Юлия Трунина - Эмиссар для Бездны

   - Да я и не понял, как вышло,- он разжал руки, и девчушка сломанной куклой упала на землю.

   - Вот, выкидыши человеческие, тупорылые рипы, развлечься захотелось?! Вот Кадм завтра приедет, развлечетесь, все развлечемся! Что он арр'рашу Ктелху в дар повезет?!

   - Эй, а это кто?- крики и брань прекратилась и все пятеро уставились на меня. Я стояла на коленях не сводя взгляда с тела девушки, и не заметить этакий столбик было не возможно.

   - Вот это удача,- расплылся у ухмылке Лоус.- Человек, блондинка да Кадм и не заметит...

   - У тебя дерьмо вместо мозгов! Протри буркалы, она тифлинг! Ты кто?!

   - Для тебя это уже не имеет никакого значения,- хрипло прошелестела я.- Спать!

   - Вы не "внушители", вы куски навоза! - сплюнула я, глядя, на пять повалившихся тел.

   Я подошла ближе и перевернула деушку на спину. Почти ребенок, пятнадцать-шестнадцать лет, не больше.

   - Прости, я не смогла тебе помочь!- прошептала я, закрывая ей глаза.

   Если бы думала быстрее, если бы поднялась раньше... И чтобы было дальше? Чтобы было, если бы ты ее спасла? Взяла бы с собой на испытания? Отдала богета и карту? Бросила бы все и поехала с ней?..

   Стоп, стоп, что за циничные мысли?! Откуда этот жестокий бред в моей голове! Раньше я всегда помогала попавшим в беду не рассуждая, не думая о потом. Йотер, Ярр, наставник Керль, Вирд, Лисса, Ирис, Лэт, король Шеолмин и многие другие, я спасала их, рискуя своей жизнью, и не спрашивала "что дальше", потому что это правильно!

   Нет, Бездна, больше ты меня не "изуродуешь", я не потеряю человеческий облик! НЕ ДОЖДЕТЕСЬ!

   - Прости,- повторила я,- Плохой из меня вышел защитник рода людского от тварей кровожадных.

   Не могу ее так бросить, нужно поискать лопату и похоронить по-человечески. В повозках хлама было много: посуда, одежда, ковры и даже с десяток мечей, но обыкновенной лопаты не было. Зато была маленькая одноместная лодка, даже не деревянная, а из шкуры каких-то животных.

   - Ты любила море? Мне кажется, оно должно тебе понравиться.

   Я выслал дно лодки шелковым гобеленом, и отволокла к морю. Потом погрузила девушку на ковер и отвезла ту даже. Я сняла с нее ошейник (обыскав перед этим тифлингов и достав ключ), обмыла тело, одела в новое платье и положила в лодку. Мелкие белые цветочки, растущие на берегу и напоминавшие бессмертник, не были похожи на роскошный букет, даже после того как я упаковала их в шелковую ленту, но только они и были.

   - Я не помню ни одной молитвы, но я уверена твоя душа сейчас на Небесах и без них. Создательница, если ты слышишь меня, позаботься о ней. Ты плохо берегла ее при жизни, так даруй ее детской душе покой после смерти. Покойся с миром, дитя, мне не удалось помочь тебе, но могу отомстить! И так что б они страдали долго!

   Лодка плавно и легко заскользила по морю. Я провожала ее взглядом и мысленно повторяла: "Прости, прости...".

   Я не стала дожидаться, пока лодка скроется за горизонтом, у меня было не оконченное дело, точнее пять дел. По пути я подобрала рабский ошейник, думая как бы его можно использовать в отмщении. И вдруг заметила, как вокруг стоянки медленно двигаются знакомые силуэты. Да, небольшая фора получилась.

   Хемиши все-таки настигли меня, а мой богет далеко. Дадут ли мне добежать до него? Можно, правда, залезть на дерево как советовал Голос, благо здесь рядом имелся прекрасный образец. А что дальше? Утром сюда прибудет какой-то Кадм... Знакомое имя, а это не тот работорговец, которому меня хотел продать Рог? Вполне вероятно, что он, и приедет этот "купец" с охраной и после этого направится к Ктелху... в Нииб... А здесь он думает найти светловолосую рабыню-человека... Так времени мало надо решаться, второго такого шанса может и не быть.

   Я нырнула в повозку, быстро стянула свою броню и надела платье, а что довольно милое желтенькое в цветочек. Обувки подходящей нет, будем босиком, волосы кое-как пригладила пятерней и подвязала лентой. Под конец с немалым содроганием застегнула на себе ошейник. Доспехи, сапоги и кинжал (лучше не рисковать маскировкой), завязал в еще один гобелен, и выпрыгнула наружу. У себя я оставила лишь ключ от ошейника, припрятав его в знакомом всем женщинам месте. Как говориться: хочешь узнать женскую тайну, посмотри у нее за корсажем.

   Хемиши уже вплотную приблизились к стоянке.

   Сейчас здесь разыграется грандиозная трагедия, действо, которому позавидовали бы великие драматурги. В первую очередь я спрятала в валунах баул с экипировкой, потом отвязала рипов, животные не виноваты, и в заключении полоснула ножом (здесь же и позаимствовала) каждого из пятерых по вене. Они попытались проснуться, но я опять скомандовала: "Спать",- и продолжила дело. Я смочила в крови несколько лент и бросила в темноту. Послышался возбужденный клекот и к привалу стали выбегать хемиши.

   - Приятного аппетита!- ухмыльнулась я им и, подобрав веревку от ошейника, ринулась к дереву. Хорошо, что я росла среди мальчишек, по деревьям лазаю так же, как Лелька падает в обмороки, легко и стремительно.

   Они проснулись, нельзя спать, когда тебя пожирают заживо. Вот только сделать ничего не смогли, оружие я у них позабирала, а "птичек" оказалось гораздо больше, чем можно было справиться врукопашную.

   - Ну что, уроды, это вам не детей насиловать!- крикнула я им, впрочем, не думаю, чтоб они меня расслышали сквозь свои вопли.

   Давайте, твари, давайте авось нажретесь да отравитесь! За девчушку, за всех людей-рабов, что вы сюда перетаскали, здохните, гниды, здохните!

   Кровь... боль... смерть... еда!

   Так... стоп... тпр-р-ру! Только не ты! Назад... заткнись... исчезни!

   Я зажмурила глаза и заткнула уши. Надо успокоиться убрать злость, тогда "шепот" исчезнет.

   - Спи зараза, без тебя управилась!

   Я прислонилась спиной к стволу дерева и несколько раз глубоко вздохнула. Кажется, жар стал отступать. Я опустила руки и открыла глаза. Криков почти уже не было слышно, только деловитый клекот и топот.

   Огонь в костре потух и видно, что происходит внизу, было плохо, но меня это не огорчало. Скоро рассвет, первые багровые ниточки уже окрасили облака, все и увижу. А пока нужно готовиться ко второму акту спектакля "Выжила только я одна".

   Я потерла сильно глаза, так как заплакать не получилось, порвала в нескольких местах платье, и даже поцарапала себе руки и ноги. Искусство требует жертв, а искусство выживания - жертвоприношений, теперь я это поняла. Осталось в будущем научиться приносить в жертву не себя.

   Кадм готов был придушить всех и каждого собственными руками. Все летело к рипам в зад. Такого катастрофического невезения у него не было никогда. На кону теперь не просто его торговые дела, а жизнь. Он пообещал Ктелху молоденькую блондиночку-человека, которую так великолепно расписал Рог. И что? Этот недоумок, эта хемишевая задница, перед встречей умудряется погибнуть, где девчонка - неизвестно.