Ирина Булгакова - Дети Неогеи

Мира взяла её. И повернула в сторону от леса. Она шла, удачно обходя деревья и кустарники в темноте. Единственной мыслью было принести книгу. Далеко уйти она не успела. Обходя какой-то кустарник, девушка внезапно услышала знакомый голос.

— Провожатый не нужен? — недалеко от неё стоял Аслан.

— … - Мира молчала.

— Куда ты?

— Мне нужно идти. Не мешай.

— Куда это тебе на ночь глядя? Уж, не в библиотеку ли ты собралась, в три часа ночи?

— Не мешай… — спокойно сказали за Миру. — Иначе, потом помешать не сможешь уже никому, — говорил до боли знакомый голос, чужие слова.

— Мира, что с тобой? Что ты несешь? — Аслан увидел в её руках какой-то предмет и сделал шаг на встречу.

— Не подходи! Иначе пожалеешь!!!

— Мира. Я не пущу тебя! — повысил тон Аслан. — Ты никуда не пойдёшь…

— Ты сам решил свою участь… — Мира небрежно бросила книгу на землю, недалеко от себя.

Она медленно подняла руку. В ней был острый кортик. Клинок блеснул, отражая свет восхода. Мира, не задумываясь, метнула нож…

В последний момент у неё возникла мысль: "Что я делаю?!!". Рука Миры дрогнула, и кортик, сменив траекторию, задел руку. Шею сильно сдавило.

— Мира!.. — только и успел изумиться Аслан. Она, проклиная всё на свете, вытаскивала второй…

Вытащить она его успела, у Аслана не оставалось времени для каких-либо действий. Между ними было расстояние в метров десять. Даже если он сильно постарается, то перепрыгнуть не успеет. Значит, нужно попытаться отбить нож… Всё это разом пронеслось в уме. Рука Миры замахнулась… Знакомый голос в её голове злобно захохотал. Только метнуть кортик Мира на своё счастье не успела. Кто-то схватил её сзади за шею, придержав руку.

— Зря ты так, девочка, — голос сзади был насторожен, но вежлив. Тело Миры внезапно изогнулось дугой так, что она и сама только успела удивиться, и высвободилось от захвата. Позади неё стоял немного опешивший Винар. — Ого! Вот это гибкость!

— Винар! Она делает то, что ей скажут…

— Сидеть! — Мира выполнила приказ, и тут же подскочила, потому что получила другой (мысленный) приказ — атаковать. Она ударила Винара ногой, всё ещё держа в руке нож.

— Чёрт! Совсем белены объелась? — взбесился друг, уходя от второго удара. Это только с виду все девушки хрупкие и беззащитные… Он ещё сдерживал себя…

— Винар! Она несла книгу!

— Книгу? А… так тебе это нужно? — он вынул из-за пазухи книгу, которую успел подобрать после Миры.

— Отдай, — механически проговорила Мира. — И можешь уходить…

— Страшно-то как… Я просто трясусь весь, — отвлекал Миру Винар, пока Аслан заходил сзади. Мира всё время поворачивалась так, что у Аслана ничего не получалось. — Тебе Вавила приказал?.. Ну, так пусть он сам придёт, и возьмёт.

— А он уже здесь… — услышали ребята скрипучий голос. — Не боитесь, говоришь?.. Сюда! — властно приказал он Мире. Она, вернее её тело, безропотно подчинилась. "Скотина, подумала она. — Грязная, мерзкая тварь!".

— Но-но! Попридержи свои эпитеты для других… Поскольку, меня твоё мнение не интересует совершенно, безмозглая кукла! — Вавила разговаривал с ней вслух.

"Может, я и безмозглая кукла. Зато не тр… п…с, как ты!". Мира хотела побольнее уязвить своего мучителя.

От злости Вавила, казалось, посинел.

— Паршивка! — он поднёс к её шее тонкий ханжар. — Сейчас я покажу тебе тр… п…са! — он сильно прижал лезвие клинка к шее Миры, которая продолжала стоять, как статуя. Со стороны могло показаться, что оно было тупым. Но только до того момента, когда с тонкой, как ниточка, раны не потекла кровь. Вавила вытер ханжар об одежду Миры с таким видом, как будто он был вымазан не в крови, а в чём-то и вовсе непотребном.

— Кретин! Ты что делаешь?! — разозлился Винар! — Оставь её в покое.

— Не волнуйся, ученичёк. Рана тонкая. Я даже мышц не задел… Но сейчас постараюсь, сделать это! — он поднёс ханжар к лицу Миры.

— Чего ты хочешь? — вдруг спросил Аслан.

— О! Понимаю. Вот это деловой подход. Мне нужна сущая безделица… КНИГА!

— Отпусти её. И ты получишь свою книгу.

— Понимаешь?.. Утром деньги — вечером стулья, вечером деньги — утром стулья… утром деньги… — решил пояснить Винар.

— Довольно! Не знаю, о каких стульях речь идёт, но сначала вы отдадите мне книгу, а потом я отпущу эту дрянь.

— Ага. И пол королевства в придачу! Так мы тебе и поверили…

— Винар! — отдёрнул его Аслан… — Мы согласны… — он кинул в сторону Тёмного мага книгу.

— Твой друг умнее тебя, ученичёк. Я мог бы убить эту красивую дрянь. "За дрянь ты ответишь", прошипела ему мысленно Мира. Вавила криво улыбнулся. — Но, лучше я оставлю вам её, как подарок за разумные мысли. Прощайте.

У Миры вдруг всё поплыло перед глазами. Голова вдруг раскололась на тысячу осколков. Вокруг стало темно…

*************************************

— Кретин! — услышала она перебранку между Винаром и Анри.

— Сам такой, — сконфуженно огрызнулся тот.

— Тихо, она приходит в себя, — узнала она голос Милы.

Мира с трудом разлепила веки. Перед глазами всё плыло. Лица расплывались, как на испорченном экране. Казалось, вот-вот, и мир расколется на части. В ушах стоял звон. Мира закрыла глаза, и, подняв неимоверно тяжёлую руку, поднесла её к голове. Боль нужно убрать… Стало немного легче. Теперь она открыла глаза, и вполне осмысленно посмотрела на окруживших её друзей.

— Как ты? — участливо обратилась к ней подруга.

— Нор-ма-ль-но, — по слогам произнесла Мира, потому что язык отказывался её слушать.

— Голова болит?

— Немного, — голова-то болела совсем не "немного". Было тяжело даже моргать, во рту пересохло, чувствовался металлический привкус крови…

— Ничего себе, немного! Тебя Анри так по башке огрел, что мы думали, ты дня три вообще не встанешь!..

— Винар… — укоризненно произнесла Мила.

— Я сняла боль… Как недавно снимала Анри. Иначе бы пролежала дольше. — Вдруг лицо её исказилось гримасой, шею сдавило.

— Мира… Что?.. Больно?..

— Да, о прекраснейшая из подруг! Немного…

— О! Опять заговорила…

— Да простят меня светлейшие. Действие Заклинания снова возобновилось, едва я сняла боль. Могу я спросить у Великосветских, что же произошло? — Аслан внимательно посмотрел на Миру.

— А, что ты помнишь?

— Последнее, наипрекраснейший, когда Вавила, — её передёрнуло от этого имени, — провёл по шее ханжаром, — она инстинктивно провела рукой по шее, и обнаружила там повязку. "Теперь точно в ошейнике", незлобно подумала Мира. — Затем вы отдали ему книгу. А дальше… темно, — при этих словах Анри расстроился, что тут же отразилось на его лице. Смесь сожаления, растерянности, укора совести…