи большего количества энергии и созданием дополнительной управляющей цепи создавались якобы центры чакры, и формировался простенький покров, имитирующий поведение энергетического тела шиноби. Внимательного сенсора так не обманешь - формируемая энергетическая картинка была статичной. Да и для бьякугана такая иллюзия выглядела, по меньшей мере, смешно.