Последняя надежда (СИ) - Хоуп Алиса

Я лежала в гостевых покоях, любезно предоставленной мне королевой, много отдыхала. Почти не вставала, находясь под пристальным надзором лекарей. Чувствовала себя выжатым досуха лимоном и боялась, что магия не вернется.

Ведь тогда я не попаду в прошлое, не исправлю настоящее, не защищу Данэри, не разоблачу Родерика, не получу обратно своего горячо любимого Нила, не уберегу Лунных от вымирания…

— Ли? — позвал Вурран, вновь придя ко мне на рассвете. — Я вижу, что ты уже не спишь. Не желаешь поговорить?

Я упорно молчала все это время. Большую часть спала, а в моменты бодрствования ждала, когда же появится Ятано-Ори. Казалось бы, в отношениях с темнейшим все должно было сдвинуться с мертвой точки, но я начала корить себя за свой поступок и не смогла смириться с собственным предательством, ведь сделала выбор.

А не должна была!

Просто… в тот момент, когда сердце сделало последний удар, когда я подумала, что больше не увижу Вуррана, внезапно осознала свои чувства. Поняла, насколько привязалась. А потому сейчас отталкивала. Снова! Ведь иначе…

Я зажмурилась. Как мне смотреть в глаза Нилу? Он ведь верил в меня, столько сделал, когда мы жили в моем родном мире, был единственной поддержкой и опорой, а чем отплатила ему я?

— Ли, — вздохнул принц и поднялся, но я вцепилась в его руку, не поворачиваясь к нему.

— Посиди со мной, пожалуйста.

Со стороны я выглядела твердолобым бараном, который упорно бьется о стену и не желает ее обходить. Но так ведь проще! Стоять на своем, пытаться всем угодить, особенно имея такой восхитительный инструмент, как способность возвращаться в прошлое.

Возможно, я наивна. Наверное, глупа. И должна поступить иначе, последовать мудрости Первородного, что нельзя менять прошлое, однако…

— Я хочу сделать, как лучше, — произнесла вслух, глухо и безжизненно. — Прости, что дала надежду. Я была под впечатлением, обессиленная, пораженная, уставшая.

Вурран накрыл мою руку своей. Я почувствовала прикосновение его губ к запястью, зажмурилась, едва сдерживая слезы.

— Не веди себя так.

— Не тебе решать, как мне себя вести.

— Я люблю тебя, понимаешь? — резко повернулась к мужчине и встретила его озадаченный взгляд. — А еще очень люблю своего друга, того старого Нила из прошлого, который помог мне в трудную минуту, когда умер самый близкий мне человек — бабушка. Я своим поступком предала его. Я предала!

Уголки глаз защипало от непролитых слез. Я часто заморгала, пытаясь справиться с удушливой волной, промолчать, спрятать от посторонних свои эмоции…

— И сейчас мне больно. Больно от того, что Нил изменился, стал собственником, превратился из нормального человека в кого-то чужого и незнакомого. А ты весь такой хорошенький. Так не бывает! Ты говорил, что с удовольствием убил бы меня, обвинял во всех смертных грехах, ненавидел только за то, что появилась в твоей жизни и нарушила планы. Я помню тот разговор, как будто он произошел вчера. Помню слишком четко, чтобы внезапно поверить и твое особенное поведение объяснить волшебным преображением.

— Любишь? — прищурился Вурран, словно из всей тирады запомнил только это.

— Нет! — заявила упрямо, вызвав улыбку на лице мужчины. — Все, мне расхотелось говорить, уходи.

Я попыталась вытянуть руку. Собралась отвернуться, но темнейший потянул меня на себя и, пересев на край кровати, заключил в объятья. Коснулся губами виска. Впился пальцами в мое плечо, и выдохнул, словно избавляясь от тяжелого груза, мешающего ему жить.

— Я видела, — решила сознаться. — Подсмотрела за тобой с помощью магии. Заглянула в прошлое…

— И что ты там обнаружила?

— Прости, — выпалила горячо и обняла его в ответ. — Я не хотела причинять боль. Я не знала. Я больше не буду. Я… прости!

— Что ты увидела, Лика?

— Много всего, — произнесла виновато. — Поэтому с моей магией сейчас беда. Я использовала слишком много, утоляя свое любопытство. И поплатилась за это. А теперь не могу оживить цветок. Я бракованная. Даже не дракон и не полукровка. Прости, что тебе в пару досталась такая вот… никакая девушка.

— Ли, — поднял он мое лицо и вытер сорвавшуюся слезу, — ты для меня самая лучшая, знай это. И не смей в себе сомневаться.

Я поджала губы.

— И я тоже тебя люблю, если тебе это интересно, — продолжил он. — Немного не так, как ты когда-то выражалась, но по-своему.

— А если поточнее?

Вурран наклонился. Невесомо поцеловал, а затем провел пальцем по нижней губе, вызывая легкую дрожь в коленках.

— Нежно и осторожно. Как маленький лучик света, который хочется скрывать от других, но невозможно удержать в руках.

— Как поэтично, — усмехнулась я.

— Поразительно, но я даже собрался отпустить тебя, лишь бы ты была счастлива. Птицы ведь не живут в клетках. Щебечут, радуют окружающих своим пением, однако не могут без неба и свободы. И ты мне кажешься такой же. А я будто сковываю твои движения и постоянно заставляю. Одним своим существованием.

Внутри вновь зародилась тоска. Я опустила голову и переплела наши пальцы. Прижалась щекой к мужской груди, переваривая услышанное.

— Но теперь все будет иначе. Увы, ты не дождешься извинений, Ли. Я не стану просить прощения за свои порывы быть рядом, за желание обладать тобой и стремление присваивать. Я собственник! Если что-то мое, то только мое. Впредь я не собираюсь прогибаться, когда это вредит тебе же, а потому больше не отнесу тебя к другому мужчине, как бы ты ни просила.

— И не надо, — улыбнулась я, впервые ощущая подобное умиротворение.

— Ты сводишь меня с ума, — горячо прошептал темнейший, пробегая пальцами вдоль моего позвоночника. — Не делай так.

— Как? — запрокинула я голову.

— Не соглашайся. Не поддавайся. Отталкивай. Я ведь…

Вурран часто задышал. Он дернулся назад, собираясь уйти, но я крепче его обняла. Улыбнулась. Заглянула в потемневшие глаза и залюбовалась.

— Ты понимаешь, что тогда не отпущу? — размяв шею и тем самым делая небольшую паузу, сообщил принц. — Не забывай, Ли, что я дракон. Переродившийся. Не юный.

Что он ожидал услышать?

Я решилась. Только что перешагнула черту и собралась жить дальше, внезапно наплевав на прошлое. Отчасти ради себя, но и ради него тоже. Потому что не хотела причинять темнейшему боль, заставлять его страдать, как раньше. Его чувства находили отклик в моей душе. Сложилось впечатление, что я сейчас привязывала себя к этому мужчине, собственноручно переплетая наши судьбы. Будто могла поступить иначе и вправду выбрать. Связать себя с другим. Стать парой не этого дракона… тем самым обрекая именно его на страдания.

Я… определилась. Еще там, в зале совета, когда сердце сделало последний удар. Я четко поняла, с кем хочу быть и кому безоговорочно доверяю.

И это не Нил. Больше не он!

Внезапно изменившись в лице, Вурран впился в мои губы. Так самозабвенно и напористо, что закружилась голова. Все вдруг стало неважным. И мои переживания, и тревоги по поводу друга, и опасения, связанные с Родериком, а также нежелание связывать себя с кем-то столь важным для драконьего мира, как принц. Но разве это имело значение, когда тебя так целуют? Страстно, жадно, выпивая без остатка. Со срывом дыхания, с моим стоном и его рычанием, с бьющимся в бешеном ритме сердцем, с желанием затеряться в моменте, с коротким мигом передышки и одновременным движением навстречу друг другу.

Я никогда не чувствовала себя столь нужной. И не нуждалась никогда в ком-то другом. Не сгорала от обычных прикосновений. И не тряслась от необходимости прикоснуться в ответ. Не тянулась, не жаждала, не растворялась…

Этот раз оказался другим.

На грани срыва, на пределе эмоций. Я хотела принадлежать и принадлежала. Слышала его грудное рычание и покрывалась мурашками от этого звука. Ощущала нетерпение мужчины и перенимала это чувство. Мы словно сорвались с цепи. Были одним целым. Улавливали мысли друг друга, переплетаясь в жарком единении наших тел.

— Скажи это еще раз, — совсем-по звериному прорычал Вурран.