Леднев Вадим - Роман про попаданца

– От Лукана осталось, - непонятно объяснил здоровяк и более ничего не сказав, ушел.

– Спасибо! - крикнул ему в спину Слава, но тот даже не обернулся.

Пожав плечами, Слава разложил свои мокрые шмотки на камнях для просушки, затем напялил на себя пончо и подпоясался вытащенным из джинсов ремнем. Стало теплее и сразу захотелось есть. И то сказать - он уже сутки крошки хлеба во рту не держал. Тут прибежал Теха.

– Валад! Тебя там этот... капитан зовет, говорить с тобой хочет.

Капитан Этт сидел перед едва тлеющим костерком в одиночестве. Дружинников и Верцингеторинга нигде не было видно, один Щепа спал неподалеку, завернувшись в какие-то тряпки.

– На разведку услал, - сообщил капитан, словно прочитав вопрос в глазах Славы, - А этот, - он кивнул в сторону Щепы, - ночью будет караулить. Раз вы говорите, Проклятые рядом, начеку надо быть, - он показал Славе на место возле себя, а когда тот сел, протянул ему нанизанный на двузубую вилку здоровый кусок жареного мяса. Разорвал круглую лепешку. Большую часть отдал Славе, меньшую мальчишке. Ему же достался и второй кусок мяса. После чего, Этт повелительно махнул рукой, приказывая Техе удалиться. Лицо мальчишки выражало крайнюю степень недовольства, но спорить с самим капитаном городской дружины он не осмелился. Отошел к камням и настороженно поглядывал оттуда.

Есть с вилки было непривычно, тем более что никаких других орудий, даже тарелки, ему не предложили. Но голод не тетка, и Слава не обращая внимания на приличия, обжигаясь и давясь, в десять минут умял с полкило мяса.

Капитан Этт все это время молчал, терпеливо ожидая, когда он насытится. И лишь когда Слава, покончив с жарким шумно выглотал туесок воды, он, наконец, задал вопрос:

– Кто вы Валад?

– Я э-э... наморщив лоб, Слава несколько минут старательно повторял рассказанную когда-то Техе версию, о том, что, дескать, он пришел с караваном из дальних мест, а из каких забыл, потому что упал с коня, стукнулся головой и частично потерял память.

Этт внимательно слушал, а когда старлей закончил излагать, задумчиво почесал кончик носа и спросил словно бы сам себя:

– Когда же в этих местах был последний караван? - и сам же себе ответил. Кажется года два назад, еще до того как рыжие захватили брод через Кипящее озеро.

Слава почувствовал, как жар ударил в лицо - похоже, его поймали на вранье.

– А верно ли говорил недостойный ханин хвост Щепа, - как ни в чем не бывало, продолжал вопрошать капитан, - а так же мальчонка, что Вы прирезали волота и отмахались от десятка гончих?

Эту перемену в интонациях выраженную в уважительном обращении на "Вы", Слава, несмотря на накатившую сытую тупость, сразу уловил.

– Насчет десятка гончих... они погорячились... было четыре... и это не я, это Щепин амулет сработал.

– Не рассказывайте мне сказки, уважаемый Валад, - отмахнулся капитан, - я знаю, на что способен амулет "кипящего тумана" четвертой грани, а именно такие разрешается носить простым дружинникам. Отпугнуть диких зверей, ошпарить, мелких даже убить. Не более того. Если вы попытаетесь применить его против тварей хэку, они лишь рассмеются вам в лицо перед тем, как разорвать на куски. Кроме того, дурень Щепа, зажег амулет в замкнутом помещении, так что пострадать от него должны были в первую очередь вы сами. А что мы слышим? Мы слышим, что все вы, наоборот, целы и невредимы, а четверо гончих сварились заживо. Как же такое может быть?

Слава только плечами пожал - откуда он знает, как такое может быть?

– Ну, а волот? - продолжил интересоваться Этт, - надеюсь, не станете отрицать, что его вы сами прирезали?

– Этого я отрицать не стану, - согласился Слава, - но я не знаю, как это получилось. Просто ткнул и случайно попал, - он развел руками.

– Ну, понятно, - кивнул капитан, - случайно ткнули и попали. С кем не бывает. А дозвольте глянуть на ваше оружие? - взяв из рук Славы меч, он долго поворачивал его так и этак, высматривая что-то на обухе и лезвия клинка, щурясь от всполохов, пробегающих по его поверхности. Попробовал остроту и удивленно хмыкнул, увидев, с какой легкостью лезвие режет дубленую кожу его краги. В заключение достал из вещевого мешка какую-то маленькую рогатинку и провел ей вдоль клинка, вглядываясь в треугольный просвет. Результат его озадачил. Он повторил операцию еще раз, и еще, при этом его лицо принимало все более озабоченное выражение. Наконец, он поднял глаза на Славу и тот увидел в них глубочайшее изумление.

– На клинке нет магического узора.

Слава опять пожал плечами, он не знал, что сказать по этому поводу. Есть узор, нет узора... зачем-то он, наверно, был нужен, раз Этт так удивился его отсутствию.

– Три дня назад возле Северного перевала, встреча с волотом стоила жизни одному из моих людей. А его, прошу заметить, мы так и не убили. Ему просто надоело гоняться за нами, а хозяев поблизости не было, вот он и ушел. Сам ушел. Без единой раны. Таких тварей хэку прежде еще не выделывали... Колючки и стрелы, даже выпущенные в упор пролетали мимо, топоры и ножи скользили по шкуре. Ни один удар не достиг цели. Ни один! а вы говорите: случайно ткнули и попали... ну-ну... Не знаете, что такое магический узор? Извольте, я вам покажу, - он извлек из висящих на поясе кожаных ножен средней длины тесак. Смотрите сюда, - в руках капитана появился давешний разветвленный прутик. Слава вгляделся. Обычно серая поверхность клинка в развилке искрилась затейливой зеленоватой гребенкой. Ее ширина то увеличивалась, то уменьшалась, словно кто-то на большой скорости записал звук различной интенсивности. Этих синусоид было две: одна на обухе клинка, другая на лезвии.

– Это, - капитан потряс рогаткой перед носом Славы, - оружейный амулет прозрения. Он показывает: на клинок, для повышения его гармонии нанесено две инкрустации с тиллитом. Так же их называют магическими узорами. Тот, что на обухе - делает клинок упругим, который на лезвии - увеличивает в несколько раз длину резания. Таким образом, посредственно выкованная полоска плохой стали превращается в весьма эффективное оружие. Вот полюбуйтесь, - Этт поднялся с бревна, и подошел к ближайшему деревцу. Короткий косой замах, почти беззвучный удар и деревцо укоризненно качнув жидкой кроной, разделилось на уровне пояса капитана. Слава покачал головой - толщины в стволе было сантиметров двадцать - с его ногу, точно.

– Ну как Вам? - усмехнулся Этт. Как видите, у меня еще три клинка и один топор, и все гармонизированы для разных целей. С тех пор, как до этих краев добрались имперские маги, кузнечное дело здесь пришло в совершенный упадок, как ранее по всей Империи. Тиллитовая магия, ыхырг ее возьми. Недаром Торво бросил свою кузницу и подался в дружинники. А ведь он был настоящий мастер и обеспеченный человек. Хороший клинок раньше стоил, как целый дом с хозяйством. А теперь... капитан досадливо махнул рукой, - качество оружия зависит лишь от умения заклинающего мага, да количества изведенного на него тиллита. Вот и получается, что хорошее оружие никто не покупает, поскольку несравненно дешевле зачаровать любую, самую никчемную железяку. Раньше она бы и на гвозди не сгодилась, а после гармонизации рубит как, лучшие когда-то, шьенские клинки. И что с того, что узор подновлять нужно каждую вторую - третью осьмицу и без магов имперских уже не обойтись... В итоге, например, мои бойцы, вместо луков ходят с этими плюгавыми духовыми трубками. Зачем таскать лук, если зачарованная колючка с тиллитовым сердечником пробивает доску толщиной с две ладони? Впрочем, я отвлекся... он помолчал, словно раздумывая, стоит ли продолжать. Вы знаете Валад, кем я был до того, как стать наемником?