Марина Добрынина - Весеннее обострение

— Ваше величество?

Ну что там? Это Гарлан.

— Да, — отвечаю, и понимаю, что и голос мой молод. Ох, не мой голос, не короля.

— Вам что-нибудь нужно?

— Оставь меня в покое!

Пауза. А после нее:

— Вам нехорошо?

— Все в порядке! Выйди. Выйди, я сказал!

Я сижу в кресле и дышу тяжело. А что, если я останусь таким навсегда? Что мне тогда делать?

— Э…

Открываю глаза и вижу перед собой вытянутую и чрезвычайно озадаченную физиономию. Гарлан, ну отчего ты не ушел?

— Ваше… величество?

— Да, Гарлан, это я.

— Что с Вами случилось?

Я, не глядя, машу рукой в сторону стола и вижу, как физиономия моего управляющего вытягивается еще больше. Что там такое? Встаю. О, нет! Мерлин исчез! Этот старый идиот испарился. Что я теперь буду делать?!

— Мерлин, — угрюмо произношу я, и на физиономии управляющего проявляется понимание.

— Но Вы так молоды, — проговаривает Гарлан, как мне кажется, с легким оттенком зависти в голосе.

— Я слишком молод, — грустно произношу я, — не знаю, что делать. Ты можешь позвать сюда Саффу?

— Саффу никто не может найти. Юсара тоже. Вместе с ними, вроде бы, исчезли Николай, Каро Зампинус и, возможно, Ваш брат Пардок. Не исключено, что также и Лин Эрраде.

— Куда они могли подеваться?

— Неизвестно.

Здорово. Все мои знакомые маги пропали вместе с моими же родственниками и подданными. И именно в такой момент! Что мне делать?! Аннет, узнает ли меня она? А Селина? Стоп. Так, стоит пока прекратить паниковать. Если я не могу изменить ситуацию, что я должен сделать? Правильно, постараться получить от нее максимум удовольствия.

— Так, — говорю, — Гарлан. Твоя задача отыскать Мерлина и притащить его сюда. Хоть как. Хоть где. А я пойду, пройдусь.

— Осторожнее, Ваше величество, — шепчет мне в спину Гарлан.

— Знаю, — отвечаю я, направляясь к фрейлинам. Где там моя зайка? Уж теперь-то она точно никуда от меня не денется.

Мы оказываемся в большом хорошо освещенном зале. Очень большом, с потолком, теряющимся где-то в высоте. Но, что самое поганое, прогуляться по этому помещению с толком, чувством и расстановкой нам с Дусей не удастся, потому что мы стоим в клетке. Самой настоящей клетке с металлическими прутьями толщиной с мой большой палец.

— Вот же ж ёптыть, — потрясенно проговаривает княгиня.

— Ага, — соглашаюсь я и оглядываюсь по сторонам. В клетке кроме нас с Дусей находится только маленькая деревянная скамеечка. И все.

— Дамы, простите за неудобства, — вдруг слышу я. Ага, Кардагол Шактигул. Сидит на троне метрах так в десяти от нас, такой важный. Одет в алое. Глаза горят. Руки в подлокотники вцепились.

— Мудак! — верещит Дуся, — выпусти нас отсюда!

Но Кардагол ее вопли гордо игнорирует. Я же занята — ищу взглядом Кира. А его нет рядом. Интересно, а он в курсе, что его папочка нас сюда посадил? А если в курсе, то как к этому отнесся? Не может же быть такое, что ему наплевать? Или может?

Дуся стоит у стенки, вцепившись в прутья пальцами, и рассерженно пыхтит. Где же Кир?

Вижу какое-то шевеление в дальнем конце зала. Может, это он? Нет. Не он.

— Терин? — шепчет Дуся.

Да, это князь Эрраде. Идет спокойно с каменной физиономией в сопровождении аж шести зоргов.

— Терин Эрраде Кайвус Третий! — радостно восклицает Кардагол. И ведь действительно радостно! Будто он этой встречи неизвестно сколько ждал.

— Женщин отпусти! — цедит сквозь зубы Терин, останавливаясь в трех метрах от трона. В нашу сторону при этом он даже и не глядит.

— И что же ты такой невежливый? — интересуется Кардагол.

Князь молчит.

— Практически все ингредиенты в сборе! — продолжает Кардагол и смеется. — Хотя ты, Терин, мог бы и остаться наверху. Я тебя, в общем-то, пока не звал.

— Я проведу ритуал, — медленно проговаривает князь, — если ты победишь меня на дуэли.

— Терин! — кричит Дуся. — Он универсал!

Князь продолжает стойко не обращать внимания на свою супругу. И на меня, за компанию.

— Я убью их, — буднично так, спокойно, будто кусок хлеба маслом намазать предложил, произносит Кардагол.

— В этом случае, — так же спокойно отвечает Терин, — убивай и меня за компанию. Сопротивляться не буду. Тебе нужна добрая воля для совершения ритуала? Если ты победишь меня на дуэли, я, повторяю, проведу требуемый тебе ритуал. Клянусь.

— Что же он задумал, придурок несчастный? — шепчет Дуся, ткнувшись лбом в решетку.

А Кира так и нет.

— Клянешься? Даже так? — спрашивает Повелитель времени и улыбается. Хорошо так улыбается, доброжелательно.

Терин не оценил.

— Я требую ответной клятвы, — произносит он.

— И какой же?

— Клянись, что независимо от исхода поединка ты отправишь Иоханну и Дульсинею в Зулкибар. Целыми, невредимыми, не находящимися под каким-либо заклятьем, кроме телепортационного.

— Ой, клянусь! — весело проговаривает Кардагал, — клянусь, что отправлю Иоханну и Дульсинею в Зулкибар. Целыми, невредимыми, не находящимися под каким-либо заклятьем, кроме телепортационного. Если они сами того захотят.

Терин качает головой.

— Нет. В любом случае.

— Хорошо. Клянусь вернуть их в любом случае.

— Клятва не снимаема.

— Клятва не снимаема.

— Трындец, — тихо произносит Дуся, — Терину полный трындец.

— Почему? — спрашиваю я.

— Мне зубатый один рассказал, что Кардагол давно на Терина информацию собирал. Готовился к чему-то. И он универсал.

— Терин — тоже не слабак.

— Не настолько.

Дульсинея смотрит на мужа и, судя по выражению ее лица, напряженно размышляет.

— Так, а если я Кардагола этого сейчас шандарахну, пока дуэль не началась, а? — сама у себя спрашивает Дуся и сразу же воплощает свое намерение, то есть машет тапком. И мы с ней тут же отлетаем от решетки и бухаемся попами на скамейку.

— Это что было? — отдышавшись, спрашиваю я.

— Что-что! Отрикошетило заклинание! Как горошина от стекла! Скажи спасибо, что оно при этом еще и видоизменилось! А то посмотрела бы я на тебя под "ядовитыми сетями".

— Что?! Дуся, ты с ума сошла?

— Я думала — пройдет.

Признаться честно, дусина попытка колдовать и наша последующая короткая перепалка прошли как-то мимо внимания дуэлянтов.

Обо мага так и продолжают молча друг друга разглядывать. Вдруг Терин резко вскидывает руку. Кардагол в ответ только шевелит пальцами, и все, опять тишина и покой.

Князь изображает уже обеими руками жест "здравствуйте, гости дорогие", а Кардагол ему вроде как отвечает "нет-нет, не надо!".