Валери Фрост - Тяжелой поступью

— В этом нет необходимости, леди, — в разговор вступил Зевс.

Аня удивленно повернула голову — однозначно, в помощнике что-то изменилось. Тихий и уверенный голос, твердый взгляд. Именно таким Зевс был в Керколди. Не чета тому раздолбаю, которым молодой мужчина казался в последнее время.

— Этот мастер живет в деревне, что за озером, выше по реке.

— За водопадом, что ли?

Зевс утвердительно кивнул.

— Я привезу его, — и, решительно взглянув на Аню, поспешил откланяться.

— Нет, стой! — Графиня остановила помощника. — Я сама!

Направляясь в гардероб, Аня отдала распоряжение написать письмо-приглашение мастеру, уточнила его имя и уже через несколько минут была готова к конной прогулке.

— Коня мне! — крикнула прогрессорша, почти вываливаясь в раскрытое окно. — Эдэр, сделай путеводный светляк, пожалуйста. Мне необходимо проветриться.

Сочувствующий и непонимающий взгляды проводили решительно настроенную девушку. Аня стремительно преодолела несколько пролетов лестницы, вспорхнула в седло и пришпорила лошадь.

Скакун попался славный, да и со средствами передвижения Анна всегда находила общий язык. В прошлом машины были Аниной отрадой, бешеная скорость на какой-нибудь пустынной ночной трассе помогала сбросить напряжение, среди пробок в городе девушка ездила с насмешкой. Машина слушалась, умудрялась пролезть в дырки, не подходящие ее габаритам.

С лошадьми брюнетка не сюсюкалась, не уговаривала, даже не ухаживала за ними. Аня приходила, садилась в седло и сливалась с животным ментально.

Вот и сейчас конь почувствовал, что именно необходимо хозяйке. Скорость, ветер в лицо — вот лучшее лекарство. Никаких мыслей. Только калейдоскоп из картинок, несущихся навстречу и пропадающих за плечами.

Всадница гнала лошадь, словно спешила на пожар. Дорога через лес, вдоль озера. Злость зацепилась за душу, как чертополох, да так и осталась висеть, приклеившись. Раздражение выветрилось, зависть прошла. Аня наконец смогла улыбнуться. А дальше — лучше: конь с удовольствием брал барьеры, перелетал через препятствия. Застоялся, наверное, в стойле. А тут такая возможность порезвиться!

Ближе к водопаду дорога резко ушла влево и стала забирать в гору. Камни то и дело прыгали из-под резвых копыт. Преодолев расстояние, равное двум футбольным полям, Аня оказалась на вершине холма, покрытой густым хвойным лесом. Лишь у самой кромки ельник перемежался с низкорослыми лиственными деревьями.

Немного притормозив, чтобы насладиться тишиной леса, Земная уловила приглушенный шум водопада, вдохнула полной грудью прохладный воздух. Глянула на посветлевшее небо и в очередной раз одернула такой удобный жилет: в лесу согреет, на солнце не даст вспотеть.

«Хорошо, что Гард занят, а то поплелся бы за мной, охранять от лесных духов!» — обрадовалась драконья подопечная и с диким индейским криком пришпорила лошадь.

Лесные обитатели шарахались в стороны, полумрак пасмурного дня стеной смыкался за спиной. Ни малейшей мысли о безлюдности дороги в Аниной голове не возникло. Только скорость и убегающие зеленые стены.

Нескончаемый тоннель из листьев и стволов извивался змеей, игривый бирюзовый маяк стремительно мчался впереди. Как ни старалась Аня, перегнать малыша не смогла. Включившись в азартную игру, лошадь максимально ускоряла бег на ровных участках дороги, легко перепрыгивала через бурелом. Аня прислушивалась к лесу и наслаждалась скачкой.

Невдалеке показалась очередная преграда в виде поваленного дерева. Лошадь довольно и коротко фыркнула. Девушка улыбнулась и еще сильнее прижалась к шее животного. Внезапно в радужную гамму чувств ворвался странный отголосок и в долю секунды превратился в чувство тревоги. Приближающееся бревно вдруг отчего-то «смазалось», время замедлило бег, и Аня поплыла: бешеная скачка превратилась в плавное скольжение, лошадь уже занесла передние ноги для прыжка, оттолкнулась задними, и только тогда Аня осознала, что время играет ей на руку. Справа из густых кустов в скакуна летел огромный шар, полыхающий синим холодным пламенем.

«Останавливать лошадь бесполезно, — метнулась мысль в голове всадницы, — есть лишь доля секунды, чтобы избежать удара». Стоило только обозначить для себя дальнейшие действия, как «временной пузырь» взорвался, громкий свист и звонкое щебетание оглушили скакунью. Еще мгновение, и Аня бросила поводья, завалилась на бок и, кувыркаясь, упала в траву, по инерции перелетев через бревно. Огненный шар врезался в коня, окутал животное голубым сиянием и завис в воздухе. Лошадка замерла, превратившись в огромный мыльный пузырь неправильной формы.

Брюнетка удачно приземлилась на мягкую хвою, но совершенно неудачно покатилась дальше. Небольшой склон помог законам физики, и девушка укатилась в чащу. Ударившись в очередной раз спиной, она замерла, лежа поперек толстой сосны, у самого ее подножия.

Земная не могла поверить собственному счастью — все болит, но ничего не поломано. Она в сознании, хоть и без возможности нормально дышать. Будет много синяков и вывихов, порезов и ссадин. Но позвоночник цел, а значит, жизнь продолжается.

«Наверное, надо было все-таки брать Гарда», — подумала графиня и закрыла глаза — кто-то пробирался сквозь чащу.

— Да вот он! — раздалось совсем рядом. — Хиляк! Но резвый!

«Встать, что ли, и поклониться? Хиляк с четвертым размером груди! Вот потеха!»

— Живой ли? — уже ближе.

— Да дышит вроде, — произнесли неуверенно и с надеждой.

Аня лежала неподвижно, только ресницы подрагивали.

— Ну и куда ж ты так спешил, красавчик? — Один из говоривших наклонился к девушке, обдав затхлым запахом нестираной одежды. — О, да ты не красавчик!

Аня чуть не задохнулась от возмущения.

— Ты красавица! — «А вот за это спасибо!» — Зыркан, смотри, какие сокровища в ушах!

Шелест листвы у самой головы, еще один незнакомый и не особо приятный запах и падающая на лицо тень второго подошедшего.

— Экий подарочек нам достался, — причмокнул губами нелюдь в вонючей одежде. — Глянь-ка, чего там в кармане?

Первый полез в карман жилета и достал сложенные вчетверо листы пергамента — проект «Молния» и письмо мастеру. Второй тем временем принялся легонько пошлепывать Аню по щекам.

— Ну, ты! Руки прочь! — Немытые пальцы на коже лица — это святотатство!

— Ой, очнулась птичка, — обрадовался нарушитель гигиенических законов. — Пора вставать, пташка, петь будешь?

— Пить буду, — буркнула птичка, поднимаясь и усаживаясь поудобнее.

Второй исследователь внимательно вчитывался в содержание письма, хмурился то ли от незнания некоторых слов, то ли от самого смысла прочитанного. Аня выжидающе замерла, разглядывая нарушителей спокойствия: заросшие бородой почти до глаз, смуглая кожа, носы картошкой, широкоплечие и пузатые, коротконогие, но длиннорукие, одетые в позеленевшие то ли ватники, то ли облезлые шубы. На ногах — портянки и лапти.