Майя Зинченко - Монах

Они покинули Крон, и теперь перед ними лежала дорога, которая должна была привести их в Вернсток. Перроу несказанно удивился, когда Клемент пришел к нему рано утром и сообщил, что он хочет оставить работу и уехать, так как в деньгах больше не нуждается. Старик сначала ему не поверил, но когда монах показал лекарю одну из золотых монет, Перроу решил, что пригрел на груди разбойника с большой дороги. Огромных усилий стоило убедить лекаря, что Клемент никого не ограбил и не убил, чтобы заполучить эти деньги. Перроу только качал головой и хмурился.

Мирра отнеслась к известию об их неожиданном богатстве проще: девочка, радостно взвизгнув, тут же потянула Клемента на рынок. Кроме лошадей для дальнего путешествия им требовалась масса других вещей. Мирру мало интересовали подробности появления у монаха золотых монет, в его порядочности она не сомневалась. Главное, что теперь они были богаты.

Перроу поворчав для порядка, помог им купить неплохих животных. За долгую жизнь в Кроне он обзавелся полезными знакомствами и поэтому лекарю предложили нормальных здоровых лошадей, а не старых кляч, которым оставалась только одна дорога на скотобойню.

Два дня ушли на сборы, а утром третьего дня они, попрощавшись с лекарем, они вышли из города. Клемент опасался ехать по городу на лошади из опасения задавить кого-нибудь. И хоть он знал, что ни одна лошадь не наступит на человека, монах предпочитал не рисковать.

Мирре не терпелось забраться в седло, и она то и дело посматривала на Клемента, ожидая его разрешения.

– Клемент, а почему мне досталась лошадка, а тебе конь? - спросила Мирра.

– Потому что я мужского пола, а ты - женского. Такой ответ тебя устраивает?

– Нет. Это было бы слишком просто.

– Конь для тебя слишком велик. Лошадь меньше размером, и характер у нее более покладистый.

– Можно подумать, что твой Каштан склонен проявлять характер. Он очень спокойный.

Клемент посмотрел в светящиеся тихим дружелюбием глаза своего коня и вынужден был с ней согласиться.

– А нам с тобой резвость и ни к чему… Нам не за кем гнаться.

– А если придется убегать?

– Мне будет проще это сделать на своих двоих, чем на нем, - проворчал монах. - И так не знаю, как я сумею на нем усидеть.

– Мне раньше казалось, что все мужчины умеют ездить на лошади, - сказала Мирра.

– Это не касается монахов.

– Может ты, и плавать даже не умеешь?

– Умею. В ванне, - пошутил Клемент. - Нет, мне, конечно, приходилось плавать и в реке. Я ведь не всегда был взрослым, а в городе не было ни одного мальчишки, который бы в свое время не поплавал в нашей речке. Давай, садись на свою Красавицу. Сейчас догоним вон тот торговый караван и поедем вместе с ним. - Он подсадил девочку.

– Ух, ты! - сказала она устроившись в седле и вцепившись в поводья. - Здорово! Но караван едет так медленно, почему мы должны тащиться вместе с ним?

– Во-первых, первые дни нельзя чрезмерно нагружать организм. Вот увидишь, у тебя и так к вечеру ноги и спина будет болеть от нагрузок, а во-вторых, с караваном безопаснее. Я слышал, что в предместьях Крона хозяйничает банда головорезов.

Мирра задумалась над его словами:

– Но ведь как раз торговцы интересны бандитам, а не мы, - с сомнением сказала девочка. - Это их они подстерегают.

– Бандиты не гнушаются ничем. Наше имущество им тоже пригодиться.

– И так будет до самого Вернстока? - спросила она. - Мы будем уныло плестись шагом, и дрожать в ожидании?

– Есть дороги, которые охраняются имперскими войсками, и там нет разбойников. Но это будет уже ближе к столице.

– А почему все дороги не охраняются войсками?

– Никаких войск на это не хватит. Откуда же взять столько людей?

Они догнали караван и поравнялись с одним из охранников.

– Свет и покой вам, - сказал Клемент. - Можно мы поедем с вами?

– Езжайте, - пожал плечами бородач, - думаю, владелец против не будет. Чем больше людей, тем лучше.

– Спасибо.

– Мечом владеешь?

– Я же монах, - оскорбился Клемент.

– Время сейчас тяжелое, потому и спрашиваю. - Охранник, звеня кольчугой, протянул ему руку. - Меня зовут Франц.

– Меня Клемент, а ее - Мирра. Вы куда путь держите?

– На юг. Но что везем - не спрашивай. Сам не знаю. Содержимое наших телег - это тайна.

– Так вы не из Крона?

– Нет, что ты! Там была только небольшая остановка. Мы выехали еще два месяца назад из Минтена, что лежит на севере.

– Впервые о нем слышу.

– Это маленький городок. Смотреть нечего, если не считать руины старого замка. Говорят, в его вместительных подвалах хранились столитровые бочки вина.

– Франц, где ты откопал монаха? Его же только что не было. - К ним подъехал второй охранник, рыжий великан с длинными толстыми косами. - Рядом с тобой постоянно кто-то крутиться. То бродячие актеры, то коробейники. Никак не можешь без компании.

– С ней веселее. Это еще что… Вот однажды со мной пыталась завязать дружбу дикая свинья. Ходила за мной целый день как привязанная.

– И чем закончилась ваша дружба? - спросил Клемент.

– Мы за ней гонялись весь вечер, но, - тут Франц вздохнул, - так и не поймали. Свинья оказалась умнее и не дала себя зажарить и съесть. А жаль, знатное пиршество бы вышло.

– Надеюсь, нас вы есть не станете.

– Ты, монах, больно худощав, и девочка полнотой не отличается. Значит, не будем, - охранник отрицательно покачал головой и рассмеялся. - А куда вы собрались?

– В Вернсток. Хочу посмотреть на святыни, - ответил Клемент.

– Неблизкий путь. Ты тоже хочешь посмотреть на святыни? - спросил Франц девочку.

– А как же! - Мирра не спускала взгляда с блестящего серебреного браслета у него на запястье.

От охранника не укрылся ее интерес и он, посмеиваясь, снял браслет и протянул девочке:

– Гляди, раз охота. Это я сам себе прошлой весной подарок сделал.

– Какая прелесть! А эти разводы что-то значат? Они похожи на сильно вытянутые буквы или стебли плюща.

– Тот гном, что продал мне браслет, клялся, что они приносят удачу и защищают от вражеских стрел. Надеюсь, он не обманул. Пит, прекрати глупо ухмыляться.

– Франц, меня не перестает удивлять, что ты веришь во всю эту ерунду. Дай тебе волю, и ты бы обвешался этими побрякушками с ног до головы, словно уличная танцовщица Золотых Песков.

– Пит, еще слово, и твои зубы будут лежать вон там! - охранник нахмурился и показал на дорогу. - А может там окажется и что-нибудь поважнее зубов.

– В страхе умолкаю. - Рыжий пришпорил лошадь и поехал вперед каравана.

– Он всегда так, - оправдывающимся тоном сказал Франц, принимая браслет обратно. - Ему бы только задеть кого-нибудь. Никакого понимания маленьких слабостей своих ближних.