Элеонор Бирке - Школа мечтателей

Генри согласился:

— Хорошо. Я быстро. А ты иди и развесели Элфи! Больше никаких слез!

— Конечно, Генри! — Магдалена спокойно посмотрела на мужа, тонкими пальцами она обхватила свою шею. — Как же мне хорошо с тобой… Я так люблю тебя! Ты — балагур, но в то же время сама рассудительность.

— И я тебя люблю, моя мечтательница, — Генри прильнул к губам Магдалены и страстно поцеловал их, — только тебя…

Оставив жену наверху, Генри спустился по лестнице в гостиную. Там он встретил Эстер. Немолодая женщина уже много лет работала у них в доме, следила за хозяйством, готовила пищу и, в отсутствие Елизаветы и Петра Либель, бабушки и дедушки Элфи, нянчилась с малышкой Смолг. Основное богатство домоуправительницы составляли две взрослые дочери и уже шесть внуков. При таком состоянии в семидневной неделе у Эстер было целых четыре выходных! Однако благодаря своему теплому характеру и верной службе, она заслужила почтение четы Смолг. Им часто приходилось самим заниматься хозяйством, но помощницу, а тем более замену для Эстер они искать не собирались. Так сильно они любили и уважали притязательную домработницу. К тому же она умело обращалась с младенцами и знала много веселых игр.

— Эстер, я ухожу, — она кивнула. — Завари, пожалуйста, чай для Элфи. Магдалена скоро отправится ее будить.

— Хорошо мистер Смолг. Уже иду.

— И, кстати, спасибо за кофе. Он был чудный. Магдалена охала и восхищалась. — Эстер расплылась в довольной улыбке и отправилась на кухню.

Генри вышел из дома, прокручивая в мыслях события утра.

Когда он принес жене кофе, та еще крепко спала. Он, звонко топая по деревянному полу, прошелся к балкону и распахнул двустворчатую дверь. Шторки принялись шелестеть от заползающего дуновения.

— О, чудная мечта, как свежо, — он посмотрел: Магдалена не шелохнулась.

Тогда, взяв поднос с прикроватной тумбы, Генри громко плюхнул его обратно — никакой реакции. Разочарованный он сел на кровать и принюхался. Аромат кофе дурманил, прося выпить еще чашечку. «Но нет, хватит и одной», — уговаривал себя Генри. В этот момент Магдалена нежно провела рукой по его спине:

— Как пахнет… но так не хочется вставать.

— Я отнесу кофе на балкон, там ты быстрей проснешься, — он поднялся и схватил поднос одной рукой.

— Нет, Генри, — Магдалена простонала, — ну зачем?

Генри вышел и быстро вернулся в комнату. Он встал около стеклянных дверей балкона, сложив руки на груди:

— Вставай, хватит валяться. Я уже два часа хожу тут без дела. Мне скучно.

— Ты скучал без меня? — Магдалена сонно улыбнулась и нехотя опустила ноги на пол, потом встала, потянулась руками к потолку, подошла на цыпочках к мужу и повисла на нем.

Генри обнял любимую и от тепла ее тела сразу же размяк:

— Хочешь выпить кофе в постели? Я принесу.

— Не надо, пойдем, вдохнем рассвет.

Генри вспоминал утренние пробуждение и улыбался своему счастью. Он припоминал, как они сидели на стульях и молча слушали звуки сада. Стрекотали кузнечики и шуршали крыльями мелкие птахи. «О, моя Магдалена, все у нас будет прекрасно. Элфи оправиться! Вот увидишь!» — Генри ни на миг не сомневался в этом, но немного волновался за тяжелые предчувствия жены.

Однако с Элфи ситуация действительно могла стать пугающей. Внезапные приступы плача, головокружения и обмороки чередовались с вовсе беззаботным весельем малышки Смолг. Минуту назад она стонала от бессилия, а в следующий момент уже прыгала по ступенькам, играя с мохнатой Фелисией. После происшествия в зоосаде, она оставалась дома под наблюдением. Доктор Швартер предписал покой и постельный режим. Он приходил несколько раз в неделю вместе с Елизаветтой Беккет и осматривал пациентку. Целых двадцать дней Элфи провела дома. Посещать школу врач запретил. Только вчера малышка вновь отправилась на занятия, но вернулась, по словам Эстер, встревоженная и уснула прямо на диване в гостиной. Она не дождалась возвращения родителей и даже пропустила ужин. Неиссякаемая энергия дочери исчезала по неведомой причине. Казалось что-то выкачивает из жизнерадостной Элфи всю ее сущность, оставляя лишь тоску и безразличие.

Генри остановился и закрыл глаза, представил, как его дочь бегает по коридорам школы с соседским мальчишкой и своей любимой подругой, улыбнулся, восхитился видением, приложил ладонь к глазам и провел ей по лицу, а затем бодро вскочил в свой сверкающий кабриолет и умчался по делам.

Генри ушел, и Магдалена понемногу стала приходить в себя. Она подумала об Элфи, представила ее улыбку, вспомнила беззаботное время, внезапно прервавшееся вместе с началом обучения:

— Как же чудесно мы жили… Надо все вернуть на свои места…

Магдалена закрыла глаза, положила левую ладонь на правое плечо, а другой обвила себя за талию. Она нарисовала в своих объятиях Элфи, и они закружились в веселье. Ночная рубашка вырисовывала конус, а ее хозяйка наверстывала в мечтах счастье маленькой девочки. Магдалена вертелась несколько минут, но от этого она не растеряла равновесие. Она остановилась, открыла глаза и посмотрела в зеркало. Забавно, но непослушный локон будто обмяк и пришел в согласие с остальными кудрями. Магдалена улыбнулась, вспомнила обещание Генри о том, что все будет хорошо, и даже с непокорным локоном. Душа мечтательницы наполнилась спокойствием. Магдалена собрала волосы и сцепила их заколкой, на которую уселись две серебристые стрекозы. Припудрила следы недавних слез, надела роскошное платье и отправилась к дочери.

Элфи мирно сопела в обнимку с Фелисией. Она улыбалась во сне и глаза под опущенными веками плясали. Магдалена любовалась совершенной картиной. Ей не хотелось будить Элфи, но все же нельзя прожить счастье во сне, посему пора было вставать.

— Малышка моя, просыпайся, — Магдалена нежно потрепала дочку по лохматой головушке. Фелисия открыла глаза и мяукнула. Элфи потянулась и, нащупав кошку, погладила ту по спинке.

— Мама, доброе утро! Ты такая красивая сегодня.

Дверь отворилась, и в комнату прошла Эстер:

— Доброе утро, мои девочки. Я принесла чай для Элфи.

— Здравствуй, Эстер. Ты во время, Элфи как раз проснулась.

— Ух, спасибо! Доброе утро Эстер! Ты тоже такая красивая сегодня. Наверное, день чудес нас ждет, — малышка потянулась и уселась на край кровати. Одеяло свисло вниз и поэтому неловкое движение опрокинуло Элфи на пол. — Ой! Вот и начались чудеса, — Элфи хихикнула и все рассмеялись вместе с ней.

Пострадавшая в маленьком казусе с кроватью почесала ушибленное место и закинула одеяло к стене. Опять присела и вылепила на лице недовольное изумление. От умелых гримас, присутствующие опять развеселились: