Катерина Малиновская - Дневник Илирии

Секретарша устало подняла на меня свои глаза.

— Хранитель? Чего вам надо?

— Где Дамиан, Артем? Немедленно… — я заревела, и астральный вид исчез. Секретарша удивленно уставилась на меня. Но все же нажала кнопку вызова.

Через минуту подошел Артем. Я устало обмякла на его руке и только смогла прошептать: "Арктур."

Артем переместил меня к Меланке. Она рисовала своей кровью на чей-то могиле пентаграмму. Порезанная рука кровоточила, но она спокойно водила окровавленным пальцем по серому камню.

— Это зелье дорогое… — Артем неуверенно протянул ей бутылочку. Я рассказала ему историю Меланки, и теперь ему самому было неприятна ситуация.

— Твоя подруга может расплатиться… У вас, демонов, единая ставка оплаты. — она махнула в мою сторону.

Я открыла рот, Артем хмыкнул.

— Не злись на меня, хранительница. Это была шутка. — Меланка закончила пентаграмму. — Я помолюсь…

Она встала на колени и стала читать молитву.

Артем зачем-то прижал меня к себе и шепнул на ухо:

— Это таки жутко… Она перестанет быть человеком. И это ради памяти о любви и для искупления греха за сговор с демоном. Мне ее действительно жаль…

— За свои 200 лет ты уже не ценишь любви. У нее лишь одна жизнь и она пожертвовала ею.

Артем почему-то прижал мою голову к своей груди, и я не смогла вырваться.

— Только по меньше разговаривай. В твоих словах нету ничего умного, и ты только воздух колышешь.

Я дернулась, но он меня не отпустил. А потом я услышала за спиной странные звуки, затем визг Меланки. Но Артем даже не дал мне развернуться.

Крики за спиной становились все ужасней, я пыталась развернуться, неожиданно Артем прошептал:

— У тебя красивый внутренний мир. Я только сейчас это понял. Ты меня ужасно бесишь, меня пугает прогресс твоих сил. Но у тебя хорошее сердце. Ты правильно поступила. Это был выбор Меланки. Ее, а не судей.

Я подняла не него глаза. Он смотрел на меня. Он еще не знал, что будет с нами всеми дальше. Я казалась ему все еще простым хранителем души Илирии. Он и не догадывался, как круто я изменю мир. И не только его.

— Ха! Теперь я нечто…

Я развернулась и увидела… Меланка стояла посередине пентаграммы. Такая, какой была пять минут тому. Но вокруг валялись куски кожи, волос. Куча крови, кости. Я отошла на шаг и согнувшись вырвала.

Меланка подошла ко мне и провела по волосам.

— Я вижу твое будущие Кира. Там и любовь до крови на губах, и смерти дорогих тебе людей. Тебе дана великая сила, ты меняешь жизнь другим людям. Спасибо…Прощай.

Мы договорились встретиться с Софин и Уильямом в кафе. Я и Артем ждали их за красивым столиком.

— Ты уже час плачешь. — Артем налил мне вина.

— Я знаю, что любовь- это вопреки всему. Это не за что-то, а вопреки всему. Эта ее любовь. Но как! Как можно так согласиться стать нечистью. Как? — наконец-то я заговорила с ним.

Он посмотрел по-сторона и вдохнул.

— Когда погиб мой брат, Кирилл, я нашел в его комнате книги. Черная магия. Разнообразные трактаты. Стал их читать, мне стало очень интересно. Я стал меняться- стал жестоким. Бессердечным. Я принес ужасно много боли всем, став тем, кто я есть. А Меланка облегчение.

Я не сводила с него глаз. И Артем понял, что надо рассказать до конца.

— Ну, у этой истории были красивые декорации. Закончилась война. Наше имение нужно было ставить на ноги. Отец решил выдать мою старшую сестру, Людмилу, замуж. Семья ее жениха приходилась нам в родство. Раньше модно были браки между дальними родственниками- чистота крови. Прадед жениха был братом нашей прабабки. Наши семьи дружили, и таким образом было решено восстановить наш древний род. Жениха моей сестры звали Олегом Мелешовым. Он привез с собой свою сестру. — тут Артем замер, наверно память о той прекрасной сестре и через 200 лет жива в его сердце.. — Елену. Я тогда просто сошел с ума по ней. Она была очень красива. Но обручена с генералом имперской армии. Она вышла за него и стала фрейлиной Ее величества. Это меня разгневало. Я стал усилено заниматься магией. Начал вызывать духов и раз мне явился Дамиан и предложил договор.

— Продаешь душу за силу…

— Нет, Около двухсот лет душа моя, просто во власти тьмы. А потом я прохожу посвящение в демоны и отдаю душу. — он нервно опустил бокал. — Я по сути пошел на это из-за юношеского лихого максимализма. После войны все чувствовали себя героями, я утратил любовь девушки. Глупо.

— Твоя мать не выдержала этого…

— Я уничтожил свой род, моя мать умерла от сердечного приступа, а Людмила перенервничала и умерла при родах. Родив мертвого ребенка.

Я уронила бокал, он зазвенел, врезавшись в холодный пол.

— У каждого в шкафу свой скелет- слова моей мамы. А у тебя целый склеп… — я неуверенно наблюдала за осколками бокала.

— Ты знаешь светлую жрицу Елизавету? — он перебил меня.

Я кивнула.

Артем проследил за официантом, собирающим стекло. Он вспомнил, как сегодня утром в его кабинет зашла светлая жрица. Точнее переместилась. Их с Дамианом кабинеты покрыты защитными знаками. По этому переместиться туда довольно сложно, но Артем отвернулся, а когда вновь посмотрел на дверь — тем стояла женщина.

Она представилась и сказала, что их разговор должен остаться тайным до страшного суда. Елизавета знала о плане Рошель и Дамиана насчет души Илирии. Она сказала, что это вполне реально, но она уверена, что я смогу спастись. Правда, мне нужна помощь, что б стать сильной. Артем засмеялся и сказал, что, похоже, остаток человеческой жизни ему придется потратить на меня. Елизавета улыбнулась и спросила, как много камней лежит у него на душе. И добавила, что он может искупить свой тяжкий грех из-за гибели семьи помогая мне. Потом она исчезла. Артем после долго смотрел на картину с изображением поместья, горечь воспоминаний сменивались мыслями обо мне.

— Ты с ней тоже знаком? — я спросила Артема о Елизавете.

— Нет, недавно услышал от Рошель это имя. Кто она?

— Ммм, — я пожала плечами. — Она явно выше на ступеньку Рошель. Елизавета сказала мне, что б я действовала, так как чувствовала…

— Меланка права, ты меняешь жизни другим. Вокруг тебя вихрь перемен. Ты как катализатор для чужих ситуаций.-. Артем отвернулся. Он закончил тему про свою семью. Единственное, что он добавил. — И я, и Мел сделали сами свой выбор, иногда, что б добровольно опуститься на самое дно, надо, что б она тебя выбрало для себя.

Я пожала плечами. Меня почему-то очень удивило имя его сестры… Людмила. По сути оно мне не нравиться, значит оно нравилось отцу. Странно. Мои мысли перебили. зазвонил телефон, и следующие пятнадцать минут я щебетала с Дрейком. История Мел, Артем- все ушло на второй план. Любовь-морковь… Разговор закончился и я медленно подняла голову и мои глаза встретились со взглядом Артема. Это был лишь миг. Какой-то странный, мистический миг, за его спиной громко пробили чесы. Будто начался до чего-то обратный отсчет. Знала бы я тогда до чего…