Алексей Стерликов - Мир Игры: Легаш (СИ)

   Вода в источнике стала убывать с пугающей быстротой, но продолжалось это недолго. Едва уровень воды упал на тридцать сантиметров как водоворот исчез и поверхность вновь стала гладкой. Бурдюк действительно оказался вместительным.

   Под конец я не удержался и раздевшись залез в пруд. Пускай я после этого варвар, но хоть чистый варвар. Вода, правда начала светиться ровным розовым светом, после того как я в нее залез, но я увидел это только после пятнадцати минут блаженства.

   Вот что странно, ни мыла, ни мочалки у меня не было, но кожа после соприкосновения с водой становилась абсолютно чистой, как чистыми стали и волосы. Обрадованный такому делу и озадаченный свечением воды я выбрался на берег. Свечение исчезло, вновь захотелось залезть еще раз, но теперь моя культурность перевесила варварство и я, быстро одевшись, поспешил дальше.

   Опять пришлось пробираться сквозь заросли, отмахиваясь от назойливой мошкары и матерясь про себя, когда запинаешься об очередной корень или камень.

   Лесную жизнь я вел еще три дня. Первые два дня я ничего не ел, просто не хотелось, зато на третий у меня проснулся просто зверский аппетит и я умял все свои припасы. Нападать на меня в эти дни пробовали, но змея, которую выпускал песик, была практически во всех случаях быстрее, лишь однажды мне пришлось вмешаться самому.

   Еще издали я заслышал оглушительный треск, какой, по-моему, не могло создать и стадо слонов. Треск был где-то в стороне и направлялся явно не ко мне. Зато меня заинтересовало, кто же это так ломится. Три часа с помощью песика я пробирался сквозь дикие заросли и наконец увидел... Это был огромный каменный зверь, чем-то похожий на буйвола, размером... ну наверное с половину вагона поезда, не меньше. Как раз в данный момент этот зверь терся об огромный камень, который крошился под его движениями как пенопласт. Покончив с одним камнем, зверь переходил к другому, когда камни кончились, он перешел к деревьям и стал тереться о них, треск стаял при этом такой, что у меня уши свернулись.

   Сперва я думал, что эта зверюга чешется, поди прочеши костяную броню, но потом я увидел, что в боку твари что-то торчит. Что-то совсем маленькое для такой твари, но явно доставляющее большие неудобства. Мне даже стало жаль зверя, и не мне одному. Песик вдруг сорвался с места и умчался к голове мастодонта. Спустя пять минут, ерзанья зверя прекратились и наступила невозможная тишина. Зато зверь неожиданно повернулся и глянул прямо на меня. Я внутренне похолодел, думая, что я вообще смогу сделать против такой зверюги, но, увидев на большой костяной голове моего песика, успокоился. Потом зверь неожиданно повернулся ко мне боком и тревожащий его предмет оказался у меня пред глазами.

   Это был скорее всего метательный диск. Большой, толстый, с выемками, так что я еле мог за него ухватиться. Ухватился я за него скорее по инерции любознательности. Оказавшись у меня в руке лезвия диска неожиданно щелкнули и убрались внутрь черного диска, а сам диск с легкостью выпал из тела зверя. Раздался оглушительный рев, от которого я попросту выронил диск и зажал уши руками.

   Когда все прошло и я открыл глаза, грозного мастодонта рядом больше не было. Зато передо мной завис песик и был очень доволен собой. Выпавший диск я неожиданно обнаружил у себя на поясе, и тот сидел так, как будто там всю жизнь и провисел, а я как будто всю жизнь с ним проходил. Неуверенно взяв его в руки я осмотрел угольно-черный диск диаметром сантиметров двадцать пять и толщиной в три. В диске располагались удобные отверстия для пальцев, причем больше, чем у меня их было, зато можно было брать диск в любую руку. Сделав жест, как будто я метаю, я чуть вторично не выронил диск, потому что из него вылетело широкое лезвие по всей окружности диска. Ширина лезвия была сантиметров десять и толщина у основания достигала пяти миллиметров. И при всем при этом я не мог понять куда же в таком случае все помещается, черный диск явно маловат для такого лезвия.

   Ломать голову над новым оружием я не стал. Лишним не будет и ладно, а пока надо бы выбраться из леса.

   Ну вот, стоило только захотеть, как лес и кончился. Да как кончился, просто на загляденье. Стою я, значит, на травке, за спиной сплошная стена леса, а от самых ног начинается... пустыня. Ну хорошо, пускай полу-степь, полу-пустыня. Бывает же такое.

   _Ну да, магия тоже бывает, только какая-то ненормальная, выращивают её, видите ли, - недовольно буркнул я себе под нос.

   Мгновенный переход из темного влажного леса в сухую яркую и горячу пустыню был малоприятен. Но жара я не чувствовал, как ранее не чувствовал сырости, а один глоток из бурдюка оказывал прямо-таки чудодейственное свойство, пить и отдыхать не хотелось ближайший час.

   Воду я решил особо не транжирить, хватает одного глотка и хорошо, а то еще неизвестно, сколько идти придется. А вот голод давал о себе знать.

   Ближе к вечеру я сумел подстрелить ящерицу, что-то похожее на варана. Костер пришлось создавать чисто магический. Мясо оказалось довольно вкусным, а самое главное пригодным к употреблению. Спать я лег там же где и ужинал, уже привык с леса.

   Утро началось для меня неожиданно. Едва я успел продрать глаза и осмотреться, как заметил сквозь слабые пока колыхания нагретого воздуха, фигуру. Довольно большую фигуру, на четырех лапах. Шла очередная тварь, только как-то вяло шла, почти плелась.

   Когда до меня ей осталось метров сто, я увидел, что новый зверь очень сильно похож на моего песика. А последний и вовсе откалывал акробатические номера и летел вокруг как молния.

   _Неужели твой сородич? - это единственное, что пришло мне в голову.

   Огромный "песик" подошел вплотную и опять встал боком ко мне. Вот тут я увидел, что все его тело покрыто большими пластинами, сверкающими на солнце как алмазы. И песик одну из этих пластин с остервенением отдирал. А на меня смотрела большая голова с огромными просящими глазами.

   _Что, неужели и тебе помощь нужна? - не поверил я, - да что же за жизнь началась?

   Я вытащил кинжал и поспешил на помощь песику. Пластины отдирались с большим трудом и судя по всему этот процесс был малоприятен для подопытного, но он терпел. А вот мой песик похоже совсем обезумел, он начал таскать отодранные пластины в медальон, а некоторые так и вовсе есть. Впрочем я уже ничему не удивлялся, ну подумаешь напекло иллюзии голову, чего не бывает в этом мире.

   В общей сложности ковыряние пластин заняло у меня около шести часов и последние пластины, с головы, я отдирал уже без помощи песика, тот попросту обожрался непитательным материалом. Зато огромный песик выглядел намного лучше и теперь он рвался прыгать скакать и веселиться. Хорошо, что он от этого воздержался, иначе меня никакой покров бы не спас. Зато унесся от меня он с поразительной скоростью, что-то около трехсот километров в час.