Алекс Орлов - Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Уже много лет она зависела от старого колдуна и от демона, с которым тот сумел договориться. Сначала это было похоже на договор, но теперь — больше на рабство. Впрочем, оставаться живой княгиней, владелицей обширных земель и многих тысяч воинов было лучше, чем существовать безгласной тенью, одной из сонмищ таких же теней в темном и холодном царстве смерти.

К удивлению Каспара, их даже не вывели во двор — Арвил свернул в один из коридоров основного дворца, потом они спустились на два марша и оказались в подвале.

Здесь пахло сырым камнем и копотью. Факелы в руках охранников освещали узкие коридоры и массивные двери с мощными запорами.

Около одной из них Арвил остановился и зазвенел ключами. Щелкнул замок, распахнулась дверь, Арвил прошел в темное помещение и сказал:

— Входите.

При свете факела он нашел лучину и от нее зажег свечи в медных, висевших на стенах светильниках. В помещении стало светло, и гости начали осматриваться.

Комната была круглая, у завешенных гобеленами стен стояли деревянные кровати. Пол был покрыт не новым, но мягким ковром с узорами — такие Каспару приходилось видеть на юге.

Отхожее место заменял медный сосуд с крышкой, питьевая вода подавалась из серебряного краника.

Оставив гостей, Арвил вышел — лязгнул замок, и стало тихо.

— Как-то здесь неуютно, — сказал Бертран. — И потолки слишком высокие, в башне на соломе было получше.

— А по мне, так и ничего. — Углук поочередно откусывал от двух окороков и был доволен жизнью. — Очень даже уютно, и койки имеются!

— Цвета какие-то тревожные, — произнес Каспар, останавливаясь возле одного из гобеленов. — И что это за странный праздник — День Выкупа?

— Возможно, скоро узнаем, — сказал Бертран и вдруг замер, глядя на середину ковра, украшенную узором в виде пламени — из этого узора поднимались струйки белого дыма. На глазах изумленных пленников они почернели, свились воедино, и со страшным треском на ковре материализовался огромный демон. Стукнувшись головой о потолок, он охнул и, схватившись за голову, простонал:

— Ну всегда, всегда я забываю про эти потолки!

Встряхнув крыльями, он разогнал дым; пламя свечей затрепетало.

— Ты… демон? — задал Каспар дурацкий вопрос.

— А что, не похож? — Крылатая тварь усмехнулась совсем по-человечески, продемонстрировав огромные клыки.

— А как вас зовут, извините? — подал голос Фундинул.

Каспар никогда не видел, чтобы у гномов были такие большие глаза. Впрочем, все, даже невозмутимый эльф, выглядели словно напуганные мышки — еще бы, в одно мгновение все пространство большой комнаты оказалось занято смертельно опасной тварью.

— Вообще-то Мэнсон. — Демон поскреб в затылке. — Моя мама назвала меня Клазвиц-Битумб-Фердинандо, но я решил, что это несовременно. Мэнсон — лучше, правда?

— Э… значительно лучше, — дрожащим голосом подтвердил гном. — А я Фундинул.

— Очень приятно, Фундинул. — Демон деловито огляделся. — Сколько вас тут?

— Пя… пятеро.

— Пятеро. Хорошо, как и договаривались.

— Во… вообще-то еще Шустрик имеется, но он не с нами… сейчас.

— Шустрик? — заинтересовался демон и снова поскреб в затылке, отчего по его шкуре забегали голубоватые искры. — Это еще кто?

— Мой мул. Мул мой.

— Лучше бы, конечно, твой мул, мул твой, чем ты сам, потому как гном — это все же не человек, а скорее половина.

— Я тоже ему всегда говорю, а он… — начал было Углук, но понял, что раскрыл рот не к месту, и замолчал.

— Ладно, ближе к делу. С кого начнем? Добровольцы есть?

— На ку… куда добровольцы? — совсем сник гном.

— На туда, милый, ко мне на зубок! Иди первым, проскочишь, как по маслу!

— А может, не надо? Я давно не мылся.

— Ничего, я заразы не боюся, — пророкотал демон и со скоростью, никак не вязавшейся с его размерами, схватил гнома и распахнул пасть, чтобы забросить туда жертву.

— Если сделаешь это — считай, ты уже покойник! — громко объявил Каспар, сам удивляясь своей решительности. Но что было делать — гнома собирались съесть!

— Три раза «ха-ха»! — с издевкой произнес демон, однако съедение Фундинула чуть отсрочил; бедный гном пытался выбраться, разжать острые когти, но у него ничего не получалось. — С чего это ты мне угрожаешь, козявка?

— Мы все здесь заколдованные, стоит тебе хоть одного съесть — и ты погибнешь.

— Ладно рассказывать! — Демон перекинул гнома из руки в руку, словно мячик. — Сколько ел, пока ничего не случалось!

— Что значит «не случалось»? Ты здесь регулярно… обедаешь?

— Не так часто, как хотелось бы. — Мэнсон погладил себя по чешуйчатому животу. — Но раз в год! Как только приходит срок к Источнику лететь!

— Что за источник?

— А тебе что за дело, козявка? Твое дело быть питательным и вкусным.

— Ты можешь не говорить, но приличные демоны исполняют последнее желание своих жертв, и если мне суждено погибнуть, то я хотел бы знать, ради чего.

Мэнсон задумался — выглядеть приличным ему хотелось.

— Хорошо, — пророкотал он после паузы, выпустив из ноздрей струйки дыма. — Слушайте!

Через десять минут Каспар Фрай и его друзья узнали о том, что хозяйка замка давным-давно мертва и поддерживает жизнь только благодаря волшебной жидкости, которую Мэнсон приносит от Источника Силы в одном из нижних миров. За это она расплачивается с ним человеческими жертвами, и пока они ладили.

— Вот и все, козявки, — сказал демон, закончив рассказ. — А теперь самое приятное…

Каспару стало жарко, казалось, тупость демона оставляет надежду, что его удастся перехитрить, но, судя по всему, везение его команды кончилось.

От понимания неизбежного Каспар почувствовал себя точно в пекле. Он рванул ворот и едва не обжегся — на его груди полыхал желтым светом талисман с золотым единорогом, тот самый, что не раз выручал его, когда, казалось, шансов на спасение уже не оставалось.

— Это еще что? — Демон заморгал и выронил гнома. — Амулет-единорог? Значит, ты Каспар Фрай по прозвищу Проныра?

— Да, это я.

— Хорошо, что я вовремя увидел эту штуку! Мог бы нарваться!

Демон нервно хохотнул и поскреб затылок.

— Ну это… Приятно было познакомиться, Фундинул. Ты не ушибся?

Демон помог гному подняться, расправил крылья, завернулся в них и, пробубнив на прощание: «Обман, кругом обман», с громким хлопком провалился сквозь пол.

В воздухе остался запах серы.

— Кажется, обошлось, — сказал Углук и, подобрав недоеденный окорок, снова принялся его терзать.