Карина Шаинян - Че Гевара. Книга 1. Боливийский Дедушка

– Говорят? – насторожился Сергей. – Ты сам-то…

– Ну, я сам не пробовал, только с ребятами общался… Но тебе-то что терять? А если тебя в следующий раз за рулем скрутит?

– Н-да…

– Ну что, познакомить?

Сергей пожал плечами.

– Ну, дай координаты, – вяло согласился он.

– У меня нет координат. Он, сам понимаешь, старается не светиться.

– Да что за обряды такие?

– Церемония аяваски. Это трава такая, – пояснил Матвей в ответ на недоуменный взгляд. – Вернее, лиана. Такая, в общем, выход в астрал обеспечен.

– То есть ты предлагаешь мне полечиться от глюков галлюциногенной травой?

– Это не глюки, а видения, – строго поправил его Матвей. – Что тебе не нравится? Клин клином. Этот парень кучу времени проторчал в Перу, от шаманов не вылезал. Прошел несколько церемоний, а там ему посвящение дали… Посадил куст у себя дома, вырастил чуть ли не с нуля, из черешка, зато теперь всегда запас под рукой. Варит, правда, по сокращенной программе, с вытяжкой соляной кислотой, но по полной там, говорят, полгода возиться надо. Сам он, конечно, тип сомнительный, но аяваска у него натуральная. Великая вещь!

– Знаешь, я уж лучше к психиатру.

– Ну и будешь в дурке слюни пускать. Морок нейролептиками не снимешь!

– Да с чего ты взял, что это морок?

– Потому что это – морок, самый настоящий, – убежденно сказал Матвей. – Что я, психов не видел? Да я в дурдоме полгода пролежал, насмотрелся! – заметив выпученные глаза Сергея, он осекся. – У меня духовная жизнь напряженная была, – пробормотал он, отводя глаза.

Сергей обхватил голову и тихо застонал.

Комнаты мате-клуба оказались пестроватыми и перегруженными этническими деталями разной степени аутентичности, но, в общем-то, вполне уютными. Диванчики, пестрые подушки, какие-то шкуры на стенах… Сергей с некоторым сожалением подумал, что Юлька точно пришла бы от них в восторг. Несколько человек сидели над своими калебасами, расслабленные и погруженные в себя.

Сергей взял у увешанной фенечками девушки свой мате и, чувствуя себя идиотом, сказал ей, что хотел бы поговорить с Рафаэлем. Девушка взглянула на него с некоторым уважением, попросила подождать минутку и вышла. Сергей присосался к бомбилье, сморщился от травяной горечи и, следуя традиции, погрузился в размышления.

В последнее время его галлюцинации стали не только навязчивыми, но и откровенно скучными. Перестрелок больше не было, видимо, след партизан потеряли либо просто перестали преследовать, загнав в глубину сельвы. День за днем отряд прорубался сквозь заросли, медленно продвигаясь на восток, так что главным видением Сергея стал здоровенный мачете и разлетающиеся из-под него ветви и листья. Запах зелени казался удушающим, пот заливал лицо, привлекая тучи москитов. Припасы давно кончились – последнюю банку сгущенки сожрал Лоро, и команданте едва удалось остановить разгоревшуюся после этого драку. Стрелять Че запретил, чтобы не выдать отряд, и вся надежда была на двух боливийцев, которые более-менее владели луком и стрелами. Ели попугаев, носух, каких-то крупных жаб. Один раз удалось поймать пекари – это был настоящий пир. Цель похода по-прежнему была неясна никому, кроме команданте и, может быть, Макса, хотя Че каждый вечер читал смутные лекции об общем благе и революции, если не лежал с приступом астмы. По прикидкам Сергея, партизаны приближались к границе с Парагваем.

А мате у них кончился давным-давно, подумал Сергей, прислушиваясь к бульканью в недрах калебасы. Каково это аргентинцу? Наверное, хуже, чем русскому без чая. Интересно, нормально ли сочувствовать своим галлюцинациям?

– Добрый вечер, – раздался тихий голос, и Сергей резко вскинул голову, выходя из задумчивости.

Рафаэль оказался невысоким и плотным чернявым человечком. Он был подозрительно похож на добродушного травматолога из Еревана, лечившего когда-то Сергею пустяковый вывих. Глаза за неестественно толстыми линзами очков казались огромными и печальными, как у сенбернара. Маленькую пухлую руку украшал перстень с пестрым бело-зеленым камнем.

– Это амазонит, – веско сказал Рафаэль, заметив взгляд художника.

– Ну естественно, – с преувеличенным энтузиазмом откликнулся Сергей, испытывая острое желание встать и уйти. Видимо, почувствовав это, Рафаэль отбросил вступление.

– Вам нужна церемония? Общение с… – он пошевелил пальцами, – духом джунглей? Расценки мои знаете?

Сергей кивнул.

– Половина сразу, половина по результату.

– Какому результату? – осторожно спросил Сергей.

– А какой вам нужен?

– Чтоб глюки прошли, – мрачно ответил Сергей. – Этот, как его, морок.

– Вы галлюцинируете? – оживился Рафаэль. – Психиатрические причины исключили?

Сергей поднял на него покрасневшие от недосыпа глаза, мечтая запустить в тускло мерцающие очки чем-нибудь тяжелым.

– Впрочем, неважно, – быстро сказал Рафаэль. – Церемонию можно провести прямо на это неделе, если хотите. Но нужна некоторая подготовка.

– В смысле – подготовка? Экзамен на начинающего психонавта?

Рафаэль поморщился.

– Значит, так, – деловито заговорил он. – Сутки не трахаться. Никаких девочек, никаких мальчиков.

– Мне не до того сейчас, – буркнул Сергей. Спать хотелось так, что реагировать на предположение о мальчиках не было ни сил, ни желания. – Но, если можно, лучше бы обойтись без этих заморочек, духовных.

Глаза за толстыми линзами стали еще больше. На секунду Сергею показалось, что Рафаэль сейчас выругается и уйдет, но тот только на секунду замер, потрясенный кощунством. Мясистые ноздри затрепетали от возмущения.

– А что вы хотите? – взвился он. – Это мощный инструмент мистического познания, а не игрушка! Это вам не экстази по клубам закидываться!

– Я не закидываюсь экстази по клубам, – раздраженно ответил Сергей. – Мне и без того интересно живется. Особенно, блин, в последнее время.

– Вам помощь нужна? – раздраженно спросил Рафаэль. – Или развлечься больше нечем?

– Нужна, нужна, – покаянно ответил Сергей.

– Не употреблять спиртное и не есть ничего, кроме сухарей, – сухо продолжил шаман. – Запивать водой.

– Ничего себе, – опешил Сергей. – А как-нибудь попроще нельзя? Без истязания плоти?

– Это как раз чтобы обойтись без истязания. Не, я могу тебе список запрещенных продуктов дать, но лучше – ничего не есть, это проще. Слушай, оно тебе надо – вникать? Я могу лекцию по биохимии прочитать, а ты ее поймешь? Короче, инсульт хочешь?

– Не хочу, – мрачно ответил Сергей. Затея нравилась ему все меньше.

– Тогда делай, как я говорю. Послезавтра устроит? Встречаемся в одиннадцать. Вечера, вечера. Битцевский парк.