Карл Вагнер - Ветер ночи

Кейн молчал.

– Кажется, я понимаю твои чувства, – проговорил он наконец. – Но обрекать себя на безвестность, спокойно смотреть, как исчезает былая слава, кажется мне, не слишком пристало героям.

Кейн снова помолчал, не желая сгущать накрывшую их костер мрачную тень меланхолии.

– Но что же привело тебя сюда, в эту безжизненную пустыню, где нет ничего, кроме серых камней и песка? – спросил он, пытаясь переменить тему разговора. – Или эти безымянные горы и есть граница вашего древнего королевства?

Двасслир встряхнулся, потер руки и подбросил в костер веток с листьями.

Костер взметнул вверх сноп искр, красными звездочками осевших в темноту.

– Я здесь кое-что ищу, – ответил великан. – И не делаю из этого никакого секрета, хотя тебе, наверное, как и моим друзьям, это тоже покажется не стоящим усилий… Столетия назад, когда этот край не был столь опустошен и непригоден для жизни, в этих горах селились мои сородичи. И горы эти не были безымянными, их называли Антомарисским лесом. Под этими холмами тянутся бесконечные пещеры, которые мои предки сначала использовали как жилье, а потом, начав строить дома, – как копи. Тогда здесь было значительно теплее, долины стояли в зелени и цвету. В те времена здесь было куда приятнее, чем нынче… То были великие дни!

Жизнь – бесконечная игра со смертью, опасности подстерегали нас на каждом шагу – опасности, достойные величия моего народа! Можешь ты представить, какой мощью мы тогда обладали? Мы стояли лицом к лицу со всеми враждебными существами окружавшего нас первобытного мира. Нашими богами были Лед и Пламя – воплощения двух противоположных начал, правящих тогда Землей! Нашими врагами были не только силы Земли или огромные звери, нет – древние расы, о которых у вас нет даже легенд. Они противостояли нам!.. Быть может, именно их колдовством этот край теперь опустошен и безжизнен. Наши легенды рассказывают о битвах между странными народами, воевавшими при помощи странных орудий, когда мир был еще молод. И мои предки одержали тогда над ними победу, и не одну. Победитель одного из сражений – король Бротемлейн, чье имя тебе, может быть, известно как имя величайшего из королей моего народа, правил этой страной. Его тело покоится в одной из пещер под холмами, и на челе его все еще красуется драгоценная корона моего народа – уже тогда она была древней, – оставленная ему после смерти в память о бессмертном величии его правления.

Глаза Двасслира горели, его недавнее уныние исчезло, как утренний туман с приходом солнца. Приняв внимательное молчание Кейна за недоверие, великан заговорил с еще большим жаром:

– Я давно уже ищу легендарную гробницу Бротемлейна. И, судя по некоторым признакам, я близок к открытию. Я хочу найти эту корону! Корона короля Бротемлейна – это символ древней славы моего народа. Пусть все наши великие битвы и короли ушли в прошлое безвозвратно, я верю, что эта древняя драгоценность пробудит хоть частицу былой мощи моих сородичей. Многие считают, что я просто глупец и мечтатель, но я очень хочу сделать это! Нужно же хоть на что-то надеяться в нынешние серые дни!.. Я не предложил бы заниматься этим никому из твоих сородичей, Кейн, но поскольку ты – это ты, я обращаюсь к тебе с вызовом и просьбой. Если ты согласишься пойти со мной на поиски, я буду рад.

Может, ты лучше поймешь мой народ, когда вместе со мной окунешься в тень забытого величия и славы той эпохи.

– Благодарю тебя за предложение… а более того – за вызов, – проговорил Кейн, но без торжественности. Приключение захватило его, к тому же великан, похоже, не голодал. – Я сочту за честь присоединиться к тебе в твоих поисках.

Глава 3. КОРОНА МЕРТВОГО ВЕЛИКАНА

Впереди показались первые деревья – пусть карликовые и уродливые, мучительно скорчившиеся под ледяным дыханием ветра, но все же деревья. Уже два дня следовал Кейн за Двасслиром вдоль невысоких скалистых хребтов; конь его едва поспевал за размашистым шагом великана. На рассвете третьего дня от его свиста содрогнулись камни, и тысячекратное эхо указало все расселины и пещеры этого плато – каждая из них могла быть предметом их поисков.

На деле легендарная страна выглядела не столь впечатляюще, как в сказках.

Темная и узкая долина тянулась меж отвесно вздымающихся скал, и Кейн то и дело беспокойно оглядывался, когда эти мрачные стены вдруг смыкались у него над головой. Время от времени Двасслир с нетерпеливым, радостным криком кидался к какому-нибудь грубому изваянию, черты которого еще столетия назад источили ветра времени. Не менее тщательно изучал он и каждый безымянный могильный холм, где отыскивал следы резца на камнях или обломки глиняной посуды, до того мелкие и хрупкие, что они рассыпались в руках, или куски иссохшегося дерева, столь древние, что, казалось, они еще более мертвы, чем камни.

– Вон там был вход в гробницу короля Бротемлейна, – объявил Двасслир и заглянул в штольню, начинавшуюся на каменном склоне одного из холмов. Ход был около двадцати пяти футов в высоту и вполовину меньше – в ширину, но теперь он был сильно завален осыпавшимися кусками породы и щебнем. Остатки кладки и почерневшего дерева, еще кое-где сохранившиеся, давали лишь слабое представление о великолепном портале, когда-то украшавшем вход.

– Я уверен, что в наших преданиях описана именно эта долина, – с воодушевлением заявил великан. – Этот ход ведет в лабиринт пещер. Сама природа выдолбила его и подсказала моим пращурам лучший способ жизни – под землей.

Где-то далеко, в глубине, в самом конце этого коридора и находится та нерукотворная пещера, в которой тело Бротемлейна покоится в мире многие века.

Кейн, хмурясь, заглянул в темное отверстие. Предчувствие опасности призраком пронеслось сквозь его мысли.

– Сомневаюсь я, что здесь можно найти что-нибудь ценнее праха и летучих мышей, – проворчал он. – Время и гниль уничтожили здесь все, что осталось после менее удачливых воров. Разве что в этой гробнице есть невидимые стражи. Вряд ли столь прославленный покойник и столь легендарное сокровище не охраняются каким-нибудь убийственным заклятием, а?

Двасслир пожал плечами так обыденно, что все предчувствия Кейна показались просто смешными.

– Может, у вас так и принято, – заявил великан. – Но для нас эта могила всегда была святыней. Никто не посмел бы разграбить ее. А что до всех остальных – кто из человечков-воришек отважился бы вскрыть гробницу великана? Давай-ка запасемся факелами и посмотрим, каков ныне двор короля Бротемлейна.

Оставив Кейна разжигать костер, Двасслир отправился на поиски подходящего древка. Вернулся он с высоким деревом толщиной приблизительно со свою ногу.