Кир Булычев - Великий Гусляр

– Эх, - вздохнул Минц. - Не хотелось мне отрываться от очередного изобретения, но придется. Пошли к Белосельскому. Он человек широкий, печется о судьбах города, будем с ним искренними. Если поверит, тогда считайте, обошлось. А о ревизии не беспокойтесь. Ничего она не найдет.

Белосельский принял посетителей сразу. Минца он уважал, даже гордился тем, что знаменитый изобретатель предпочел город Великий Гусляр другим городам. К Федору у него тоже было хорошее отношение.

– В гостинице «Гусь» работает ревизия, - сказал Минц, когда они уселись. - Ревизия ничего не найдет.

– Уже написали! - понял Белосельский. - Это, Федор, надо искать внутри коллектива. Внутри коллектива всегда найдется кто-то недовольный реформами и даже стоящий на пути нового.

Федор покорно опустил голову. Он был согласен.

– Ревизия ничего не найдет, - продолжал Минц. - Нарушений финансовой дисциплины нет. Все номера оплачены. Можете мне поверить.

– Тогда чего волнуетесь? - спросил Белосельский с некоторым облегчением.

– А волнуемся потому, что ревизия эта не последняя, - сказал Минц. - И рано или поздно попадется дотошный человек, который обнаружит неладное.

– Но вы же сказали, что ничего такого нет.

– Нарушений нет, - ответил Минц. - А неладное есть. Нам, людям, свойственно гнать от себя тревожные мысли. Вот вы, наверное, давно подозреваете, что в гостинице не все как положено: много лет нельзя было попасть, а теперь попасть можно всегда. Но пока дела шли тихо, вы предпочитали об этом не думать.

– Вы правы, - сказал Белосельский. - Это моя недоработка. Так расскажите мне в чем дело, будем думать вместе.

– Я расскажу вам все без утайки, - согласился Минц. - Ко мне пришел товарищ Ласточкин и попросил помощи. Я стал думать, как разрешить гостиничный кризис с помощью науки. Сначала я было остановился на методе минимизации.

– Поясните, - попросил Белосельский.

– Поясняю. При методе минимизации мы уменьшаем расстояние между атомами, и любое существо становится в несколько раз меньше. Подобный эксперимент был проведен мною с начальником стройконторы Корнелием Удаловым и прошел нормально, если не считать осложнений в его семейной жизни.

– Погодите, погодите, - возразил Белосельский. - Как так? Вчера я видел Корнелия на заседании. Он же нормального вида.

– Минимизация действует ограниченный период времени, допустим, сутки. Она не вредна для организма. Подвергнутый минимизации индивидуум становится размером с мышь, а потом возвращается в нормальное состояние. Я полагал, что мы закупим в детском магазине наборы кукольной мебели, сделаем пеленочки, пижамки...

Белосельский недоверчиво покачал головой.

– Вот-вот, - уловил его движение профессор Минц. - Я тоже думал о трудностях организационного порядка. Каждому придется объяснять, в чем дело, создать кладовые для личных вещей. А что если командировочный захочет сходить в город за сувенирами? А если у него незапланированное совещание?

– Нет, - резко сказал Белосельский. - Простите, Лев Христофорович, но «добро» на это я не дам. Не позволю.

– И правильно сделаете, - согласился Минц. - Я себе этого тоже не позволил. Но сейчас делюсь с вами воспоминаниями о том, как смело движется моя мысль.

– Это правда, - согласился Белосельский. - Очень смело.

– Отвергнув первую идею, а затем и восемь других, о которых я распространяться не буду, я остановился на самой чистой, элементарной и в то же время сумасшедшей идее. На идее параллельных миров.

– Но разве это не антинаучно? - спросил Белосельский.

– Это научно, - возразил Минц. - И доказательством тому наша гостиница.

– Попрошу подробнее, - сказал строго Белосельский. - Раз уж ревизия работает, я должен быть в курсе всех деталей.

– Деталей немного. Вы должны мне поверить, что наша Земля далеко не единственна во Вселенной. Существует множество миров, которые движутся ей параллельно в иных измерениях. Так вот, я изобрел прибор, который позволяет выходить на связь с теми из параллельных миров, которые нам особенно близки. Там тоже есть город Великий Гусляр, гостиница «Гусь» и прочие наши реалии.

– И я есть? - спросил Белосельский.

– Разумеется. Хотя и не в точности. Может быть, в одном мире вы уже женаты, в другом у вас есть усы, в третьем еще что-нибудь.

– Любопытно, - прошептал Белосельский и коснулся пальцем верхней губы.

– Различия между мирами все-таки существуют. На этом мы и построили наш эксперимент. Допустим, если сегодня у нас симпозиум по разведению раков, то на Земле-два он начнется только завтра, а на Земле-три вместо него уже завершилась вчера встреча экспертов подледного лова крокодилов.

– Ясно! - сказал Белосельский. - И сегодня у них там гостиница пустует.

– Я поражен вашей догадливостью, - сказал Минц. - Вы настоящий мыслитель.

– Ну что вы, - возразил Белосельский. - Но как же клиентов перевозить?

– В этом и заключается мое изобретение. Надо найти точки соприкосновения между мирами, а они существуют во множестве. И, найдя, использовать. Приходит клиент в номер, где уже, допустим, живет знатная доярка, открывает дверь, но в тот номер не попадает, а оказывается в таком же номере, только на другой Земле. А уж администрация той гостиницы должна позаботиться, чтобы, выходя из комнаты, он вернулся на нашу Землю.

– Великолепно, - признался Белосельский. - Но рискованно.

– Как и все новое, наш эксперимент может вызвать толки и недоброжелательство. Вы думаете, только на нашей Земле ревизия? Наивно. Сейчас работают, по меньшей мере, три ревизии.

– И три Дуси? - вдруг спросил Федор Ласточкин.

– Может, и больше. Да что там разговаривать. Сейчас вы убедитесь.

Минц извлек из кармана миниатюрный пульт и нажал на кнопку. В глазах Белосельского возникло странное дрожание, стены заколебались, и он на мгновение потерял сознание. Когда же он пришел в себя, то увидел, что кабинет как бы расслоился, не изменившись, правда, в размерах. И в кабинете находятся три профессора Минца, три Федора Ласточкина и еще два Белосельских (один при усах). Белосельские внимательно посмотрели друг на друга. Федоры улыбнулись друг другу приветливо, потому что давно уже были знакомы и не раз совещались вместе, как разместить клиентов, - не зря же Дуся упала в обморок, увидев в кабинете Ласточкина сразу трех директоров. А профессоры Минцы вежливо наклонили головы, с уважением глядя друг на друга. Ведь это они изобрели способ преодоления гостиничного кризиса.

– Что будем делать с ревизиями? - спросил один из Федоров. Белосельский не знал, какой из них, уж очень похожи.