Ольга Егер - Любви и магии все существа покорны (СИ)

— Ты чокнутая! — радовался моему сдвинутому рассудку парень. — Водить дружбу с предателями-демонами, оборотнихой, пускать в дом собственного убийцу, вампира!

— Ты определись, кто ты! — остановила поток открытий я, злобно впившись в него взглядом. — Друг или убийца? Знаешь ли, это вещи исключающие!

— Как мы заговорили! — язвил он.

— Если тебе что-то не нравится, проваливай! — не выдержала я. Для полного счастья мне как раз только издевок вампира не хватало! Он перестал паясничать, внимательно всматриваясь в мое лицо.

— Прости! — неожиданно прозвучало сорвавшееся с его уст такое искреннее слово, что я чуть не потеряла остатки своего дырявого разума. — Таких, как ты, мне еще не доводилось видеть!

Вопреки установленному правилу (клыки он не показал), я все же швырнула в него подушкой, мстя за свою честь — честь очумевшей ведьмы.

— Я же не показывал зубы! — перестав ухмыляться, промямлил вампир, отнимая подушку от лица. Он был зол.

— Знаю. Ты своим хохотом родителей разбудишь! А как мне потом объяснить, откуда в моей комнате взялся мужчина среди ночи?!

"Явление мужского пола" ехидно улыбнулось, придвигаясь ближе, как змей к Еве в райском Саду. Наверное, был в курсе, что на свои апартаменты я давно поставила полог тишины. Происходящее за пределами спальни могло просочиться, а вот звуки из моей комнаты — нет.

— Ну, ты же девушка взрослая!..

Судя по тому, что эта наглая вампирская рожа все время ухмылялась и смеялась надо мной, его бессмертная жизнь удлинилась этак вечности на две, если такое возможно.

В коридоре послышалось шарканье. Маме не спалось, и она как раз намеревалась со мной пообщаться.

— В шкаф! Быстро! — рявкнула я, и краем глаза заметила, как у моего аристократа медленно отваливается челюсть.

— Ты с ума сошла? Дешевых фильмов насмотрелась? — он не просто отказывался прятаться, но даже отвергал саму идею.

На убеждение вампира оставалось всего несколько секунд. Я посмотрела на него так, как когда-то глядел он — с желанием убить. Куран понял, что шутки кончились, и либо он добровольно трамбуется в моем крохотном шкафу, либо я запихиваю его туда по частям! Видимо, еще и задумался: "Действительно, как же объяснить женщине, что такой мужчина как я делает в комнате ее дочери, особенно при том, что вошел я не через дверь…".

— Давай дуй в шкаф! — настаивала я. — Мою вменяемость обсудим позже, если тебя моль не съест!

Мама впервые в жизни возвестила о своем появлении стуком в дверь, чего в нашей квартире никогда не практиковалось. Наверное, моя печальная физиономия ее насторожила. Прежде чем открыть, я оглянулась — Курана не было. Выдохнув, открыла. Сонная мама, не обращая внимания на стоящие посреди ковра дорогие мужские ботинки из светло-коричневой кожи, прошагала до моей кровати и присела, призывая к тому же меня. По дороге я запинала обувь под стол. Меня обняли, как маленькую пятилетнюю девочку, поглаживая по головке.

— Вы поссорились с Артемом? — догадалась мама.

— Не то чтобы поссорились…

Я сразу вспомнила, как она совершенно точно предсказала конец наших отношений, когда Артем подарил мне белую розу. Стоило ей только увидеть меня на пороге с цветком, как она заявила: "О! Это к расставанию". И как в воду глядела. Может, в ней тоже спит дар, о котором она сама не догадывается. Надеюсь, спит он крепко, потому что ей незачем знать о втором мире, где есть вампиры, оборотни, маги, демоны и другие. Да и лучше не быть в курсе моих ночных приключениях, погонь за маньяками… Пусть думает, что все хорошо, что ее дочь самая заурядная личность. Хотя именно родители никогда не считали меня обычной!

— А я сразу тебе сказала, что он не то, что тебе надо. Что он натворил?

— Ничего. Просто я… Мам, а что мне надо? Как понять, что это мой человек? — рассказывать всю глупую историю о бывше-нынешней девушке, случайной встрече и, что я полная дура, совершенно не замечая, позволила себя обмануть, я не стала. Поэтому и перевела разговор в другое русло.

— Огонечек мой! Очень просто. Вот когда ты встретишь парня, и он не уйдет, даже если все будет плохо; если он будет рядом несмотря ни на что; если будет терпеть твои слезы, истерики, будет поддерживать, помогать, заботиться… Это твое! Разве Артем всегда был рядом?

Ну… Его в моменты проблем днем с огнем не сыскать! Когда болела мама, рядом, помнится, оказывался совершенно другой, и не человек! Я покосилась на шкаф.

— Ты права. Всегда! Иди спать, мамулечка. Все будет хорошо. — Поцеловав ее на прощание, я закрыла за ней дверь и, упала обратно на кровать.

Как в фильме ужасов, дверь шкафа со скрипом раскрылась. Вампир все еще сидел среди моих вещей, спуская затекшие ноги на пол. Его физиономия не выражала особой радости от общения с молью.

— Знаешь, с момента нашей встречи для меня многое в новинку. Например, первый и единственный смертный, осмелившийся приказывать мне, жив. Я впервые прячусь в чьем-то шкафу, как любовник, застуканный врасплох явлением мужа из командировки… — поражался он произошедшему, выбираясь из укрытия и усаживаясь рядом со мной.

Я потянулась к магнитоле, стоявшей на столике. Достала диск с плаксивыми песнями. Через секунду зазвучал приятный голос Джейсона Уокера, размышлявшего, почему взлетая, он снова падает вниз? Я могла дать ответ на его вопрос. А он и не хотел его слышать, так что пропел: "Я, закрывая облака, остаюсь на земле… "

— Если хочешь, — поддержала разговор с вампиром я, — можем попробовать спрятать тебя в холодильнике. Но боюсь, целиком ты туда не влезешь… — шутка была бы более веселой, если бы не флегматичная тональность голоса.

Надо признать, что пока мы спорили и пытались друг друга достать, я все силы тратила на то, чтобы хоть как-то задеть вампира, и при этом не думала об измене Артема. Швырнула подушкой в Курана. Он поймал ее и пустил обратно. Стало весело, но как говорится в одной старинной пословице: "Промовка про вовка" — на экране мобильного засветилось имя предателя. Куран молча отобрал у меня трубку, с нездоровым энтузиазмом рассматривая ее, будто крови хотел напиться из аппарата. Потом перевел взгляд на мою жалкую рожицу. Я уже всхлипывала.

— Куран? — промямлила я сквозь подступающие слезы. — Ты жилетки носишь?

— Нет, — мой вопрос сбил его с толку, и я воспользовалась замешательством: вцепилась руками в рубашку парня, уткнулась лицом в его плечо и надрывно зарыдала. По идее, он должен был оттолкнуть меня, заявить, что я слюнявая идиотка, не достойная такого сильного врага, как он, и тем более такого друга. Но вместо этого, недавний убийца, кровожадный упырь, искуситель, и маньяк в одном лице, превратился в терпеливого друга. В результате, к первому часу ночи я обнаружила себя лежащей на кровати в объятиях вампира, бессовестно заливая его пиджак и рубашку горючими слезами. Это уже второй по счету пиджак, испорченный мною. А учитывая, что модник одевался в бутиках Франции, Италии и Англии, я с ним не расплачусь.