Олимпиец. Том III (СИ) - Осколков Артур

— Да?

Ну хоть реагирует, уже неплохо. Голос правда холоднее некуда, но это поправимо. Уж что-что, а я умею «зажигать» людей. Всего-то и нужно — вывести человека из себя. Сразу эмоции просыпаются.

Еще один вежливый кашель с моей стороны.

— Ты не выглядишь, как человек, который разбирается в архитектуре, но я все же спрошу. Что это за хренотеть?

— Хренотень?

Мне показалось или в голосе мужчины послышался смех. Не уверен. Но как минимум вояка отвлекся наконец от огня и повернул голову в мою сторону.

— А ты не стесняешься в выражениях, Эфеб.

Мое лицо расплылось в широкой ухмылке.

— Неа, я Адриан. Эфеб — это мой братец. Двоюродный. Одно лицо, считай. Нас постоянно путают.

Вот теперь я был абсолютно уверен. Мужчины ухмылялся. Более того, если раньше в его голосе звучала исключительно скука вперемешку с раздражением, то теперь у него в глазах зажглась искорка интереса.

— Эфеб — это юноша. Слишком молодой и глупый, чтобы носить имя воина. Слишком взрослый, чтобы с ним нянчилась мать. Если коротко, то Эфеб — это бездарь и невежда. Понял меня? — Он косо посмотрел на меня и хмыкнул. — Эфеб?

Я демонстративно закатил глаза.

Просто чудесно. Мужик только заговорил, а уже изображает из себя гения комедии и гения в одном лице. А это моя работа, между прочим.

А вообще чем-то он мне напоминает Марка. Как минимум тон один в один. Снисходительно-насмешливый. И самоуверенности хоть отбавляй.

Ладно.

— Краткая лекция закончена, я все понял. А теперь к моему вопросу, — я кивнул в сторону статуй. — Кто это?

Мужчина пожал плечами и повернулся обратно к камину.

— Три сестры. Три олимпийца. Деметра, богиня плодородия. Гера, покровительница брата. Гестия, богиня семейного очага. И…

Он помолчал и уже тише, даже угрюмо продолжил:

— И жертвенного огня.

При последних словах камин вспыхнул белым, а из огня вырвался сноп алых искр, рассыпался по мраморному полу у его ног и с шипением потухли. Мужчина разглядывал их секунд пять, после чего со все тем же мрачным выражением на лице подобрал их с пола и забросил обратно.

Я тихонько присвистнул.

Неплохо так. Голыми руками, без Символа, а лицо даже не дрогнуло. Мне интересно, ему что вообще не больно?

— С другой стороны их братья, — как ни в чем ни бывало продолжил мужчина. — Зевс, Посейдон и наконец, Повелитель Подземного Царства. «Великий Аид», — с иронией заметил он и осклабился. — Не повезло тебе с отцом, Эфеб. Тот еще урод.

Мои брови резко скакнули вверх.

Нет, не потому что он знал, кто я такой. Тут это каждая собака знает. Да и представился к тому же.

Я больше удивился тому, насколько снисходительно воин говорил об отце. Как-никак, раз этот мужик тут, значит Аид его непосредственный начальник. А также судья и надзиратель в одном флаконе. Казалось бы, стоит хоть немного выбирать выражения, но нет. Этому парню было просто наплевать.

А знаете что? Он мне уже даже начинается нравится.

Мужчина заметил мой одобрительный взгляд и поднял бровь.

— Что?

— Да так. Просто соглашаюсь. Сволочь каких поискать. — Я снова обернулся лицом к залу и оглядел шесть гигантских статуй. — Все дети, значит. Занятно. Не замечал за Кроносом такой сентиментальности.

За моей спиной раздался тихий смешок.

— Догадался значит?

Я коротко кивнул.

Еще бы. Как только вошел. Если выкинуть статуи и мраморный пол, то местный храм был точной копией моего нового клуба для тренировок. Даже коридор справа один в один. Ребята явно не заморачивались с планировкой.

В общем, примерно поэтому и понял. Ну почти. Была еще одна маленькая деталька. А именно, что заходил я в ГРЕБАННЫЕ РУИНЫ, которые будто пережили несколько бомбардировок, а теперь я стою в центре огромного, а главное очень даже целого зала.

Мелочь короче. Как я и сказал.

— Правда в одном ты ошибся, Эфеб, — подал голос воин.

Он прикрыл камин заслонкой, плавно поднялся на ноги и направился прямо ко мне. В его руке непонятно откуда появилось тяжелое копье с листовидным острием. А на голове сверкал зеленый Символ цвета свежескошенной травы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Шестеро детей Кроноса. Гера, Деметра, Гестия, Посейдон, Зевс, Аид, — он подходил все ближе и с каждым шагом Символ на его голове сиял все ярче. — Но у него был еще один.

Если он хотел меня напугать, то зря. Я остался стоять на месте. Только скрестил руки, да, немного покопавшись в памяти — спасибо маме, основы я все же знал — вспомнил имя последнего, седьмого сына титана.

— Кентавр Хирон.

Мужчина остановился в метре от меня и с силой ткнул древком в мраморный пол, вызвал глухой, раскатистый звук. Витавшее в воздухе напряжение испарилось без следа, словно его и не было вовсе.

Он тряхнул золотыми волосами и медленно кивнул.

— Да. Известный мудрец, основатель нескольких племен и наставник героев. У него было множество детей. Большинство — тоже кентавры.

Я не удержался от смешка.

— Еще бы.

— А то, — к моему удивлению вернул смешок мужчина. — Но не все. Например, старичок в свое время увлекся рыбалкой. Вот только ловил он кое-что другое. И удочка ему была не нужна. Понимаешь, о чем я? — с похабной улыбочкой заметил он.

О чем это… А. Ясно. Боже.

Меня аж передернуло. Как, однако, полезно бывает взглянуть со стороны. Как только вернусь обратно — первым же делом найду Анжелу и извинюсь. Больше никах шуток про кентавров ниже пояса. Во всех смыслах.

— Так и родилась моя мать, — с ухмылкой продолжил он. — Нимфа Фетида. Слышал о ней?

— Было дело. Адриан Лекс.

Я протянул руку вперед, которую тот крепко пожал.

— Ахиллес Хирон.

— Супер. А теперь, когда мы наконец представились, может ты наконец объяснишь, что тут делаешь?

Герой Трои и Величайший из Воинов только усмехнулся.

— Думаю, ты сам знаешь ответ, Эфеб. Меня послал твой отец.

***

— Эй, как дела приятель?

Когда я вышел из арки обратно в развалины, то щенок все также валялся на спине и дрыгал лапками в воздухе, подставив к верху пузо. Которое я незамедлительно почесал, понятное дело. Я же не зверь какой.

Цербер удивленно покосился на меня и звучно чихнул. На его трех очаровательных мордашках проступило ровно одно выражение. Удивление.

Ну ладно, двух их трех. Самая правая зажмурила черные глазки, тихонько зевнула и, плюхнувшись ушами о камень, дрыхла. Я вообще давно заметил, что на одну треть Цербер тот еще лентяй. Как и его новый хозяин, впрочем.

Но ладно. Я что-то отвлекся.

Щенок удивился, потому что там, где для меня прошло несколько минут — около десяти, если быть точным — то для Цербера было делом всего пары секунд. Тех же десяти, если снова быть точным.

Еп-еп. Этот Храм Кроноса, в отличии от моего школьного, очень даже работал. А именно что растягивал время внутри ровно в шестьдесят раз. Минута здесь — час там.

Почему так получалось — Ахиллес не объяснил. Пожал плечами со словами: Главный Храм, чего ты хотел. Что именно Главный Храм бога Времени и бывшего хозяина Греции забыл в глубинах Тартара… Ну или где мы сейчас, в тумане между Тартаром и Лугами Асфодель? В общем, на это герой Илиады… Да, все верно. Снова пожал плечами.

Нет, все же надо его как-нибудь с Марком познакомить. Уверен, они бы с моим классруком точно бы поладили. Или перебили друг дружку, за чем я бы тоже с радостью понаблюдал.

— Ауф? — ткнулся мне мокрым носом в ногу Цербер.

— Не уверен. Думаю.

Я потрепал щенка по голове, но тому это было явно недостаточно. Собакен требовал, и когда понял, что я не реагирую на жалобный писк, недовольно гавкнул и с яростным фырчаньем вцепился зубами в штанину.

— Ну ты и наглая, тварюга, — поразился я.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

После чего вздохнул, ухватил того под пузо — тот аж тихонько взвизгнул от восторга — и, найдя подходящий камешек рядом, уселся сам, а щенка посадил к себе на колени.

— Теперь доволен?

— Уф! — буркнул тот, поджал хвост, и свернулся комочком у меня на ногах.