Алина Жигулина - Гадалка. Карта Смерти

Я очень прошу Вас как можно быстрее решить денежный вопрос. Жду от Вас дальнейших инструкций насчет Итиль. Если она решила не ехать в Приогон, тогда возникает ряд сложностей.

С непомерным почтением к Вам, Грейта».

Виесса скрипнула зубами. «Я напоминаю»! Как будто леди Амия совсем впала в маразм и ничего не помнит.

Служанка хорошо помнила Грейту, беловолосую куколку со вздорным характером. Еще недавно она сидела у них в гостиной и, давясь, пила тардонский чай. Конечно, Виесса понимала, что девушка происходила из средней семьи — ее отец был мясником, — но ее манеры все равно могли быть и получше. Она же все-таки магичка, а вытирала нос рукавом!.

Виессу передернуло от воспоминаний. Грейту она мечтала забыть, как страшный сон. К тому же ненавистную девчонку Итиль очень не любила, просто ненавидела. Она всячески отравляла ей жизнь в Академии. Но леди по непонятным для Виессы причинам выбрала именно Грейту для сопровождения Итиль на хутор.

«Она очень сильный маг, сможет ее защитить. А отношения — они уже не маленькие девочки, разберутся», — отмахивалась Амия на доводы служанки.

Свернув письмо и перевязав его шнурком, служанка закрыла окно. Тонкий листочек голубоватой бумаги хотелось прямо сейчас сжечь в камине, уж слишком настойчиво просила Грейта денег у леди Амии. А Виесса очень не любила, когда у ее госпожи что-то так нагло просили.

Все-таки убрав письмо в карман передника, служанка поспешила на кухню. Письмо письмом, а дела еще никто не отменял.

Глава 8

Следующее утро было совсем не радужным. После вчерашнего пива чертовски болела голова, а две свежие ссадины и синяк, которые я получила вчера при падении с крыльца, сильно болели. Вдобавок ко всему вчера после бани я не расчесала голову и прямо с мокрыми волосами легла спать. Теперь расчесать колтун почти невозможно.

Охая и стеная, я пошла на кухню. На глаза тут же попалась миска с маринованными огурцами, которую я тут же принялась опустошать. Тенлы в доме нигде не наблюдалось. Он и раньше куда-то уходил — то ли по делам, то ли к кому-нибудь в гости. Я не интересовалась, предпочитая не лезть в его жизнь. И так уже влезла по самое не хочу.

Огурчики сжевались на раз, но лучше от них не стало. Я с грустью посмотрела на пустую миску и полезла в печь. Но увы, все горшки были пусты. Маринады, которые надавала Урша, съелись совсем быстро. Придется готовить.

Готовить я не то чтобы совсем не умела, а не умела в принципе. В отчем доме меня, потомственную аристократку, кухарскому делу не учили. Единственное, чему обучила меня мать, так это заваривать тардонский чай. Это тоже было единственное, что она умела делать. Потом в Тасшобе чему-то меня пыталась научить Аритта. После третьего раза, когда я умудрилась сжечь пирог с одного бока и оставить сырым с другого, ее просветительский энтузиазм иссяк. Но кое-что я все-таки усвоила и худо-бедно могла сварить кашу или испечь картошку.

Выбрав из мешка несколько картошин, я взялась за нож и принялась их чистить. Дело шло невесело. То ли нож был тупой, то ли картошины слишком твердые. Вырезая из овоща глазки, я думала о своей нелегкой доле. Вчерашний вечер нельзя было назвать удачным. И синяки снова приобрела, и испугалась до полусмерти, и плакатик так и не получила. Хорошо хоть частушки послушала. Матерные, в исполнении эльфа.

Последняя картофелина булькнула в горшок. Горько вздохнув, я опять заглянула в печь. Она была чуть теплой, хочешь-не хочешь, придется топить самой.

Едва я разожгла печь, как на крыльце послышались шаги. Чужие, совсем непохожие на шаги Тенлы. Я подошла к входной двери и прислушалась. Может, Гилаша? Бежит к нам от пьяного мужа?

Но вместо соседки в дверях возникла совершенно незнакомая брюнетка лет двадцати пяти. Грубоватое скуластое лицо и пронзительно-карие глаза, которые удивленно расширились при виде меня.

— Ты кто? — беспардонно воскликнула она.

— А ты кто? — уперев руки в бока, в том же тоне ответила я.

— Я вообще-то хозяйка дома, — грозно нахмурилась она.

— А я здесь по приглашению хозяина.

Мы смерили друг друга оценивающими взглядами. По моей спине невольно пробежал холодок. Было в этой девушке что-то нечеловеческое, звериное. Наверняка она тоже оборотень, как и Тенла. Только кто она ему? Сестра? Родственница? Невеста? А может, вообще мать (кто их, оборотней, знает!)?

— Р-развел здесь гарем, — сквозь зубы прошипела девушка и, кинув у двери большую холщевую сумку, вышла прочь из дома.

Я глубокомысленно хмыкнула и пошла возиться с печью и готовкой дальше. Думаю, Тенле сейчас не поздоровиться. И мне тоже.

Немного подумав, я решила собрать сумки. Кто знает эту чертову оборотниху, еще вышвырнет из дома, а у меня вещи не сложены.

— Ты куда это опять собралась? — как всегда без стука вошел в спальню Тенла, когда я только-только вынула первую сумку и начала складывать в нее одежду. Оборотень был в прекрасном настроении, что навело на мысль, что с девкой он еще не встречался.

— Там к тебе приехали, и эта приехавшая дала мне понять, что мое проживание здесь окончено, — в духе просветителя Винчера, что вел у нас в Академии ораторское искусство, выпалила я.

— Что? — не понял Тенла.

Но объяснять не потребовалось. Громко хлопнула входная дверь, в коридоре послышались шаги.

— Сидите, голубки? — противно-ласково спросила оборотниха. — Ну, сидите-сидите, недолго вам осталось…

— Тонра, что за цирк ты здесь устроила? — на редкость спокойно осведомился Тенла. В глазах у него плясали смешинки.

— Цирк? — задохнулась от такой наглости девушка. — Это ты что здесь устроил! Притащил в логово какую-то девку и еще смеешь спрашивать меня, что за цирк я здесь устроила?!

— Я не девка! — возмутилась я.

— Она магичка, — подтвердил Тенла.

— Еще и магичка? — почему-то наши оправдания Тонру не устроили. — Ты кувыркался здесь с магичкой?! Ты что, совсем из ума выжил?!

— Тенла, это уже не смешно, — осторожно сказала я, на всякий случай сформировав в руках белесый шар, — немедленно успокой свою волчицу, иначе я за себя не отвечаю!

— Ты еще угрожаешь мне, дрянь?! — взревела оборотниха.

— Я дрянь?! На себя посмотри, собачья подстилка!

— Каракатица!

— Истеричка!

— Дура!

— Сама дура!

— Обе дуры, — подвел итог обмену любезностей Тенла. — Чего раскричались?

— Это все ты, кобель! — рявкнула Тонра и вытащила из ножен кинжал. — Я эту твою магичку сейчас прирежу!

— Только попробуй, истеричка, — зло прошипела я и сделала шар побольше.