Терри Брукс - Шкатулка хитросплетений

Произошло это почти два года назад. С тех пор Дирка с Лесной опушки никто не видел. Но теперь призматический кот вдруг снова объявился, и снова его прислали эльфы, и опять никто, кроме них самих, не знал для чего.

Дирк с Лесной опушки и сам был существом из рода эльфов — одним из самых независимых — в той же мере кот, как и нечто другое, и посему поступал так, как хотел, несмотря на желания окружающих, отчего его цели было крайне трудно определить. Он это прекрасно продемонстрировал во время своего путешествия с Беном. Дирк был существом, обладавшим очень редким видом магии. Он мог переходить из плотской формы в кристаллическую, которая прочнее стали. В этой форме он мог ловить свет и превращать его в смертельный огонь. Дирк редко пользовался этой способностью, но владел ею прекрасно. Каким бы отстраненным и равнодушным Дирк ни казался, насколько ни отдалялся от происходящего вокруг, шутить с ним было нельзя.

Вот почему Ивица следовала за ним с уверенностью, что, если ей будет угрожать опасность, Дирк скорее всего сможет ее отвратить. Она предпочла бы, чтобы с ней был Бен, но этот вариант уже был отвергнут Матерью-Землей. Иногда приходится брать то, что дают. У Ивицы и без того было достаточно тревожно на душе, так что она была рада любому спутнику.

Дирку, казалось, на все было наплевать.

— Тебя прислали из-за Бена? — спросила она его в первую ночь похода. Они сидели рядом у небольшого костерка, который был разожжен по настоянию Дирка, чтобы прогнать какую-то воображаемую прохладу. Ивица собрала сушняк, а он его поджег. Она решила, что это начало реального сотрудничества.

Дирк старательно вылизывал одну лапу.

— Меня не прислали. Меня никогда не присылают. Я сам иду, куда хочу.

— Извини, — попросила она прощения. — Тогда почему ты захотел прийти?

Тот продолжал сосредоточенно обрабатывать лапу язычком:

— Право, не помню. Наверное, захотел.

— А ты можешь мне сказать, куда мы идем?

— На запад, — ответил кот.

— Да, но…

Дирк перестал умываться и бросил на нее свой кошачий взгляд, тот, в котором можно было прочесть хитренькую насмешку, глубокое понимание, серьезную озабоченность и полное изумление — и все одновременно.

— Погоди-ка секундочку. Я что-то тебя не понял. Разве ты не знаешь, куда мы идем? Она смущенно покачала головой:

— Нет, не очень-то.

Он задумчиво посмотрел на нее.

— О Боже, — сказал он. — Ну ладно. Надо полагать, мы все-таки найдем дорогу.

И он снова принялся приводить в порядок свою и без того лоснящуюся шерстку.

Некоторое время спустя она снова осмелела и попробовала опять спросить его об этом же, только немного в другой форме.

— Мы должны добраться до волшебных туманов послезавтра, наверное, — осторожно проговорила она. — А оттуда куда мы пойдем?

К этому времени Дирк уже закончил умываться и сидел на траве у огня, свернув под себя лапки и зажмурившись.

Теперь его глаза приоткрылись щелочками.

— Мы пройдем через туманы в мир Холидея. Глаза снова закрылись.

— А как мы это сделаем?

Глаза снова открылись, на этот раз немного пошире.

— Что за вопрос? Признаюсь, никогда мне не понять этих людей!

— Я сильфида.

— И я сильфид. Ивица поджала губы:

— Я просто тревожусь за ребенка. От меня требуется сделать массу всего, чтобы он мог благополучно родиться, но я не знаю, как должна это сделать. Помоги мне, Дирк.

Дирк рассматривал ее с искренним интересом.

— Кошки рано начинают понимать, что тревогами мало чего можно добиться. А еще кошки знают, что обычно все как-то улаживается, даже когда от нас скрыто, как именно. Лучше всего заниматься насущными вещами и предоставить будущее будущему.

— Мне это кажется ужасной близорукостью, — осмелилась заметить она.

Кажется, Дирк пожал плечами: у кошек это не очень заметно.

— Я кот, — сказал он, словно этим многое объяснялось.

Ивица больше не заговаривала об этом ни в ту ночь, ни на следующий день, но к наступлению темноты они уже прошли Озерный край и оказались среди холмов, находившихся на границе с волшебными туманами, и тут кот удивил ее, заговорив об этом без ее подсказки.

— Завтра утром я проведу тебя сквозь туманы, — сообщил он, пока она собирала сушняк для очередного костра. Она расстелила поблизости свой плащ, и Дирк удобно там расположился.

Ивица, посмотрев на него, спросила:

— А ты сможешь?

— Конечно, смогу, — ответил он немного обиженно. — Я же там живу, ты забыла? Я знаю все тропинки и проходы.

— Да я просто не имею понятия, что именно ты можешь или не можешь. Я не знала, могут ли эльфы выходить их туманов в любом месте и в любой мир. Я думала, может, это как-то ограничено.

Дирк зевнул:

— Ты ошибалась. Кошки могут ходить где угодно. В этом нет ничего нового.

— А ты знаешь, куда мы выйдем? — не отступалась Ивица.

Он на мгновение задумался:

— Кажется, в городе Гринвич-Виллидж. А это важно?

Она почувствовала, что досада на него становится неудержимой.

— Да, важно. Я возвращаюсь в мир, где один раз чуть не погибла. Я иду туда против моей воли, ради моего ребенка. Я хочу войти туда, сделать то, что должна, и сразу же обратно… Есть ли надежда, что это получится?

Дирк встал, потянулся и снова сел.

— Понятия не имею. — Он серьезно смотрел на нее. — Надо полагать, все зависит от тебя.

— Да, но я не знаю, куда мы идем, — настаивала она. — Мне известно только, что надо собрать почву в мире Бена, но я не знаю, где ее предполагалось найти.

Знаешь ли, мир этот слишком большой, чтобы его можно было весь обыскать.

— Ну, я не знаю, — сказал кот. — Я там никогда не был. Но для кота все места более или менее одинаковы. Я совершенно уверен, что мы без особых усилий найдем то, что нам нужно. У меня есть дар открывать тайны.

Она принялась укладывать ветки для костра, а закончив свое дело, отступила на шаг и снова посмотрела на Дирка с Лесной опушки.

— Сколько тайн ты знаешь, Дирк? — тихо спросила она. — Обо мне ты что-то знаешь? Кот моргнул:

— Конечно.

— А о Бене?

— О Холидее? Да, несколько.

— А мне мог бы их раскрыть?

— Было бы желание. — Дирк принялся умываться. — Но коты по природе своей загадочны и не рассказывают то, что им известно. По большей части потому, что никто нас не слушает. Я часто говорил об этом с Холидеем, когда мы путешествовали вместе. Но он такой же, как все. Я говорил ему кое-что, а он не слушал. Я предупредил его, что он совершает ошибку, что кошкам известно очень многое, только никто никогда не обращает на нас внимания. Я предостерег его от такой ошибки.

— Я выслушаю, если ты мне что-нибудь скажешь, — предложила Ивица. — Расскажи мне что-то одно, Дирк. Открой любую из твоих тайн. Я так мало знаю о том, что происходит, я буду рада даже наималейшей информации. Ты можешь мне что-нибудь рассказать?