Александр Рыжков - Они мечтали (Сборник рассказов)

Света некоторое время не могла прийти в себя, потом собралась с мыслями и спросила:

– Откуда вы знаете моё имя?

– Я ведь говорю, что вечеринка закрыта. Было бы некрасиво с моей стороны позвать гостей и не запомнить их имён…

– Вы?.. – выпятила глаза Вика.

– Да, я владелец этого клуба.

– "Таинственный миллионер, чьего имени никто не знает" – так о вас пишут в газетах…

– Ну, это преувеличение. Вы ведь знаете. Ах нет, пардон. Разрешите представиться: в паспорте у меня записано: Александр Сергеевич***. Но я давно уже не пользуюсь этим именем. Называйте меня Павлиний Глаз.

– Оригинально, – Света начинала испытывать дружеские чувства к этому пожилому мужчине (очень даже хорошо сохранившемуся для своей седины вдоль лысины). Его нагота не действовала столь отталкивающе как прежде, наоборот – располагала к себе. Словно этот человек раскрылся, отбросил все бессмысленные законы общества и отдался во власть своим эмоциям, чувствам. Но не похотливым – чистым, девственным, прекрасным, а это большая редкость для мужчины… – Вы любите птиц?

– Терпеть их не могу!

– Тогда почему назвали себя в честь птицы? – поинтересовалась Вика, медленно стягивая с себя колготки.

– Нет, вы не поняли. Saturnia pyri – Павлиний Глаз, по-нашему. Бабочка такая. Самая красивая, что только может встретиться в наших краях.

– Ах вот оно что… – в такт кивнули подруги. Они обратили внимание на "крылья" собеседника: действительно, на их тыльной стороне красовались четыре тёмно-зелёных пятна, окаймленных коричневыми кругами – точно глаза.

– Я инсектолог. С ранних лет увлекаюсь бабочками, – глаза мужчины заблестели. – Эх, видели бы вы мою коллекцию! Это просто шедевр… Ну ладно, может быть когда-нибудь и увидите. И не одну… В общем, я разбогател на том, что разводил редкие виды насекомых, в основном – бабочек. Многие богатые коллекционеры готовы душу за некоторые экземпляры отдать. Мне их грязные души меньше всего нужны. А вот на банковский счёт миллиончик-другой – всегда рад принять…

– А зачем нам раздеваться? – Света задала этот вопрос больше по инерции, чем по необходимости…

– Я ценю чистую красоту… Вы когда-нибудь видели одежду на Argema mittrei или Actias selene? Ах, опять я латиницей…

– Я так и не поняла, откуда вы узнали моё имя. Ведь билеты были у Вики. Она могла позвать с собой кого угодно…

– Я очень тщательно выбирал гостий – это всё, что вам нужно знать. Ещё раз повторяю: в стенах моего клуба не о чем беспокоится. Даю голову на отсечение: ничего с вами не произойдёт, никто не будет приставать, никто не обидит. Вы будете в полной, что только возможна, безопасности.

Или это глаза на крыльях собеседника гипнотизировали, или вправду слова казались более чем убедительны: Света разделась. Ярко-оранжевый свет стен озарил её идеальные формы. Плавные изгибы, красивые линии… Вика не могла глядеть на тело подруги без зависти, хоть сама ни чем ей не уступала…

– Мои красавицы, умнички, – хвалил мужчина. – Вы прекрасны!

С этими словами он достал из распахнувшейся в стене двери две пары шёлковых "крыльев". Те, что были выполнены в жёлтых тонах, с четырьмя жёлто-бордовыми пятнами "глаз" и длинными хвостиками-отростками на нижней паре крыльев – он протянул Свете. Легкие и совсем не громоздкие, как казалось вначале. Девушка с лёгкостью пристегнула их ремнями. Вике достался похожий наряд, только зелёных цветов и с не такими длинными отростками. Она тоже без труда его одела.

Две бабочки готовы к празднеству ночной жизни!

Малиновая дверь бесшумно разъехалась, впустив в коридор сладостную лавину ритмичной музыки. Света и Вика вошли внутрь.

Во всём помещении практически не было людей. Все встретившиеся – были девушками. Стройными, красивыми, с разноцветными "крыльями" за спиной. Громадный данспол так и манил к себе. Но больше к себе манила барная стойка. Само собой разумеется, что она была стилизована под раскинувшую свои яркие крылья бабочку. Барменша – такая же как все здесь: красивая молодая девушка с крылышками за спиной – не спрашивая, протянула два бокала со светло-фиолетовой жидкостью. Трубочки были поразительно похожи на хоботки бабочек. "Нектар Психеи" – так она его назвала.

Психея… Это что-то из древнегреческой мифологии? Но зачем что-то гадать, когда напиток столь прекрасный?! Света попыталась вспомнить, пила ли она что-нибудь подобное. Нет – категорически! О существовании такого чудесного напитка она даже во сне ничего не подозревала. Девушка и не заметила, как бокал опустел. Барменша протянула ещё два полных бокала – у Вики напиток тоже кончился.

Хмель приятной лёгкостью разлетался по телу. Стало так легко и приятно, что хотелось взмахнуть своими шёлковыми крыльями и… полететь… Полететь ввысь, к ночному небу, усеянному разноцветными звёздами фонарей. Но… взлететь нельзя. Зато можно потанцевать!

На брюшке летящей бабочки данспола было полно места. И эта музыка! Не какая-то чушь, каждый день тоннами ненужных децибел рвущаяся из приёмников радио. Настоящая танцевальная музыка. Её нельзя было ослушаться, с ней нельзя было договориться, от неё нельзя было отмахнуться. Она сама заставляла твои члены двигаться в замечательном, гармоничном танце.

Это был самый лучший вечер в жизни Светы. Да чего уж мелочиться: и Вики, и всех остальных девушек!

Света сидела у стойки – отдыхала, набиралась сил перед очередным заходом на данспол. К ней подсел мужчина, Павлиний Глаз, как он сам себя представил в самом начале. Он спросил, не хочет ли девушка выйти с ним в место, где не так шумно: нужно поговорить. И это не то, что она может подумать. Мужчина обещает вести себя прилично.

Нет причины ему не верить. На вид он и мухи обидеть не способен. А девушку-бабочку так уж подавно…

Они вошли в тот же коридор, в котором познакомились. Малиновая дверь захлопнулась за спиной. Сразу же стало тихо.

Мужчина заговорил первым:

– Света, я не буду многословен. В общем, ты ведь поняла, что я не совсем простой человек…

– Я вас не понимаю… – страх начал овладевать девушкой: резкое движение собеседника, и она закричит!

– Да нет, – попытался разрядить накалившуюся обстановку мужчина, – я не маньяк какой-нибудь или чего ты там себе навыдумывала. Я – коллекционер… Понимаешь теперь?

– Нет.

– Я обожаю красоту. Вас обожаю. Своих гостий – всех до единой.

– Не приближайтесь ко мне, – Света насторожилась, приготовилась бежать.

– Эх-х-х, сколько раз за сегодня я слышу эти слова… – тяжело вздохнул Павлиний Глаз. – Думал, хоть у тебя реакция другая будет. Да я ведь обещал, что вреда не причиню. Не понимаешь разве? Я коллекционер. Но экземпляром моей коллекции можно стать только добровольно. Упаси Господь мне ещё заставлять! Пока никто не отказался… Надеюсь, ты последуешь их примеру. Кстати, твоя подруга Вика тоже согласилась.