Игорь Дравин - Рейнджер

И еще есть одна большая странность в этой миссии. Информация о короне короля появилась аккурат на третий день после отравления отца Алианы. Взяла и появилась. Причем из достоверных источников. Алиана и Ронк подробностей не знают, но вроде данные исходят от одного ОЧЕНЬ доверенного лица. Про духа я ничего своим спутникам не сказал, но если учитывать его историю, то картина получается вообще мрачная. Матвей, я помню твои слова. Я несколько раз убеждался в их справедливости. Я всегда накручивал сложное на простое. Но теперь я боюсь недокрутить. Я боюсь, что опять повстречаюсь с длинноухими. Пат – идиот. Когда за наш отряд примутся эльфы, вампиры-охранники будут в самый раз. Или Пат не идиот? А если он играет? Черт. Я не могу его расколоть. Ритум, эльфы и Пат. Что их связывает? Что, кроме всем известных фактов, мне будет интересно узнать?

Треск ветки прервал мои изыскания в духе Абеля. Интересно, меня приглашают на разговор, и я даже знаю, кто именно. С леди я так и не пообщался. Слишком много было вокруг лиц, а она явно хотела разговора в одиночестве. Я тоже этого хотел. Но так наступать на ветку – это слишком. Я не глухой. Алиана, я все понимаю, рука на моей груди – это нормально, но постоянно закидывать на мой живот свою ногу – неправильно. Я же мужчина, в конце концов. А ты красивая девушка с очень вредными для моего гормонального состояния привычками. Я осторожно снял со своего тела прелестные конечности девчонки. Спи. Давно забытое чувство укололо в грудь. Проехали и забыли. Забыли, я сказал. Я ужом выполз из палатки девчонки. У небольшого костра меня ждала леди. Меня ждала леди Ерана.

– Не спится? – поинтересовался я у леди.

– Нет, – улыбнулась она. – Я хочу…

– Я знаю, – перебил я леди, – чего вы хотите.

Я сел рядом с женщиной и повесил полог молчания.

– Вы хотите этого и разговора? – осведомился я.

Треск костра, взлетающие искры и вопрошающе-понимающий взгляд женщины. Нет, девушки. Вернее, черт, я запутался. По меркам Земли она дама в возрасте. По моим прикидкам, ей около сорока пяти. По меркам Арланда она еще девушка. Она – магиня. Она вообще может выглядеть как шестнадцатилетняя девочка. Вернее, бывшая магиня, но и сейчас ей не дашь больше тридцати лет. Она – женщина со стальной волей. Я уважаю ее, но это не значит, что я не смогу ее убить. Смогу, еще как смогу.

– Скажи, Далв, – начала разговор леди, – ты ведь рунный маг? Я спрашивала людей. Я спрашивала твоих соратников. Конечно, я это делала не напрямую. Они думают, что ты вербалист и ручечник. Это правда или я права?

Я усмехнулся. Проф, маскировка жестами и осколками истинной речи моих плетений великолепна. Даже специалист по рунной магии не смогла ничего понять. Хотя она не видела меня в бою. Но она видела, как я накладываю полог молчания.

– А с какой целью вы, леди, этим интересуетесь? – спросил я.

– Мне нужно это знать, – твердо ответила Ерана.

– Я отвечу, – усмехнулся я. – Нет, не так. Я скажу вам одно слово, а потом вы мне дадите добровольную клятву. Вы мне дадите слово молчания, иначе я вас убью. Думайте, и большинство вопросов после произнесения мной одного слова исчезнет.

Костер трещал и бросал отблески на лицо сломанной магини, но не сломанного человека. Да, потрепало ее. Я даже не хочу представлять то, что она вынесла за время рабства. Грязь не липнет к леди. Грязь сгорает, прикасаясь к ней. Я помогу тебе. Я помогу тебе принять правильное решение. Ты слишком долго думаешь. Ты понимаешь сердцем, но не головой. Ты не доверяешь сердцу. Правильно. Когда этот орган заводит на Барос, ему сложно доверять.

– Леди, – улыбнулся я. – Я догадываюсь, как вы оказались на Баросе. Я знаю ваше имя. Я скажу вам слово, и если вы – та, за которую я вас принял, то вы будете жить. Я немного владею магией разума. Я определю ваши истинные чувства. Решайтесь, или разговор закончен.

Ерана прижала руки к груди, а лицо осветилось надеждой.

– Вы меня видели? – прошептала она.

Блин. Она вычленила самое главное. Уважаю. А я не лопух – я помог ей обрести надежду. А сейчас помогу обрести и уверенность.

– Видел, – хмыкнул я. – Правда, вы были на несколько килограммов тяжелее и менее одеты. Я видел вас в самых ярких воспоминаниях одного человека. Я видел вас, Ерана эр Килам.

– Слово молчания, – сказала леди. – Мне не слишком важно, что вы скажете. Я даю слово заранее. Скажите мне то, что вы можете сказать.

– Колар, – ответил я. – Вам знакомо это имя?

Блин. Ну зачем этой железной леди падать в обморок? Я едва успел подхватить ее легкое тело. М-да. Оголодала, бедняжка, на харчах гостеприимного хозяина. В воспоминаниях профа она выглядела намного интереснее в интересных местах. Что делать? Я хулиган по жизни. Ну, подсмотрел интим Колара со своей ученицей. Ощутил его чувства к девушке. Бывает. Зато теперь я кое-что про нее знаю и смогу ей помочь. Так, что-то она долго находится в отключке. Я поудобнее разместил тело леди на своих коленях и потрепал ее по щеке.

– Что ты с ней хочешь сделать? – раздалось шипение сзади.

Так, мне только этого не хватало. Алиана проснулась, заинтересовалась отсутствием грелки, вылезла из палатки, увидела интим и прошла внутрь моего полога молчания. Узелок на память. Надо еще ставить и защиту от физического проникновения свидетелей интима. Да и светомаскировку надо делать постоянную. В жизни все пригодится.

– Изнасиловать, – буркнул я. – Леди была слишком долго лишена общества настоящего мужчины, и я хочу помочь бедняжке. Ты ведь отказала мне в ласке. А она оценит мою стать и все остальное.

М-да. Никогда не думал, что одна женщина может заменить собой целый выводок гадюк. Я имею в виду звуковое сопровождение, а не другое. Хотя пальцы Алианы, впившиеся в мои плечи, заставляют подумать и о других вариантах. Переборщил. А если бы девчонка была боевиком?

– Ты… – прошипела герцогиня.

– Ты… – очнувшаяся Ерана вцепилась в мою грудь.

Так, похоже, что моей новой кожаной куртке пришел кирдык. Напора двух целеустремленных женщин она не выдержит. Поставить пуховик – а вдруг до тела доберутся! Шрамы от женских ногтей не служат украшением мужчины.

– Я, – ответил я на вопрос двух леди. – А кто еще? Ерана, поговорим позже.

– Он жив? – Леди, лежа на моих коленях, умудрилась встряхнуть меня.

– Да что с ним сделается! – заметил я. – Жив и упитан. Помни о своем слове – и закончим разговор.

Леди обхватила меня за шею, прижалась ко мне лицом и начала рыдать. Что-то слишком часто моя мужественная грудь служит женским носовым платком. Тенденция, однако.